Он открыл рот…
– И предугадаю твой следующий вопрос. Когда мне станет легче я тоже не смогу. Потому что этого попросту может не случится.
Я по его глазам видела, что у него в голове всплыли тысяча вопросов.
Я замерзла и устала. Я уже собиралась уходить, но увидела лицо Эвелин. Как будто я сказала, что её подруга сегодня умрёт.
В комнате повисло молчание, а лицо Эвелин становилось всё мрачнее и мрачнее.
– Ладно. – я вновь пожалею об этом, но не могла я смотреть на это угнетенное лицо Эвелин.
– Но… – начал Кай.
– Сделаем это по старинке.
Он с готовностью кивнул с лица не сходила улыбка.
– Мне нужен шафран.
Он бросился из комнаты на поиски травы.
Они шептались в углу, обсуждая что-то. Видимо не особо доверяли мне. Чувства были взаимны.
Я стояла возле кровати Элизабет и смотрела на неё. Думая о том, как ей должно быть плохо.
Мне было холодно, моя майка с короткими шортами, не особо грела. Я сложила руки на груди, пытаясь сохранить, то тепло, которое у меня было. Я так задумалась на фоне шептания, не услышала шаги подобравшийся ко мне. Дернувшись от прикосновения к своему плечу.
Ник стоял перед до мной и притягивал, мне свою кожаную куртку.
Нахмурив брови и часто моргая, не совсем понимала, что мне с ней делать.
– Держи. – гаркнул он.
Видимо предлагая мне накинуть её на себя. Но это простое действия милосердия, мне немного насторожило. Милосердия от Ника. Вспоминая недавний, инцидент возле двери в кухню. Да и особо мы с ним не ладим. Библиотека тому пример.
– Я отброшу коньки, как только одену её? – спросила на всякий случай.
Видимо это ему, не особо понравилось. Его глаза ожесточились, и он опустил руку.
В комнату влетел Кай. Протягивая мне шафран, завёрнутый в платок.
Развернув платок, взяла только одну веточек и понюхала.
– Свежий. – подняв глаза на Кая.
Он лишь пожал плечом. Интересно куда он переместится ради него.
– Не нашёл на кухни.
Протянув к Каю руку, ладонью вверх, ни произнося не слова, бросая взгляд на его пояс. Он без слов понял меня. Доставая кинжал, который я хорошо помнила.
– Что вы делаете?! – взволнованно спросил Адам, начиная двигаться ко мне.
– Успокойся, Адам. – остановил его Кай.
Всё немного начали волноваться. Нож в моей руке, им не очень-то нравился.
Представляю, как это выглядело: почти незнакомка с ножом в руке, возле их беззащитной подруги.
Стоя над Элизабет, во мне как будто, что-то щелкнуло и я вспомнила, то чтобы предпочла бы забыть.
Надобность в шафране, неожиданно отпала. Ведь я уже знала, что с ней.
Но бросив взгляд на всех, решила продолжить то, что начала. Взяв руку, Элизабет, которая была как у мертвеца.
"Она жива, Лета" говорила я себе.
Быстро сделав небольшой разрез на её ладони, выпуска первую кровь. Вложив в её ладонь веточку шафрана, сжала её ладонь в своей.
– Неужели ты думаешь, что какой-то шафран, ей поможет? – насмехающийся спросил Крис.
– Он, не для того, чтобы помочь. – ответила ему.
Больше, не обращая внимания на них. Закрыла глаза. Хоть очень и хотелось сказать им, чтобы шли…
Но об это потом.
"Usura absinthium et sanguinem. Ostende mihi in tenebris, quod intus". – шептала я про себя.
Если бы я не была так напичкана ядом, возможно я почувствовала, что-то большее, чем тошнота.
Ощущая, как заклятье ускользает от меня. Оно словно тонкая как ниточка. Ухватилась за него, ощущая, как сквозь пальцы ускользает магия.
– Лета, – прочистил горло Кай. – держи…
– Ты не помогаешь. – тяжело дыша.
Мысленно сцепив зубы и взяв себя в руки. Я повторила заклинания с нажимом. Давай Лета. Это, как молитву читать с осознанием и силой воли.
Когда я закончила читать заклинания. Тёмная магия, которая была в Элизабет, вылезла показывая себя и ушла обратно.
Я открыла глаза, думая, что отключусь. Но мне не в первой. Незаметно облокотилась на кровать, Элизабет. Главное пару минут, не двигаться, а потом всё пройдёт.
Мне не хотелось, смотреть на Кая. Не хотелось говорить ему, что ещё один хранитель, может погибнуть от тёмной пыли. Так же, как и его сестра. Однажды в один из вечеров к ним в дверь постучали и сказали, что его старшая сестра погибла. Её убили. Отравили тёмной пылью. И пока она была в беспамятстве, убили.
С тех пор как только он слышал об пыли. Он замыкался в себе, либо у него сносило крышу.
И как ко всему прочему, сказать ему, что она хранитель? Хранитель, которых по пальцам, пересчитать можно.