Пусть читатель не поймет превратно. Это отнюдь не реванш сына над матерью в соответствии с экономическим законом взаимного проигрыша. Ибо сия судьба утраты и потери наделена всеми качествами апофеоза женственно-материнского. Через какие бы аватары ни проходила в будущем фигура матери — а в них не будет недостатка, ими наполнятся все этапы творчества, — они гласят, что текст упразднил историю и что женщина, столь же мать, как и женщина, занимает всю целокупность памяти: она завоевала свою вечность.