— А из чего это? — Вета сунулась в арку и стукнула кулачком в черную стену. — Какая холодная! Нейто, ужас, да?
— Черная платина, по-моему, и дураку ясно.
— Нейто, слышала? Целый день хамит.
— Давай ему фонарь разобьем? У меня нож.
— Нейто, не нервничай, — Таллео развязал мешок. — С ножами нервничать очень опасно. А с Кумбой мы еще побеседуем. Устроил там у себя живодерню, ценитель трофеев, блин.
— А мясорубка какая, — Каппа присел рядом и заглянул в мешок. — Я даже не знал, что такие бывают.
— А что за мясорубка? — Вета плюхнулась рядом и тоже уставилась в недра мешка. — Ой, а что это за веревочка? Волшебная?
— Обычная, не трогай... Да просто веревка! На которой вешают. Не трогай деньги, это мое! Все, поздно, поздно, — Таллео отцепил пальчики. — Блин, завтра за зеркалом, а у него там грязь такая, не пролезешь.
— Ну изобрети что-нибудь?
— Да все уже давно изобрели без меня. Только там грязь такая, что никакой бочки не хватит. Так вот, все не так просто. Это ведь не сама Мочалка, вообще. Просто колпак. Как у Кумбы, только здесь под ним устройство, полезное. Это контрольная площадка, и ничего особенного там с Мочалкой не сделаешь.
Таллео вытащил сверток с липучкой.
— Фу! — Вета отпрыгнула. — Это что? Тоже волшебное?
— Еще какое. В сто раз волшебнее бочки.
— Кошмарный ужас! А что же оно так воняет?
Таллео развернул бумагу и сунул липучку принцессе под нос.
— Ай, дурак! — Вета отлетела дальше. — Хам! — она вытерла нос ладошкой, закашлялась. — Каппа! Нейто! Мамочка! Фу!
— Так вот, — Таллео отложил липучку, погрузил руки в мешок по локоть. — Ай, сволочь, кошка... Блин, вернусь — сразу чехол украду, сколько можно, все пальцы в дырах... В общем, вход в рабочую часть Мочалки там же, — Таллео кивнул на черную арку. — Колодец, Мочалка, Кадушка — все там. Контрольные площадки — здесь. Одно дело пройти мост, другое — лабиринт. Не будешь же ты проходить Лабиринт каждый раз, чтобы поменять предохранители?
— А переключать напрямую? Внизу?
— Да. Ставим бочку, потом в мочалочную, потом наверх, потом вон из Замка, потом у меня чайники, потом... Нет, перед чайниками нужно перекусить. А то потом колом все станет, уроды. Утром за зеркалом. Потом снова в Замок, — Таллео озабоченно вздохнул и посмотрел на Вету. — Как у тебя все запущено!
— Давай распускать! — обиделась Вета. — Ты верноподданный, или кто?
— Самое главное... Ай! Опять кошка, проклятая. Самое главное — предохранители. На Мочалке нужно будет кое-что замерить только. Так, да где же таблицы... Столько барахла, блин...
Таллео вытащил сардельку, аккуратно положил на камень. Сарделька дернулась.
— Ай! — взвизгнула Вета, отшвырнула букетик и бросилась на мешочек. — А что это! Нейто!
— Блин! — Таллео вскочил и схватился за голову. — Какой я дурак!
— Что это?!
— Не трогай!
— Ой, лапочка!
— Дай мне такую!
— Каппа!..
— Дай две!
— Каппа!!!
— Нейто, дай ему!
Таллео отлетел в стену.
— Вета!.. Ну время ведь!..
— Скажи ему! — Вета прижала болванку к щеке и зажмурилась. — Пусть даст нам две! — болванка задергалась. — А что это?
— Ой, я умру сейчас! — Нейто прижалась к болванке носом и тоже зажмурилась. — Такая лапочка, лапочка! А что это?
— Каппа! Забери у них устройство! Это не кукла, блин! Это волшебное устройство, дуры! Кумба, дай вилку, я их сам прикончу сейчас!
— Кумба, не подходи! — Вета, не отрывая сардельку от щек, топнула. — Тресну! Дай нам еще одну!
— Каппа!.. Ну что же делать-то, блин!.. — Таллео схватился за голову. — Ох, жизнь моя... У меня нет больше! У меня больше нет! Дай сюда!
Он бросился к девочкам и попытался вырвать сардельку. Вета треснула его по голове ладошкой и вцепилась в мешочек. Мешочек страшно задергался; Таллео, пригнувшись и вобрав голову в плечи, закричал на все подземелье:
— Каппа-а-а! Ну времени нет! Отдайте болванку, дуры! Это последняя!
— Ага! — Вета пихнула Таллео в грудь. — Как принцессе, так последняя! Предатель! Каппа, ну что ты стоишь!
— Кумба, хлопни хотя бы свою!
— Щас прям! У нее нож, ты что, сбрендил?
— Накрой ее колпаком... Ай, дура, фонарь... Хотя бы! Да что же такое, блин! Связался с убийцами! Каппа-а-а!..
— Не подходи! А ну дай, дай, отдай! Нейто, бей его!!!
Раздался сухой громкий треск. Каппа отлетел к стене, девочки рухнули в арку. В спокойном золоте фонаря вспыхнуло облако. Мерцая и переливаясь миллионом искринок, опилки медленно опускались на каменный пол.
— Это была последняя, — Таллео грустно вздохнул. — Душегубы.