— Ah, sì. Così va bene. Sto per venire! (Да. Как же хорошо. Я следом!
— Блядь! — крикнул он. Его пальцы впились в мои бедра, а спина выгнулась дугой.
Когда он опустился на матрасе, я упал вперед, и пытался перевести дыхание, положив руки возле головы Джулио.
— Dio mio, (Боже мой.) — прошептал я.
— Fichissimo, (Безумно горячо.) — он провел руками по моим плечам и обхватил мое лицо.
— Иди сюда.
Опустившись на локти, прижавшись к нему всем телом, я прильнул к его губам. Поцелуй был легким, губы нежно касались друг друга, задерживаясь, и никто из нас не спешил отстраниться. Он лениво поглаживал пальцами мою спину.
Джулио осыпал поцелуями мою челюсть. Так нежно, почти трепетно. Благоговейно.
— Алессионе, — прошептал он мне в губы.
Мое сердце ёкнуло от ласкательного варианта моего имени, которое итальянцы использовали с любовью. Я тяжело сглотнул, внезапно потеряв дар речи. Совершенно не двигаясь, я впитывал его внимание, как растение, изголодавшееся по дождю.
Он провел пальцами между моих ног, к тому месту, где мы все еще были соединены. Он обвел кромку ободка, растянутого вокруг его полутвердого члена
— Какая хорошая шлюха, — пробормотал он, нежнейше целуя меня в грудь, втягивая в рот мой золотой корничелло, а затем отпуская его. — Ты принадлежишь мне, и только я могу трахать и использовать тебя, когда захочу? Только я?
Дрожь прошла по мне. Я не знал, почему его собственническая сторона возбуждала меня, но это было так. Я пьянел от него, утопая в ощущениях и удовлетворении.
— Sì, il mio bel principe, (Да, мой прекрасный принц.) — я снова качнул бедрами, и мы оба втянули воздух.
Джулио шлепнул меня по заднице.
— Приподнимись. Хочу посмотреть, как моя сперма вытекает из твоей дырочки.
В бессилии отказать ему в чем-либо, я приподнялся на коленях. Член выскользнул из меня, и сперма капнула ему на пах.
Он обхватил мой член и яйца и приподнял их, чтобы лучше видеть.
— Madre di dio. Как же мне нравится видеть наш беспорядок, — он провел ладонями по моим бедрам, животу. — Нам надо помыться и появиться на палубе.
Глава 17
Джулио
Мы нашли Тео и Ника в столовой. Они сидели за столом с одним из людей Ника, тем самым, который отобрал у нас оружие, и ели жареную рыбу.
Я с Алессио долго обсуждали Ника и его положение лидера Братвы. Мы разошлись во мнениях относительно того, грозит ли Тео опасность или нет. Я был уверен, что Ник убьет Тео в конце их романа, но Алессио поверил на слово русскому, когда тот сказал, что не убьет.
По настоянию Алессио я согласился ничего не предпринимать, пока мы не покинем яхту. Но перед отъездом я бы настоятельно предложил Тео поехать с нами.
— Bello! — позвал Тео, когда мы с Алессио вошли в столовую. — Вы живы!
— Buona sera, — сказал я. — Мы просим прощения за то, что так долго спали, — я не смотрел прямо на Алессио, когда сидел, но мне казалось, что я все еще чувствую, как он крепко сжимает мой член.
— Да, спали, — сказал Тео с преувеличенным подмигиванием. — Это определенно то, на что это было похоже.
Я пожал плечами. Мне не будет стыдно за то, что шумел.
Член экипажа поставил передо мной тарелку с ужином.
— Grazie. (Благодарю.)
— Ешь, пока не остыло. — указал Тео на мою тарелку. — Я как раз рассказывал Нику, как мы познакомились.
— Ты имеешь ввиду, как ты познакомился с Паоло.
— Это скучная история. Он работал вышибалой в клубе, куда я ходил танцевать в Брюгге. Мы подружились. Видишь? Скучно, — он усмехнулся и показал на меня. — Но ты... увидел тебя на улице возле клуба. Я всем говорил, что нашел своего будущего мужа, и он высокий шатен с ярко-голубыми глазами. Представьте мое удивление, когда узнал, что ты в паре с моим другом, — он приложил руку к сердцу. — Я был раздавлен, bello.
Я хорошо помнил тот вечер. Паоло был так ревнив. Мне пришлось трахнуть его в кладовке в клубе, чтобы успокоить.
— Ты флиртовал с Тео? — прорычал Паоло, в его глазах плескалось подозрение.
— Che cazzo! (Черт возьми!) Конечно, нет, — подвинувшись ближе, я положил руку ему на бедро. — Я люблю тебя, mia splendida bestia. (Мой прекрасный зверь.)
— Почему? Теперь, когда мы оба свободны, ты можешь иметь кого угодно.
— Ты думаешь, я был с тобой только потому, что ты находился в ндрине моего отца? Потому что ты был удобен?
Это стало постоянным аргументом, как только мы с Паоло покинули Италию. Нахмурившись, я потянулся за своим бокалом вина. Вспоминать о таких вещах казалось мне предательством, Паоло заслуживал лучшего от меня.