— Даже в моментах, когда вашим союзникам может угрожать смертельная опасность?
— Вы должны понимать, что не существует универсального способа решения гипотетических проблем, — кажется он уже успел подзабыть, сколь нудными могут быть переговоры с этой расой. — Каждая ситуация требует тщательной оценки и взвешенного решения. Нельзя просто взять и вырезать всех врагов, — еще как можно и нужно, — или вести переговоры, когда твою столицу разрушают орбитальными ударами. Или устраивают геноцид среди твоих союзников.
— Это позиция Императора?
— Да. Он ценит своих союзников и готов идти на уступки — во имя идеалов и принципов Империи.
— Но, наверное, среди них есть те, кто желает, чтобы Закуул больше сражался за их интересы, чем за идеалы Бессмертного Императора, — предположил Ар’док. — Слабые всегда ищут покровителей. Как вы можете думать, что в Империи нет или не будет таких, которые просто прячутся за вашей спиной?
Раведж призвал все свое самообладание, лишь бы не расхохотаться. Нет слабых… О чем ты говоришь, экзот. В Империи есть даже эвоки, которые и в космос-то не вышли. Но даже с ними Империя нашла общий язык ради права добычи полезных ископаемых и создания военной инфраструктуры в системе Эндор и близлежащих к ней, превращая стараниями Асажж Вентресс целый сектор в военную базу.
А ведь могли просто высадить несколько легионов и зачистить луну, выставив потом на продажу несколько миллионов маленьких, но мягких шкурок.
— Если слабые не могут рассчитывать на защиту своих сильных союзников, то в чем смысл Вечной Империи? Мы достаточно сильны, чтобы защитить интересы всех тех, кто доверился и влился в состав нашего государства. Простой пример — не так давно был заключен договор с жителями целой планеты, подвергшейся орбитальной бомбардировке с помощью ядерных боеприпасов. Империя пришла на помощь тем, кому грозило вымирание от лучевой болезни и ядерной зимы в будущем. Мы уже подобрали им планету в недрах Империи и начинаем перевозку населения, чтобы дать им шанс на новую жизнь.
— Почему?
— Потому что это правильно, — и потому что они могут предоставить нам тысячи превосходных шпионов и диверсантов, не говоря о двух полках отборной пехоты. Мелочь, конечно, а приятно. — Ровно как и спасение другого народа, чья планета была уничтожена Конфедерацией, чей линейный корабль с химическим оружием на борту при крушении уничтожил экосистему планеты Хоногр. Империя, а не Республика и, уж тем более, не Конфедерация, виновные в этом происшествии, направила гуманитарную помощь ногри. И если этот народ примет наше предложение — переселиться на один из миров Империи — мы с радостью придем им на помощь. Как пришли на помощь жителям сектора Хамбарин, фактически уничтоженного все той же Конфедерацией орбитальными бомбардировками. Или планете Орлеон, которая была заражена республиканской разведкой каменными клещами, что проели кору планеты, фактически уничтожив целый мир…
— Весьма… Необычный поступок для Республики, — заметил гри.
— И необдуманный, поскольку республиканская разведка, не имея достаточных подтверждений о том, что на Орлеоне разрабатывают оружие массового поражения для Конфедерации — тех же самых каменных клещей, фактически уничтожила целый мир, обрекая восемьсот миллионов орлеонцев на погибель, поскольку фактически планета находилась на линии фронта.
— И как же Империя решила эту проблему?
— Наши ученые — лучшие в галактике, — констатировал факт Раведж. — Им не составило большого труда разработать биологический агент, который уничтожил каменных клещей, остановив уничтожение планеты. И у нас появилось время, чтобы вывезти население в безопасное место. Достойных и мужественных разумных, которые оказались в жерновах войны, пострадав лишь потому, что одни чиновники не захотели разобраться в ситуации полноценно.
— Хорошо сказано, — одобрил гри. — Сказанное вами… Довольно занятно. И заставляет наш народ задуматься над тем, что в ваших словах об угрозе юужань-вонгов есть рациональное зерно.
— Спасибо за оказанное доверие, — ответил Раведж. — Ваше одобрение многое значит для нас. Империя уважает народ гри, как и прочих древних и великих рас. Думаю, не станет большим нарушение наших секретов, если я поведаю, что в настоящий момент лучшие из лучших специалистов Империи ведут работы по возвращению народа шару в галактику.
— Это… Неожиданная и весьма непростая задача, — подметил Ар’док. — Чем же привлекли вас эти разумные?
— Тем что они, как и многие другие, пострадали от действий небожителей.
— Целестийцы — большая угроза для галактики, — согласился гри. — Но в тоже время — великий и могущественный народ. Со своими целями и амбициями… Мы, как и многие другие народы учились у них, но никогда не потакали их идеям развития общества галактики посредством контролируемых конфликтов. Это ужасно.
— Император думает также, — подтвердил Раведж, напомнив себе, что гри, как и ква, раката и все прочие расы были лишь рабами целестийцев. Чтобы эти головоногие себе не придумали. — Мне дозволено сообщить вам, раз уж мы затронули эту тему, что правитель Империи уже имел крайне неприятный разговор с последними из целестийцев.
Несколько секунд гри молчал. Затем, осторожно поинтересовался:
— И каков результат этой встречи?
— Мой господин и целестийцы не сошлись во мнении, что ради направленной эволюции следует обрекать триллионы разумных на гибель. Это было не просто, но… Угроза продолжения экспериментов целестийцев над галактикой нейтрализована.
— Вот даже как… — лицо гри не могло выражать эмоции просто физиологически. И меж тем Раведж сквозь Силу ощущал. что существо буквально… Обрадовалось? Занятная реакция. — Наш народ не одобряет уничтожения последних представителей любой расы.
— Как и Император. Ему пришлось сделать это, чтобы снять ярмо с галактики и избавить огромное число разумных от участи быть жертвами разжигаемых небожителями войн. Один плохой поступок ради жизни многих.
— Нам знакома концепция меньшего и большего зол, — пояснил гри. — И все же, этот факт прискорбен… Особенно, если учесть сам факт того, что Семья сдерживала существо гораздо более могущественное, чем любой из одаренных. Физическое воплощение Хаоса…
— Мы знаем об Абелот, — подтвердил дипломат. — И знаем, что некогда гри уже бывали на ее планете. Император считает, что нельзя бросить дело на половине пути — и, если Абелот вновь попытается вырваться на свободу и сеять хаос — ее потребуется остановить.
— Хаос — ее суть. Теперь, когда Семьи нет, она обязательно вырвется. Если уже этого не сделала.
— В таком случае, Империя будет готова нанести удар, если это потребуется.
— Не сомневайтесь в этом — потребуется, — заверил его Ар’док. — И вам потребуется много сил, чтобы вновь запереть ее. А без силы Семьи сделать это будет фактически невозможно.
— Мы имеем представление о сдерживающем механизме тандема станций «Балансир» и «Воронка», — при упоминании древних построек небожителей, несколько щупалец на теле гри пошли рябью. — И мы бы не отказались от помощи, чтобы изучить их и контролировать работу этой системы.
— Это… Очень опасный и древний механизм. Мы были бы рады помочь вам, но эта техника превосходит все то, что вы можете вообразить. У гри есть принцип — не давать доступ другим расам к технологиям, которые выше их понимания.
— Помнится, когда разговор зашел в свое время за исследование «Серой секущей», гри пожертвовали своими принципами в угоду возвращения наследия своих предков, — прищурился Раведж. А почему бы не попытаться отыграть эту карту?