— Зачем ты с ними тогда возишься, в конце концов?
— Интересное дело, Кумба? А где мне брать деньги? Ты, что ли, меня будешь кашей кормить?
— Подкармливать иногда можно, конечно. Если не будешь умничать.
— Ну и вот. Если вокруг одни идиоты, как еще зарабатывать?
— Ну не все, — обиделся Каппа. — Мы ведь не идиоты?
— Каппа, идиоты все! Без исключения. Только есть полные идиоты, и есть неполные идиоты. Ты тоже идиот, можешь поверить, только не полный. И ты, Кумба, ты тоже, не пухни.
— Вот эт-ты гад! Ты сейчас все-таки словишь! Каппа, давай его укопаем! Дальше терпеть просто уже нельзя.
— Укопайте. А потом идите воруйте сами. И попробуйте не украсть. Они вам устроят тогда семейную жизнь.
— Значит, и ты идиот?
— Разумеется. Я тоже идиот, как и все. В смысле, я идиот как все, но не такой, как все. Ну, то есть, как это там было написано... М-м-м... Вот — я идиот как все концептуально, но совсем не как все субстанционально.
В ответ Кумба набросился на Таллео и схватил за шиворот.
— Ай, дурак! Фонарь не разбей!..
— Кумба!.. — Каппа вцепился в воротник и потянул Кумбу назад. — Ну что это за ужас какой-то!
— Кумба, тебя нужно скорее к зазнобе, — Таллео поправил куртку и перевел дух. — Пусть она тебя там заездит хоть как-нибудь. У тебя какой-то избыток Силы, мы так до свету не справимся. Нам еще Мастера обворовывать. Я тебя туда не возьму, там нервным опасно. Пойдешь вниз, грохнешь печку, а мы с Каппой пока стырим что нужно, — Таллео снова перевел дух и поправил воротник. — Каппа, хорошо, что у него только колпак с собой, да? Представь, если бы он еще вилки с собой начал таскать? А там ведь два удара — восемь дырок.
— Не получишь ты у меня каши, — Кумба поправил колпак.
— Не получишь ты у меня зазнобы, — Таллео поправил воротник, проверил фонарь. — Ладно, передохнули, за дело. Давай чехол обратно... Да осторожней ведь!.. Нет, что растыки криворукие... Ох, жизнь моя сиротская.
— Ладно, хватит ныть, кудесник. Пошли быстрее, нам еще обворовывать Мастера, а мне еще ужин готовить. Ты, что ли, ужин будешь готовить? Ты вообще готовить умеешь?
— Кумба, не умничай. Кашу сварить я сварю. Говорил уже.
— А суп?
— А суп мне не нужен. Суп — это не еда. Все, что сложнее крупы с водой, — уже не еда, а как там было написано... Декадентское извращение. Каппа, держи его! Нет, ну осторожней, чехол ведь! Это тебе не мясная лавка! Это устройство.
— Вот эт-ты гад, значит! Не мясная лавка, значит! Ты хочешь сказать, что я, значит, этот... Декада... Декаду...
— Декадентский извращенец? Кумба, не нервничай. Твоей вины в этом мало. У тебя работа такая. Мы тут не полные идиоты и кашу варить умеем. Но там, — Таллео указал в пол, — десять двенадцатых, которые не умеют. Ты, Кумба, кстати, сам-то понимаешь, какой благодетель? Захотел — накормил идиотов. Не захотел — не накормил. Идиотов.
— А за мясную лавку ты у меня еще так сло...
— Ну ладно, хватит! — окрикнул Каппа. — Ну сколько, блин, можно! Нам еще женщин красть! А потом обчитывать бочку! А потом Колодец еще!
— Обчитывать бочку уже в Колодце. С женщинами, блин. Как только об этом подумаю...
— А если мы не найдем этот твой... Арго...
— Алгоритм? Найдем. Вот на этот-то счет не переживай. Мастер — изменник и старая крыса, но профессионал настоящий. Техническая документация у него будет в порядке. А разобраться с ней мы разберемся. Мы ведь не чайники. Так, все, готово! Вперед!
Таллео подхватил мешок и скрылся в проходе.
* * *
— Каппа, мужайся. Осталось совсем немного. Кумба, ты тоже мужайся. Хотя твоя, я понял, не так жаждет крови. Ты ведь в первую очередь ее кормишь. А принцессе, тощей, объедки. Каппа, ты, как мужчина, должен с Кумбой поговорить. Пока у него вилок с собой нет.
— Сейчас словишь. Я принцессу тоже люблю. Я верноподданный.
Таллео поднял фонарь, рассматривая дорогу. Затем прошел в следующий переход. Мальчики поспешили за фонарем. Коридор вывел к новой площадке, откуда Таллео сделал пару уверенных поворотов, и они, наконец, вышли к лестнице.
— Я уже запутался! — Каппа оглянулся в коридор. — Как они тут жили, во всех этих коридорах?
— Каппа, в коридорах они не жили. Это во-первых, а во-вторых, здесь все эти коридоры ведут к лестнице. Только помни, где лестница, и где куда поворачивать — само понятно.
Таллео погасил фонарь и повесил на шею. Круглая камера освещалась обычным узким окном с обычным мутным стеклом. Посередине зияла шахта, в которую винтом уходили ступеньки. Мальчики подошли к шахте, осторожно заглянули в провал. Бесконечная лента ступеней растворялась в сером сумраке.