Если же взять всю ситуацию целиком, то в случае реальной войны, Земное Содружество имеет достаточно сил и возможности, чтобы нанести такой ущерб, от которого попросту невозможно будет оправиться. Из этого исходит и их политика. «Лучше нас не трогать. Мы может и не победим…, но вы точно проиграете». Страшные слова, если так подумать. Очень страшные.
До этого момента, ещё никто не осмаливался в открытую диктовать свои условия. Настолько нагло, открыто, прямо в лицо. Никто, кроме них. Ох, в каком бешенстве совет азари, Спаратус может прекрасно себе представить. Никакого доминирующего положения, никакого политического давления, никаких правил. Вернее, правила есть, но не те, к которым все привыкли. И это, раздражало больше всего. Да, это компромисс, но в условиях, когда ты привык считать себя высшей силой, такой удар очень резко спускал, как выразился сам Удина: «С небес на землю». Очень точное замечание.
А их законы? Это немыслимо! Повсеместное использование искуственного интеллекта. Мало им было гетов, так ещё и земляне?! И ладно геты, к ним уже успели как-то привыкнуть, благо что сами геты не вылазят из «Вуали Персея». Но что новые искины? Они другие. Мощнее. Совершенно. Опаснее. Речь именно про каждый искин по отдельности. Страшно представить, что может случиться, вырвись эта сила на волю. С другой стороны, опыт гетов подготовил органиков и научил строить защиту в том числе от работы ии. Хотя, как хорошо она себя проявит — отдельный вопрос.
Только сейчас, до Спаратуса дошло, что люди не провели ни одной «кибер атаки». А что, если, все кибер атаки были успешными? Это вполне может быть, а раз так…
«Пора копать себе могилу…» — грустно подметил турианец.
А может они поняли, что защиту просто так не пробить, и решили не пробовать? Спаратус сам в это не верил, но очень хотел поверить и найти хоть какую-то точку спокойствия. В любом случае, сейчас об этом думать смысла нет. Удина не отступил, ИИ на территории Землян не только законен, но и обладает гражданскими правами, а нарушение этих прав приравнивается к посягательству на граждан Содружества, что автоматически возвращает всех к войне.
«Нет уж. Лучше пусть так. Навоевались. И вообще, те же ГОР явно ведут разработку ИИ втихаря от всех. Ни в жизнь не поверю, что они даже не попытаются этого сделать, не говоря о каких-нибудь частниках», — дёрнул мандибулой Спаратус в раздражении.
Если же задуматься, и вернутся к итогам договора, то тех же азари, текущее положение дел может и устроить. Единственный путь из родной системы людей ведёт в сектор, принадлежащий по текущему соглашению пространству цитадели. Следовательно, люди не могут претендовать на новые открытые сектора, их попросту неоткуда взять, чтобы они граничили с их пространством. А рано или поздно, новые земли понадобятся, следовательно, люди пойдут договариваться. И вот тогда, они могут взять своё. Вполне может быть, что совет матриархов на это и расчитывает, но… опять это «но». Они просто не знают, чего ещё ожидать от людей. Какие тайны те хранят в своих архивах, какие сюрпризы подготовили для большой игры.
Припомнив крики Валерна, Спаратус улыбнулся краями мандибул. Ему было стыдно. Очень стыдно. Но в тоже время, он ничего не мог с собой поделать, когда искренне смеялся над коллегой, и тем, как он поносил офицеров ГОР. С одной стороны ему было жаль Валерна, но с другой — что называется нашла коса на камень. ГОР не удержались от того, чтобы не попытаться взломать дипломатический корабль. Как итог — теперь они чистят систему от вирусов, которых земляне щедро насыпали прямо им в сеть, вперемешку с «украденными данными». А самое смешное, Удина сам принёс флешку с материлами Валерну, со словами: «Ваши специалисты пытались скачать эти файлы, но не прошли фаерволл. В следующий раз, просто попросите».
Лицо Валерна в этот момент нельзя описать ни одним словом. Это был удар. Причем настолько сильный, что саларианец смог лишь кивнуть. А после, отправится делать разнос. Самое интересное, что на накопителе не было ничего экстраординарного, просто повседневные записи членов экипажа. Какие-то сериалы, фотографии, мультфильмы, песни… просто кусочек чужой культуры, но даже этого было уже очень много.