Десантник перехватил нож другим хватом и попытался наброситься на крогана, но в ответ получил сингулярный биотический удар в упор. Вложив в него все свои силы, Горгот буквально впечатал десантника в стену. Батарианца после такого приходится соскабливать со стены, этот же просто оставил после себя глубокую вмятину.
В этот момент, в бой вмешался второй кроган. Промчавшись мимо Горгота, он набросился на второго десантника, не давая тому открыть огонь из своего оружия. Разжав руки, десантник поймал ими кроганский кулак с омни-клинком. Оттолкнувшись от пола, и схватившись крепче за руку, он что есть силы ударил обеими ступнями прямо в кроганскую морду. Удар оказался настолько сильным, что крогану оторвало руку. Оба оппонента повалились на пол. На кричащего от боли и ярости крогана, набросился третий десантник. Нависнув, он разрядил своё оружие прямо в голову крогана, превратив ту в кашу.
Горгот же, попытался добить своего оппонента омни-клинком, но десантник оказался с сюрпризом. Выпрямляясь, он подкинул гранату прямо на уровень кроганской морды. Грохнул взрыв, раскидав обоих по разным конца коридора.
С опалённой мордой, ослеплённый на один глаз, Горгот быстро вскочил. На подкашивающихся ногах, он осматривал коридор, пытаясь высмотреть угрозу, как заметил сбоку движение. Повернувшись, он увидел дуло десятидульного оружия, за которым наступила темнота.
***
Балак нервно перебирал пальцами по штурмовой винтовке, поглядывая на закрытые двери. Связь с Горготом отключилась, и возвращаться не спешила. Из-за сбоя в питании, управление кораблём оказалось потеряно, потеряна связь с остальными фрегатами. Осталась лишь внутрикорабельная, но проблема в том, что эфир наполнила тишина. Не помехи, а именно тишина.
Но вот, контур двери зашипел, а сердцевина с грохотом вылетела вовнутрь центра управления фрегата. В проём залетела граната. Вспышка света, грохот, и в проём заходят неизвестные десантники. Линзы шлема защитили глаза батарианцев от вспышки, а шумоподавление спасло уши. Они открыли огонь по нарушителям, но тех это словно не беспокоило. Короткими выстрелами, они выстёгивали последних оставшихся на борту батарианцев, пока одна из пуль не угодила прямо в шлем самого Балака.
Когда всё было конечно, один из десантников подошёл к терминалу и перезапустил консоль.
— Управление восстановлено. Корабль под контролем. Задание выполнено.
— Передаю вирус через внутреннюю сеть флота…
— Фиксирую идущие со станции Омега корабли. Неопознанны.
— В контакт не вступать. Готовим двигатели. Проверка топлива… полный бак.
— Маршрут до цитадели проложен. Передаю на Ретранслятор команду…
— Ожидание эвакуации охраняемых лиц.
— Второй корабль… контроль установлен. Сопротивление незначительно.
— Передаю информацию о боеспособности кроганов.
— Вражеские корабли выведены из строя. Путь открыт.
— Принято.
Ишана
Ишана устало, прямо в одежде, разлеглась на кровати в казарме десантников. Одну из кают на восемь десантников, отдали под нужды посла и спектров. За стенкой расположились десантницы. За другой стеной солдаты сопровождения Удины. Капитан же, отдал свою каюту под нужды особых послов. Для кого места выделять не стали, так это для сопровождающих Анны. Вообще, эти солдаты пугали Ишану, пугали настолько насколько это возможно. Они никогда не спят. Никогда не едят. Они всегда на посту, всегда рядом с Анной. К ней вообще невозможно подойти, чтобы не оказаться у них под прицелом. Именно под прицелом, и не важно — есть у них оружие или нет. Сам их взгляд — что приставленный к голове пистолет. Как минимум, у неё от этих жутких солдат именно такое впечатление. При этом, это не машины, а живые люди, из плоти и крови, точно такие же как Удина или Анна. Один из них даже снял маску, чтобы показать лицо. Самое обычное для человека лицо. Если только не взгляд…
Вообще, последние несколько дней выдались настолько тяжёлыми и насыщенными, что затмили собой лет десять. Мало было новой цивилизации, непонятно что нашло на турианцев, и теперь им нужно лететь окольными путями, чтобы добраться до цитадели. Что там твориться — Ишана даже знать не хочет и теперь на серьёзных основаниях подумывает о том — а надо ли ей идти в члены совета цитадели? Может ну его? Выполнить задание и спокойно отправиться обратно на Тессию, с таким послужным списком ей открыты если не все, то многие двери.