— Почему нет экстренного реагирования на такие аварийные ситуации? Почему, если самолет «Око» занялся спасением пилота, вслед группе на боевой вылет не отправился резервное «Око», которое должно, в полной готовности, дежурить на аэродроме? Почему по периметру лагеря отсутствуют скрытые секреты, и вас подстреливают здесь же из охотничьего ружья? Господа офицеры, мне вам что, летать запретить, пока вы на земле порядок не наведете? Я могу это устроить. На неделю на землю посажу, а не справитесь с заданием любимого царя, так вообще перейдете на должности, не связанные с летным делом. Услышали меня, господа пилоты? Кругом, шагом марш.
— Аскольд Трифонович! — развернулся я на негнущихся ногах к начальнику контрразведки: — Иностранца допросить при адвокате, после чего передать суду, как диверсанта и шпиона. Там что, повешение в военное время полагается? Приговор в исполнение не приводить, отправить на каторгу, отрабатывать паёк. Будет отказываться от работы — не кормить и сообщить, что я, как восточный сатрап могу дать команду и голову сэра выставят в клубе авиаторов города Покровск, в стеклянной банке с формалином. И это не шутка, господин майор. Второе — отправляете команду следопытов. Цель — поиск инсургентов, помогавших британцу в осуществлении диверсии. Задержанных подвернуть допросу, установить связи, после чего подвергнуть суду и отправить на каторгу, бессрочно, вместе с членами семьи.
— Детей, чей рост… — я вспомнил хромца Тимура: — ниже тележного колеса отправить в школу под патронажем моей супруги. Дом этой семьи взорвать, также взорвать дома ближайших родственников, объявив на базарной площади, за что. Сами понимаете, команда экзекуторов должна быть готова к всяким неожиданностям. Отправляйтесь майор, у вас много дел.
Борьба за Пишпек шла три дня. Обороняющиеся, густо облепив зубцы стен, бестолково стреляли в сторону нашего лагеря, лихо ходили в конную атаку, которая захлебнулась, как только на горизонте появилось несколько боевых аэропланов.
Конец обороны был положен в конце третьего дня. Из облаков выпал одинокий аэроплан, который направился в сторону стен крепости. В его сторону взлетело несколько огненных шаров, которые, однако исчезли, даже не набрав высоту. Поняв, что маги огня с высотной птицей не справляются, в дело вступили маги воздуха. Перед снижающимся самолетом возникали какие-то воздушные искажения и завихрения, но летчик, пользуясь набранной скоростью уходил от воздействия колдовских чар, постоянно маневрируя, меняя высоту и курс. Зашедший, на бреющем полете, с тыла крепости еще один самолет до последнего момента оставался незамеченным — внимание гарнизона крепости было приковано в маленькой серой птичке, выписывавшей на высоте головокружительные пируэты. Второй самолет сделал горку над самой крепостью, после чего аккуратно положил бомбу в одну из привратных башен главных ворот, и бросился наутек, стелясь над самой поверхностью, гладкой как доска, степи. Башня, под крики гарнизона и жителей города, сложилась в дымящуюся кучу, а через сорок минут над оставшейся целой, второй башней взвилось белое полотнище.
Коканд.
— Шелудивый пес! — мой металлический ботфорт ударил по лицу круглолицему мужчине в оборванном халате, и тот со стоном упал навзничь, разбрасывая во все стороны осколки гнилых зубов. Двое здоровых нукеров подхватили тело с, застеленного коврами, пола, и потащили скулящего бывшего правителя Коканда куда-то, в сторону конюшен. Что будут делать с бывшим ханом неверные слуги, удавят или сломают позвоночник, меня не интересовало, через несколько минут на Кокандский престол взойдет новый хан из числа кого-то из родственников бывшего правителя. Кто он и как его зовут — мне было все равно. Договор о вассалитете с Кокандским ханством был согласован с влиятельными вельможами ханского двора, а кто поставит под договором свои каракули, в принципе неважно. Мне осталось только решить, где будут проходить границы, зависимых от меня земель — по реке Сырдарья, или реке Амударья. Честно говоря, идти воевать Бухару не было у меня ни малейшего желания. Остановлюсь я в Коканде — из-за реки будут лезть британские агенты. Возьму я Бухару — на оккупацию потребуется в два раза больше войск, а через реку британская агентура полезет из Хивы. Хиву я брать не собираюсь ни в каком случае, во всяком случае пока. Слишком там жарко и неуютно, а запасы газа Туркестана еще много лет будут оставаться невостребованные.