Чиновники и офицеры потянулись на выход, я тоже отключился, чтобы подумать, но через десяток минут у меня зашумело в ушах и мое сознание вновь переместилось в губернаторский дворец.
Его высокопревосходительство кушали рыбный супчик, когда двойные створки дверей распахнулись, и в помещение вошла…вошла княгиня Строганова собственной персоной в сопровождении нескольких молодых людей, с виду дворян.
Губернатор от столь бесцеремонного вторжения подавился супом и надрывно закашлялся. Ванда, не обращая внимания на побагровевшего начальника края, села напротив него и молча ждала, пока один из молодых мужчин не подошел к губернатору сзади и дважды жестко стукнул последнего по спине.
— Кхе-кхе…Что происходит? Зачем вы здесь? — губернатор отодвинул от себя тарелку и потянулся к колокольчику.
— Не надо никого беспокоить, ваше высокопревосходительство. Ваши люди несколько заняты. — легким движением руки Ванда заставила губернатора замереть: — Я пришла к вам с миром, потому, что мы необходимы друг другу. Я узнала о ваших затруднениях с обеспечением городского населения продовольствием и восстановлением вашей власти в Омске и решила оказать вам помощь в решении этой задачи. За любую половину от всех трофеев.
— Гм… Сударыня, о чем вы говорите? У меня нет никаких проблем с продовольствием, а тем более с властью! — губернатор старался выглядеть молодцом, но, на фоне недоеденного супа это выглядело откровенно жалко.
— Господин губернатор, давайте не будем играть словами. — саркастически хмыкнула княгиня: — У нас с вами одна проблема — Булатовы, и любая задержка сейчас играет им на руку…
— Вы имеете в виду ее родственников, которые скоро должны прибыть в город для выборов главы княжества? — решил показать свою осведомленность губернатор, в ответ на что Ванда откровенно захихикала.
— Какие родственники, о чем вы? Супруга Олега, Гюлер, не нуждается ни в каких родственниках. Да, они у нее есть, и в немалом количестве, но они скорее, выступают в качестве данников княжества Булатовых, кои обязаны выставить несколько тысяч всадников по первому требованию Гюлер, у которой, кстати, прекрасные отношения в офицерами армии князя. Если допустить, что князь погиб…
— А вы допускаете, что князь жив? — напрягся губернатор.
— Вполне. — отрезала решительно Ванда: — Может быть, Олег ранен — это неважно. В любом случае в их доме что-то случилось и нам необходимо воспользоваться моментом, чтобы ликвидировать это семейство раз и навсегда.
— А зачем мне вы? — отрезал губернатор: — Если этот так срочно, как вы меня убеждаете, то уже сегодня я направлю в дом Булатовых своих людей, а завтра утром…
— Завтра Гюлер уже пополнит свою обширную коллекцию вашими ушами, ваше высокопревосходительство. — хищно улыбнулась Ванда: — Поверьте, все так и произойдет. А послезавтра, она, возможно, присоединит всю губернию к своему княжеству, переименовав Омск, в память о муже, например, в Олеговск. И будет здесь править до конца войны, а если Российская империя войну проиграет, то вероятно, Гюлер будет править здесь очень и очень долго.
— Вы что такое говорите? Она же дикая неумытая девка, обряженная в европейское платье…
— А вот после этих слов, господин губернатор, для вашей же безопасности, Гюлер надо убить, причем немедленно. — Ванда зябко передернула плечами, бросив настороженный взгляд на пантеон славянских богов: — Иначе завтра она придет за вашей головой.
— Хватит меня пугать! — губернатор грохнул кулаком по столу, но вышло все очень плохо — недоеденный суп расплескался по гладкой столешнице. Тоненькая струйка варева потекла потихоньку к краю столешницы, в сторону начальственных штанов. Видя приближающуюся опасность, губернатор схватил колокольчик и отчаянно зазвенел. В помещение робко заглянул лакей, который, поняв, в чем беда, по краешку, опустив голову, прошел в зал, стараясь не встречаться взглядами с вольно расположившимися в кабинете губернатора молодыми людьми, убрал со стола подтеки и унес тарелку.
— Хорошо…- губернатор с тоской проводил спину уходящего лакея: — Что вы выполните за половину трофеев?
— За половину трофеев мои люди сегодня ночью войдут в дом Булатовых и нейтрализуют всех, кто там будет. В этом случае войска Булатовых не будут способны к активному сопротивлению и, не позднее, чем через сутки, уберутся на юг, откуда они и пришли.
— Вы что, хотите всех убить? — поразился кровожадности своей собеседницы губернатор.