Они проходят в конюшню, которую им отворяют сторожевые и Гармония уверенно шагает к стойлу в самом конце. Вороной жеребец любопытно клонит голову, поглядывая глазом бусинкой на вошедших. Белая рука Гармонии ласково касается лба лошади, чуть поглаживая его.
— Его зовут Абель, — поясняет она, делая небольшой шаг в сторону и позволяя тем самым Анубису познакомиться с конём. Бог долго рассматривает жеребца, его крепкую шею и блестящую шерсть. Здесь лошади были куда массивнее, чем их поджарые арабские скакуны. Однако выбора большого не было, а как утверждала Гармония, это самый подходящий вариант. Анубис неспешно тянет руку, предупреждая Абеля, а после, не встречая протеста, касается шеи, поглаживая.
— Спокойный конь, — подмечает он, ведя рукой выше к гриве и задерживая её там. Гармония коротко кивает, придерживаясь некого расстояния между ними. Она отходит к стойлу напротив, к белой кобыле, что тут же вскидывает головой.
— Это Эха, — кивает в сторону лошади, после чего мягко касается её лба своим. — они с Абелем брат и сестра. Ну почти. Росли вместе, Эха случайно забрела к нам в сад и осталась… — Гармония замолкает, убирая руки от лошади, — Я пойду соберу вещи…
Анубис едва заметно кивает, опуская глаза на босые ноги Богини, когда та проходит мимо него.
— Ты всегда ходишь босиком? — Гармония обращает внимание на свои ступни. — тебе понадобится обувь, песок слишком горячий для кожи. И ткань на голову и лицо поплотнее, солнце выжигает воздух в моих землях.
Она молчит, ставляя его в конюшне одного. Анубис такой же воин, как её отец и братья. Не удивительно, что он так собран и спокоен, когда раздаёт советы. Ей странно вот так покидать стены родного дворца, но она не врала в своих словах про шанс на спасение. Сборы занимают не так много времени. Гармония берёт лишь необходимое ей: лук и стрелы, плотная ткань по совету Анубиса, сандали. Переодевает свой пеплос на более короткий хитон, что не будет сковывать движений в седле. Она уже готова шагнуть за порог своих покоев, но перед этим оглядывается в последний раз. Возможно, она не вернётся и это пугало её до дрожи в коленках, но…отступать уже некуда. Когда она проходит к главному выходу их дворца, то видит Фобоса, двух лошадей и Анубиса. Гармония спускается медленно, взвешивая своё решение ещё раз. Нет, никакого другого пути здесь нет и даже взгляд Фобоса её не переубедит. Слишком долго они сидят в стенах дворца и ничего не делают.
— Уверена, что решила? — спрашивает Фобос, когда сестра взбирается в седло. Мягко обхватывает поводья, пока привыкает к жёсткой коже под собой. Она вдыхает глубоко, чтобы посмотреть на Фобоса и дез дрожи в голосе ответить:
— Уверена, Фобос. Другого способа нет.
Гармония выезжает первая, а вот Абеля за поводья ещё придерживает Фобос. Он сжимает кожаный ремешок очень крепко, чем заставляет коня стоять на месте, а Анубиса опустить взор на олимпийца.
— Ты в ответе за сохранность моей сестры, — почти прорыкивает Фобос, позволяя льву внутри себя грозиться оскалом. — если с ней что-то случится, ты окажешься под песками. Всё понял?
Анубис с минуту смотрит на Фобоса, резко одёргивая поводья, тем самым говоря коню идти вперёд.
— Понял, — опрокидывает он напоследок и нагоняет, уже успевшее отдалится белый силуэт..
***
Гармония часто оглядывалась назад, начиная сомневаться в правильности своего выбора. Её уверенность перед Фобосом была лишь маской, чтобы казаться сильнее, чем она есть. Что если другая местность захочет её выжить со своих владений? Как с гарпиями. Гармония смотрит под копыта лошадям, как те тихо оставляют на песке свои следы. Смотрела на Анубиса перед собой.
Неизвестный ей Бог, что вселил маленькую, как пылинка, надежду, что мир ещё может исцелится. Но чем дольше они шли, тем настороженнее становился путь. Всякие звуки стихли. Пустыня погрузилась в штиль, солнце начало сыпать искры на открытые ладони двух богов. Анубис вновь остановил Абеля, глядя на то, что было перед ними. На них надвигалась она. Беспощадная и голодная. Воющая сотнями шакалов и вздымающаяся до самых небес.
— Аасфа, — выдохнул Анубис и по телу, впервые за их путь, прошлась дрожь.
— Буря… — отозвалась Гармония.
— Нет, это дух, куда опаснее и кровожаднее…Обычная буря в два раза меньше и совсем безобидная. Если тебе так удобнее, то считай, что Аасфа — ещё одно проснувшееся чудовище. И нам лучше поторопиться.
— Она ведь далеко… — Гармония глядела на бегущие песчаные клочья впереди, подведя Эха поближе к Абелю.
— Это так кажется, посмотри на песок под нами. — Анубис кивает вниз. Гармония также опускает взгляд на песок, который плясал песчинками точно земля изнутри закипала. — она быстрая, нагонит уже скоро.
— А мы разве не можем её остановить?
— Это мог только сделать Сет, но он мёртв. — эти слова песком скрипят на зубах, но Анубис лишь хмуро отводит поводья в бок. — Мы для неё не боги, а песчинки, Гармония.
Они разворачивают лошадей в бок, надеясь избежать прямой встречи с духом, но слишком поздно было бежать. Аасфа слышала их ещё задолго до того, как они узнали её. Анубис уже слышал голос духа, и старательно пытался не вслушиваться в смертельную колыбельную. Он вёл Абеля вперёд, не обращая внимания на движущийся под копытами ветер с песком. Натянув ткань повыше, Анубис понимал, что они захватят лишь край. Но это не утешало его. Он оборачивается назад и не видит ни пегой лошади, ни наездницы. Высматривать её в накрывающем полотне бури было бесполезно, поэтому пришлось развернуться назад. Как можно было?! Анубис щурится от слепящих песчинок, протягивает руку перед собой, чтобы наощупь найти поводья Эха. Через пару попыток пальцы цепляют кожаные ленты и он с силой дёргает лошадь на себя. Вглядывается — Гармония в седле, что уже хорошо. Только вот пропал всяческий ориентир на выход и лошади беспокойно застучали копытами.
— О чём она поёт? — вдруг спрашивает Гармония, перекрикивая гудящую песню духа.
— О смерти! — Анубис, конечно, предпочёл бы не разговаривать, потому ограничился простым, но правдивым ответом. Аасфа вечно голодная до путников, она манит их себе, обещая блаженны сон без тревоги и боли. На деле она предлагает смерть. Бог остановил лошадь, не выпуская поводья Эха из руки. Аасфа ничего не стоило поднять их в воздух и закружить в своём безумном вихре.
Гармония ничего не видела перед собой. Она лишь крепко стискивала лошадиную шею, стараясь удержаться в седле, прилагая все силы, которые у неё были. Страшно было открыть глаз и посмотреть, куда её занесло, поэтому она ждала конца. Какого? Неизвестно. Потому как вмиг всё стихло и боль по телу от твёрдой поверхности, что была едва прикрыта песком, разлилась раскалённым железом. Гармония жмурится, приоткрывая глаза и видя, как поднимается Эха. Немного хромает, но стоит на всех копытах. Секунда. Будто бы толща песка всё ещё держала их в смертельных силках. Гармония озирается по сторонам, пока руки морозит липкий песок. Она слышит вой где-то под собой.