— Вы же все наврали про бабайку?
— Да уж, скажи ты это любому другому Императору, — одаренные, достигнув пролома в потолке с легкостью вернулись на верхний этаж, — с тобой бы уже беседовал пяток-другой комиссаров в темном помещении.
— Так что, мне в расположение штаба, и там ждать, когда по мою душу придут? — уловив легкое настроение человека, пошутила девочка.
— Нет, я сегодня в хорошем расположении духа, — мужчина приобнял ее за плечи.
— С чего бы это?
— Ну, пока ты бегала от одного-единственного моргукая, Оли вместе с Флешем и ребятами из 204-ого ворвались в клонирующие лаборатории и заняли оборону. Так что нам надо лишь найти оставшихся рогатых ребят со световыми посохами…
Они как раз подходили к пересечению коридоров, когда Император неожиданно остановился, рукой придержав девушку.
А затем началось.
Император крутанулся с поднятым мечом, активировав его в движении. Золотистый клинок пробил декоративную панель коридора, после чего Рик отключил оружие и под тяжестью собственного веса на пол рухнул еще один моргукай. С едва различимым разрезом на месте, где у живых представителей его расы располагались налобные наросты.
— Какие талантливые ребята, — хмыкнул мужчина, выбросив вперед руку и отбрасывая от себя еще одного моргукая, стоящего в метре от них и использующего Маскировку Силы.
— Посторонись, мелочь, — сказал он Асоке, встав перед ней. — Батя в здании.
— А может просто его на куски порвете и дальше пойдем? — предложила Асока.
— Слишком просто, — отрезал мужчина. — Эти ребята одаренных на кебаб режут с легкостью — надо понять, почему их так все боятся.
— А мне просто стоять и не вмешиваться? — обиженно поинтересовалась тогрута.
— Наблюдай и прикрой меня с тыла, — моргукай, изогнувшись, прыжком встал на ноги, сорвав со спины световой посох. — Очень вряд ли, что он один.
Не дождавшись ее реакции, он бросился вперед, и оказался лицом к лицу со своим противником. Его световой меч активировался и загудел.
Никто ответил яростным криком. Его энергетический посох взлетел вверх и резко опустился вниз, а его левая рука поднялась вверх, сжимая рукоять оружия. Он бросился вперед, оба клинка встретились с характерным треском. Долгий страшный крик все еще шел из пасти никто.
В его первой атаке не было никакого подобия искусства или формы. Было уже слишком поздно для их применения, и Император, казалось, знал это. Они разорвали дистанцию, а затем вновь пошли друг на друга лоб в лоб, как животные, рубя и блокируя удары, кружась по открытому месту на полу. Каждый раз, когда их клинки сталкивались, Асока чувствовала эхо ударов, которые, казалось, сотрясали все вокруг.
Она наблюдала как Рик, изучал слабые места моргукая, или он надеялся, что они у него были, но никто, казалось, предвидел каждый его шаг. По сравнению с тем клоном, с которым Асока имело дело раньше, этот был невероятно быстрым, непреодолимо сильным. На каждую атаку ее господина посох реагировал мгновенно, как будто он уже заранее знал результат поединка.
Это было крайне необычно. Судя по всему, фехтовать это моргукай явно умел. Пытался подавить грубой силой, несколько раз она заметила элементы Джем Со — столь быстрые и отточенные, что казалось, будто он тренировался у самого Тролля. Похоже, именно это — предел возможностей моргукая — и хотел выявить Император, используя свой виртуозный Ниман, словно неподвижная глыба стоя в центре коридора и блокируя противнику проход вперед.
Тем не менее, по каким-то причинам, он по-прежнему позволял никто нападать, не переходя в контратаки самостоятельно. Движения мужчины казались почти эфирными, сумасшедшим пятном, словно состоящими из десятка золотистых клинков, разрезающих воздух.
Асока наблюдала как никто снова бросился вперед, стараясь оказаться поближе, но Император не сдвинулся с места, чтобы отойти подальше. Он продолжал отклонять удары, его губы двигались. Тано не могла понять, что он говорит, и когда моргукай занес свой посох для окончательного удара — короткого укола в самое сердце — слух донес ей, что Император не просто забавляется этой игрой — он от души смеялся.
Никто нанес последний смертельный удар, который должен был уничтожить Доугана. Именно тогда последний посмотрел на него и сделал жест пальцами в направлении энергетического оружия никто.
Пространство над рукой последнего задрожало.
И энергетический посох погас.
Моргукай на секунду замешкался и Императору оказалось этого достаточно.
Он опустил свой клинок вниз и свободной рукой щелкнул перед лицом противника пальцами.
В следующее мгновение голова моргукая взорвалась, окрасив белоснежные стены кусками мозгов и осколками костей черепа. Обезглавленный труп рухнул на колени, а затем завалился на бок.
— Занятно, — произнес Император. — Грубая сила, подобие Джем Со… Да, эти ребята явно представляют угрозу для несведущих одаренных.
— Как по мне — плевое дело, — заявила Асока, убирая со лба кусочки мозгов врага. — Вам минуты две потребовалось?
— Семьдесят три секунды, — уточнил Император. — Напомни мне, когда закончим, переговорить с леди Заврос — следует передать информацию об этих охотниках на джедаев в Академию.
— Если обещаете меня больше не засыпать чужими внутренностями, — попросила тогрута.
— Ничего не могу обещать, — усмехнулся Император. — Да и вид у тебя более… Завлекающий, когда по лицу стекает…
— Намек понят, — кивнула девушка. — Сегодня вечером в вашей палатке…
— Костюмчик рабыни у тебя с собой? — не обращая внимание на то, что весь его нагрудник был заляпан чужими мозгами, Император приобнял девушку.
— Он первое, что я кладу с собой в дорожную сумку, — призналась Асока.
— Хорошая девочка, — похвалил Император.
— Конечно, — утвердительно кивнула Асока. — Умею то же самое, что и плохая, но так как хорошая — делаю это в разы лучше.
***
— Мы только что потеряли «Дерзкого», — сообщил Зинджу старший офицер.
Сквозь обзорное окно контр-адмирал мог видеть, как в результате серии взрывов гибнет обреченный «Молотоглав».
Печально.
Передовой отряд полностью уничтожен. Да, спасательных капсул сейчас на орбите Аллантина IV просто море — как и обломков. Но всегда приходилось жертвовать меньшим во имя большего.
— Состояние щитов, — потребовал он. Его флагман, возглавлявший второй отряд, только что схлопотал серию залпов от вражеского «Провидения». И группы «Бунтарей», охранявшей флагман сепаратистов.
— Около двадцати процентов, — отозвался клон.
— Наши потери? — процедил Зиндж.
— Семь «Молотоглавов» уничтожены, еще три вышли из боя, двенадцать «Мародеров» смогли прорваться во фланг и со средними повреждениями продолжают вести бой, — сообщил старший офицер. — Остальные корабли имеют минимальные повреждения.
— Противник?
— Примерно полсотни его кораблей сильно повреждены и выходят из боя — стремятся отойти к верфям.
— Вышлите к ним абордажные группы с сопровождением с кораблей третьей боевой группы, — распорядился контр-адмирал.
— Есть, сэр, — старший офицер принялся дублировать приказ.
Зиндж, стоя на мостике, чувствовал, как по его спине стекают ручейки пота.
Слишком… Сложно.
Слишком много кораблей. Слишком многое надо держать в голове. Даже тактические компьютеры не справлялись с обработкой информации. А от скорости обработки данных с полей сражения зависело очень многое.
Почему Доуган не отправил сюда кого-нибудь более компетентного? Нет, Зиндж не сомневался в своих способностях. И обладал немалыми амбициями.
Но опыта ведения в бой столь крупных соединений он попросту не имел. И оттого ему казалось, что его корабли несут куда как большие потери, чем противник.
Несмотря на то, что цифры говорили совершенно об обратном. И все же контр-адмирал считал, что любой из его товарищей мог справиться лучше и обойтись меньшими потерями.
Его флагман, едва мощность щитов упала ниже десяти процентов, заложил вираж, подставляя противнику днище — нижние дефлекторы были нетронуты, а ангар наглухо задраен. Итак, выигран еще час в линии.