***
— Похоже, — медленно произнес Кэд, — дело дрянь.
Умбаранец, посмотрев на своих ночных гостей — дуроса и совсем еще молодого человека, одетых как разбойники из давних легенд, лишь покачала головой. И это — шпионы Империи? Больше похожи на бродяг с Коррелианского торгового пути.
Они встретились за полночь — когда Ал Комлин смог без особых усилий покинуть свою резиденцию и отправиться к месту встречи.
Признаться, сенатор намеревался увидеть парочку головорезов, но никак не двух наемников. Как-то это не вязалось с ореолом достатка и процветания Империи, о котором говорила Бана Бриму, делая ему предложение занять место Ма Дичи. Незадолго до смерти последнего.
Ал до сих пор не знал точно — спланировала ли Империя убийство бывшего сенатора Умбары, или это явилось случайным стечением обстоятельств. Но, факт остается фактом — после смерти Ма Дичи, Ал смог продвинуть свою кандидатуру сперва в Сенат. А затем уже и продавить в умах правящих уровней Умбары идею о выходе из состава Республики, витавшую в обществе умбаранцев довольно таки давно.
Говоря откровенно, своему карьерному росту Комлин был обязан Империи. Потому как у молодого аристократа с тринадцатого уровня, пусть и не с весьма тривиальными способностями к телепатии (обыденным делом в их мире) попросту не хватало опыта и знаний для подобных закулисных интриг — прыгнуть сразу на третий уровень. Оставив далеко позади многих из своих куда как более влиятельных и умелых конкурентов.
Имперские агенты сделали все за него. Ликвидировали несговорчивых, умаслили жадных, припугнули ретивых. И дорога к высшим уровням общества Умбары оказалась для него открыта.
Ал не кичился своим положением и достижениями. Он прекрасно понимал что стоит Императору, которого он с роду не видел в глаза, захотеть — и вся власть, которой обладал умбаранский сенатор, окажется лишь пылью. Он утратит свое положение, в лучшем случае рухнув обратно на тринадцатый уровень. А это — фактически позор, от которого не отмыться.
Общество коренного населения Умбары издревле включало в себя систему уровней — каст, число которых приближалось к сотне. Как и должно быть — внизу были самые презренные. Верхние десять уровней обладали столь огромной властью, что многим и не снилась. В первую очередь, лишь члены семей, имеющих уровни с десятого до первого включительно, могли покидать планету. Но, таких семей было немного — чуть больше десятка. Поэтому, мало кто видел умбаранцев за пределами их родного мира. Да и в галактике широко известна была лишь одна умбаранка — Слай Мур. Доверенное лицо канцлера Палпатина. Ее чтили и уважали на Умбаре. Ставили в пример. И это заставляло молодых аристократов едва ли не скрипеть зубами.
Как именно Слай добилась своего положения никто не знал. А ведь обладать компроматом на сородичей — давняя национальная забава у их народа. Потому что порой лишь шантаж, запугивание, угрозы и прочие прекрасные подковерные игры могли дать умбаранцу возможность подняться на уровень выше.
И многие молодые аристократы Умбары хотели повторить успех Слай Мур. Но не знали как. И от этого — бесились без дела. По привычке сжирая конкурентов на родине.
Ал Комлин нашел свой путь наверх. Сотрудничество с Империей дало ему взлет карьеры. И его осторожная игра в Конгрессе Сепаратистов — залог того, что вторая часть сделки будет выполнена. Когда все закончится, правители Умбары — члены высшего кастового уровня Рутэй, которых почитали как на родине царей и богов — уйдут в небытие. Освободив власть для него.
Так устами Баны Бриму обещал Император. И как заверяла бывший сенатор от сектора Химбарин, служба Императору вознаграждалась. Ал поверил ей. Но, проверил ее слова. И нашел их стоящими — ведь не с пустого места в разоренном войной и сепаратистами секторе Бриму внезапно оказались сотни боевых кораблей — да, пусть это устаревшие тяжелые крейсера «Дредноут», но они весьма эффектно выбросили КНС за пределы сектора. Миры которого практически сразу ощетинились сотнями защитных орбитальных платформ. А многочисленные наемники из Айлонской Нова-гвардии умирали тысячами, но освободили сектор от механических солдат графа Дуку. Ал имел представление — сколько стоят услуги Айлонцев. И не гадал над вопросом — откуда миллиарды у сенатора, лишившейся всего.
Пример Баны ему нравился — она осталась последней представительницей аристократии своего сектора. Немудрено, что сейчас она фактически стала правителем Химбарина, который в прошлом являлся экономически процветающим сектором. Куат может вновь кусать локти оттого, что его давний конкурент вновь набирает силу.
Ал хотел того же, что и все политики. Власти.
Но в силу своих убеждений, понимал, что без кровопролития добиться высших ступеней иерархии ему не удастся. Потому как для своего народа он хотел лучшего — развития и процветания. Кастовость умбаранцев и закрытость их общества не позволяла выйти на галактический рынок оружия и технологий — а на Умбаре последние были одни из лучших по всей Республике. Требовалось волевое решение наверху, чтобы продукция Умбары хлынула за пределы планеты. И назад вернулись миллиарды кредитов.
Раз для подобного необходимо стать агентом Империи в стане Конфедерации — он согласен.
И судя по обескураженным лицам обоих шпионов понял, что сообщенная им информация не просто ценная. Она бесценна.
— Уничтожение станций ГолоНета — довольно серьезное дело, — почесав подбородок произнес человек. — Непростое…
— Координаты всех основных ретрансляторов известны, — заметил Ал. — Без ретрансляторов в регионе Среднего кольца и миры там и на Внешние территории окажутся в информационном вакууме.
— Да, — гнусаво согласился дурос. — Планетарные ретрансляторы в регионе Экспансии не столь мощные, чтобы добить до ретрансляторов Внешнего кольца.
— На этом и строится расчет графа Дуку, — сообщил сенатор. — Конфедерация независимых Систем опираясь на сеть собственных ретрансляторов Теневого вещания не утратит инициативу…
— В то время как войска Республики смогут рассчитывать только на свои силы — в рамках одного сектора, так как главные ретрансляторы расположены на планетах — столицах секторов, — сделал вывод дурос. — Ударь в одном секторе — и в соседнем даже не услышат призыва о помощи.
— Как сенаторы КНС согласились на это? — Воскликнул человеческий парень.
— Мы-то без связи не останемся, — пожал плечами Комлин. — Передвижные ретрансляторы, конечно дорогое удовольствие, но граф Дуку заверил, что в конечном итоге это послужит делу освобождения миров Конфедерации.
— Ну да, — прищурился дурос. — Сейчас Республика залезла на многие миры Конфедерации…
— И по данным разведки — планирует нанести удары по Селукамай, Майгито и Фелуции, — припомнил кулуарные разговоры сенаторов Комлин. — Одно только это сообщение заставило большую часть сенаторов Конгресса сепаратистов проголосовать «за».
— Дерьмо, — повторил дурос. — Хатт с ней связью — уничтожение ретрансляторов фактически нарушит навигацию между регионом Экспансии и Средним кольцом на основных гиперпространственных трассах.
— Это тоже прозвучало, — подтвердил Ал. — Республике будет крайне затруднительно доставлять подкрепления — придется прыгать от одной системы к другой, чтобы перенастраивать на сигналы гиперпространственных маяков собственные гипердвигатели. Это значительно увеличит время прибытия звездолетов за пределами конкретных секторов. Ну, а у нас таких проблем не возникнет…
— «Нас»? — Вспыхнул человек. — Вы вообще на чьей стороне?
— На своей собственной, — холодно произнес Ал. — Просто сейчас она соответствует политике Империи.
— Опасные разговоры. — хмыкнул человек. — Не боитесь, что стоит вам послать Империю на мороз, на следующий день на орбите Умбары будут уже не республиканские ханжи, а имперские дредноуты, а ваш Мир Теней превратится в обугленный кусок шлака?
— Пустые угрозы, — махнул рукой Ал. — Умбара в моем лице будет поддерживать Империю до тех пор, пока Империя не действует во вред нам. Я уже сообщал об этом Императору через доверенных людей и получил предварительное согласие.