Тристиин попытался найти место для своего взгляда, которое не включало бы в себя лицо Ривалена.
— Конечно нет, принц. Он в комнате с картами. Могу ли я сопровождать вас, чтобы объявить о вашем приходе?
Тристиин повёл Ривалена широкими, погружёнными в приятный сумрак коридорами дворца. Полы были укрыты тэянскими и чессентскими коврами. На стенах висели гобелены.
— Принц Ривален из анклава шейдов, — провозгласил Тристиин, открывая дверь в комнату с картами.
Тамлин стоял, скрестив на груди руки, над большим прямоугольным столом из дуба, где лежала развёрнутая карта Сембии, Долин и Кормира. На пергаменте тут и там стояли шахматные фигуры, принадлежавшие к набору из кабинета в Штормовом Пределе, отмечая различные локации. Ривален улыбнулся, увидев, что белый король стоит рядом с Селгонтом. Тамлину по-прежнему необходимо было считать себя чистым.
— Принц, — сказал Тамлин. — Не ожидал увидеть вас раньше вашей обычной послезакатной трапезы.
— Простите меня, хулорн, но я должен поговорить с вами о важном деле.
— Вам больше ничего не требуется, хулорн? — спросил Тристиин.
— Можешь идти, — ответил камергеру Тамлин.
Тристиин поклонился Тамлину и Ривалену, затем вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
На поясе Тамлин носил тонкий клинок. Святой символ Шар висел на цепочке у него на шее, открытый всем взглядам.
Ривален шагнул к столу, окинул взглядом карту. На Сэрлуне стоял чёрный слон, второй стоял рядом с Урмласпиром. Перевёрнутый белый конь валялся у Саэрба. Чёрные ладьи стояли на Дэрлуне и Йонне. Чёрные пешки дугой были расставлены по северо-восточной Сембии. Ривален решил, что они изображают передний край Бури Теней. Остальные фигуры стояли на обшитом бархатом сундучке рядом с картой.
Тамлин встал бок о бок с Риваленом, достаточно близко, чтобы его коснулись окружавшие принца тени.
— Я принёс шахматный набор отца из Штормового Предела, и вы видите перед собой мою скромную попытку изобразить с его помощью текущее положение дел. Всё это основано на последних докладах наших разведчиков и на сведениях, полученных благодаря прорицательной магии. Буря Теней, похоже, ускоряется, продвигаясь на запад.
— Чем больше жизней пожирает Буря, тем быстрее растёт её сила, — сказал Ривален.
Тамлин долго смотрел на него.
— Да, — он прочистил горло, — но сейчас, похоже, она пока не распространяется на восток. По нашим сведениям, Йонн остаётся незатронут. Но сколько ещё это продлится? Я думаю, принц, мы должны остановить её как можно скорее.
— Вы правы, — ответил Ривален. Он взял чёрного короля и поставил его на Ордулин.
— Причина Бури Теней — Кессон Рел. Чтобы остановить Бурю, мы должны его убить.
Он опрокинул короля, хотя абсолютно точно знал, что не сумеет остановить Бурю Теней. Даже пытаться не станет. Буря Теней была проявлением воли Шар. Он сможет лишь сдержать её. Может быть.
— Разумно, — сказал Тамлин, потирая руки.
Ривален поднял чёрную пешку, поднёс к глазам, потом показал её Тамлину.
— Но чтобы убить его, мне требуется помощь Эревиса Кейла.
При этих словах Тамлин замер на середине кивка, его руки застыли в воздухе, а кожа покраснела.
— Господина Кейла? Зачем? Вы и я наверняка сможем сделать всё необходимое.
Ривален знал, что ему следует быть осторожным. Он играл и собирался продолжать играть на чувстве неполноценности Тамлина по сравнению с господином Кейлом, но понимал, что если перегнёт палку — эта ниточка лопнет.
— Обычно я бы с вами согласился. Но это необычный случай.
Тамлин покачал головой, прошёлся, указал на карту.
— Посмотрите, чего мы уже достигли. Неужели господин Кейл действительно может быть необходим?
Тамлин развернулся на каблуках, прошёлся снова, и практически выплюнул:
— Господин Кейл. Эревис Кейл. Что господин Кейл может сделать такого, чего не могу я?
Он остановился, глядя на Ривалена.
— Это потому, что он шейд? Тогда сделайте шейдом меня. Вы же знаете, что я этого хочу.
— Это не потому, что он шейд. Это потому что он последователь Маска.
— Я не понимаю. Какое это имеет значение?
Тени вокруг Ривалена почернели от раздражения, но он сохранил спокойный тон. Он не хотел разрушить отношения, которые так терпеливо и мучительно выстраивал.
— Кессон Рел — высшее существо. Бог. Достаточно незначительный, да, но всё равно — бог.
Голос Тамлина как будто съёжился.
— Бог, говорите?
Ривален кивнул.
— Да, но уникальные обстоятельства возвышения Кессона делают его при особых условиях уязвимым. Этой уязвимостью может воспользоваться лишь избранный слуга Маска.