— А причем здесь гранд-мофф? — спросил Блэкаут.
— В свое время он вытащил Батча и полтора десятка других молодых и талантливых офицеров флота и армии со всей Великой Армии Республики, — пояснил ланник. — И, как оказалось, его рекруты оправдывают оказанное им доверие. С такой эффективностью, да еще со стороны молодых офицеров, я не сталкивался практически никогда. Это при том, что по местам их прежней службы в большинстве своем они себя не проявили столь широко. Нужен недюжинный талант, чтобы из всего многообразия офицеров армии Республики разглядеть столь компетентные кадры.
— Может дело в Силе, сэр? — поинтересовался Тепляк.
— Если так, то либо Доуган величайший из провидцев, каких я знаю, — произнес Пиелл, — либо он знает куда как больше, чем говорит остальным. В любом случае, он действует, как и должно джедаям.
— А разве джедаи не хранители мира? — Тепляк не сомневался в осведомленности ланника в этом вопросе, но с самого начала войны клона терзали сомнения в том, что «хранители мира» командуют боевыми отрядами, сеют смерть и разрушения… Взаимоисключающие параграфы, в попытке объяснения которых сломал голову не один разумный.
— Сейчас — да, — согласился Эван Пиел. — А раньше джедаи были превосходными воинами и с их помощью Республика не раз избегала краха. А стоило нам променять армию на обязанности миротворцев — положение внутри страны резко ухудшилось. Коррупция, беззаконие, пиратство, работорговля… Возможно, эта война нам нужна как раз для того, чтобы окончательно измениться, став теми, кем нам должно быть во имя всеобщего блага, а не в угоду правительству Республики.
Спорить с джедаем в тех вопросах, по которым клон-тень не был осведомлен, Тепляк не собирался. Поэтому, переглянувшись с бойцами отряда, предпочел продолжить наблюдать за сражением с мостика.
А меж тем, корабли адмирала Гранджера, занимая положение чуть выше позиции сепаратистов, словно оказались в «мертвой зоне» — орудия «Щедрых» в основном находятся в нижней полусфере, а потому «Праща» находилась в полигонных условиях, нанося противнику серьезные повреждения и при этом находясь за пределами его эффективного огня.
Ближайший «Щедрый» взорвался, превратившись в огненный шар из огня и света — залп флагмана адмирала Батча настиг его от носа до кормы. Но, казалось на мостике никто и не думает обращать на это внимание. Не было ни радостных возгласов, ни улыбок. Клоны и кристофсианцы продолжали заниматься каждый своим делом. Флагман продолжал стрелять, и Тепляк успел разглядеть, как на еще одном «Щедром» смело боевую рубку, по недосмотру проектировщиков вынесенную на носовую часть корабля и не имеющую большой защиты.
Неуправляемый корабль стало клонить в сторону, угрожая столкновением с его соседями по строю, но те предприняли отчаянные меры к спасению своих звездолетов избегая «подранка». И свое слово в этот момент сказали орудия ближайшего «Голана». Черноту космоса пронзил ярко сверкающий шквал концентрированных красных лучей энергии. Они пробили дефлекторные щиты «подранка» и распороли его бронированный корпус. Турболазерные лучи, расплавили защитную оболочку реакторов двигателей, и фрегат исчез во вспышке мощнейшего взрыва.
И сразу после этого, по приказу контр-адмирала Батча, его флагман и остальной флот рванули вперед. Тепляк разглядел на мониторах, что звездолеты флота «Праща» зеркально повторили этот маневр, буквально зажимая сепаратистов в клещи, минимизируя их пространство для маневра, сковывая передвижения и заставляя противника при любом поражении своих кораблей подставляться то под удары флота «Серп» и аккомпанирующих ему станций «Голан» то кораблей флота «Праща».
При этом собственная скученность вражеского флота, преследовавшая целью нанесение массированных ударов по позициям «Голанов», сейчас играла против самих сепаратистов.
Бой превратился в свалку. Сразу десяток «Щедрых» взмыли вверх, намереваясь выйти из-под обстрела атакуемых станций и кораблей Батча, но вместо этого попали под огонь других станций, расположенных выше основного поля сражения.
И в середине этого хаоса «Провидение» попытался отогнать флагман Батча, начав разворачиваться синхронно с ближайшим «Щедрым», чтобы встретить республиканский разрушитель залпами всего борта, но батареи «Валианта» уже открыли огонь. Турболазерные и ионные орудия взревели, объединившись в громогласную симфонию разрушения, и «Щедрый» в считанные секунды превратился в пыль.
И в тот же момент весь левый борт «Провидения» открыл огонь по кораблю Батча. Залп пробил защиту дефлекторных щитов, оплавив наружную оболочку корпуса «Валианта». Данные о повреждениях поступили на мостик, и, судя по отсутствию хоть какой-то реакции со стороны вахтенного, разрушения были незначительными. «Провидение» был слишком далеко, чтобы суметь нанести серьезные повреждения.
«Валиант», вцепившийся в «Провидение», вынудил Калли Трилм сосредоточить все силы на устранение угрозы с его стороны, и поэтому был вынужден прекратить стрельбу по остальным кораблям.
Один из поврежденных сепаратистских фрегатов был добит республиканскими «Молотоглавами» из флота «Серп», которые окружили свой флагман и оказались под сильным обстрелом со стороны «Щедрых», старательно стремившихся деблокировать «Провидение».
Сцепившись в ближнем бою с республиканским кораблем, флагман сепаратистов не был в состоянии подготовить себя к прыжку в гиперпространство — для этого было необходимо выбраться из той свалки, в которую превратилось сражение. Но это было невозможно сделать — противник вел по нему непрерывный огонь.
— Кажется, время настало, генерал? — поинтересовался Тепляк, наблюдая за тем, как «Валиант», едва не срывая своими выступающими боковыми частями обшивку с вражеского разрушителя, явно намерился расположиться прямиком напротив главного ангара. Предугадать дальнейшее развитие событий было несложно: корабли разделяло всего несколько сотен метров — ерунда для бойцов с реактивными ранцами.
— Верно, капитан, — отозвался ланник. — Пора поставить крест на командире флота «Клайзм».
— А остальные корабли сепаратистов? — недоверчиво спросил Спарк.
— Ими займутся другие коммандос и абордажные группы, — отрезал Эван Пиел. — Наша цель — Калли Трилм.
***
— Последняя лаборатория, — напомнил коммандер Флеш, указав Старстоун на массивную дверь, которая открылась при ее приближении.
— Все как обычно, — распорядилась Оли. — Скачать информацию, никого не будить.
Оглянувшись на бойцов роты «Аурек», следующих за ним, Борода кивнул им в сторону входа.
Оли первой вошла под своды гигантского помещения, очень похожего на те, в которых рождались клоны на Камино — по этому поводу ее уже просветили бойцы из 204-ого. Ученица Императора рассеянно слушала их, больше времени отводя своим внутренним ощущениям. Весь комплекс по клонированию был буквально пронизан Темной стороной. И в этом хаосе чужих эмоций предвидение слегка… Туманилось.
Наблюдая за тем как клоны споро разошлись в поисках контрольных панелей, девочка, прислушавшись к Силе, направилась по широкому помосту в центральной части лаборатории. Сила о чем-то навязчиво шептала ей, предупреждая о неприятностях. И, как и подобает в ее возрасте, девочка не избегала проблем на свою задницу, а широкими шагами двигалась им навстречу. Понимала, конечно, что, случись чего, от учителя прилетит, причем неслабо, но, наготове уже была подходящая «легенда» — она двинулась на разведку. В то время как клоны — это ее ударная сила. Как показала практика сражения против моргукаев, она лучше клонов способна смертельно обласкать своим оружием противника. Рота «Квеш», погибшая в полном составе при столкновении с парочкой моргукаев — тому прямое подтверждение.
Громкий крик, больше напоминающий рев дикого зверя донесся откуда-то сверху.