***
Вглядываясь в расслабленное лицо, как две капли воды похожее на его собственное, маршал 6-го десантного корпуса Дед, боролся с противоречивыми чувствами. Но при этом не забывал держать дезертира на прицеле своего бластера.
— Ну, чего ждешь? — тихо поинтересовался Кат Локуэйн. По крайней мере так он себя называл. Личный номер и свое подразделение клон не назвал. Да и важно ли это все? — Стреляй, если хочешь.
— Мне бы очень этого хотелось, — признался Дед. — Но у меня к тебе крайне противоречивые чувства, солдат.
— Надо же, — хмыкнул Кат, демонстративно отставив в сторону винтовку и присаживаясь напротив. — Поделишься?
— Твоя история… — Дед мазнул взглядом по розовокожей твилечке. Как там ее? Су? Да, кажется так. Женщина стояла рядом со своим… Мужем… Не выказывая страха. Лишь озлобленность читалась у нее на лице. Злость за то, что 6-ой десантный корпус, двигаясь в наступление на фабрику сепаратистов, набрел на их жилище. За то, что привлеченные мирным урожаем, разведчики оцепили ферму. За то, что напугали двоих детей твилечки от предыдущего партнера. Мальчик и девочка явно не могли быть детьми этого клона — в первую очередь потому, что союз между твилеками и людьми бесплоден. И законов природы не может исправить даже измененная генетика клонов. А даже если так — детвора явно выглядела куда как старше своего возраста. Клоны растут в два раза быстрее нормальных людей. Даже если Кат дезертировал после Джеонозиса, как утверждает, если сразу прилетел на Салукемай, если сразу заделал Су детей (а они даже на вид погодки), мелким сейчас в самом оптимальном случае должно было быть около двух лет. Дед особо не разбирался в других расах, особенно в детях, но мальчику и девочке даже на вид — от четырех до шести. Если не старше.
Детворы сейчас нет в той хибаре, которую дезертир и его подружка называли своим домом. Дед, несмотря на протесты Су, приказал вывести детей из дома. Разведчики не причинят им вреда — клоны не воюют с детьми. Но, по крайней мере, займут до того момента, пока маршал примет решение.
И сейчас, пока остальной корпус двигался к цели — второй с момента высадки, Деду предстояло принять самое непростое решение в своей жизни.
Еще год назад, он, не задумываясь, нажал бы на спуск и заряд тибанны вышиб бы дезертиру мозги.
Сейчас же… Когда правда стала явью, когда каждый из клонов на флоте «Клинок» и приданных ему десантных сил, осознал, что являются по сути разменной монетой в политических играх джедаев и их заклятых врагов, когда понимание, что все эти речи о возвышенных идеалах Республики, свободе и демократии, отважных сражениях за мирное небо над головой граждан — лишь фикция, призванная затуманить мозги послушным солдатам… Сейчас он не мог сделать этого. Не после того как стал штурмовиком Империи.
Это было бы неправильно.
В маршале боролись два начинания.
Первое — мысль о том, что этот клон дезертировал. Бойня на Джеонозисе в самом начале войны, привела к потере многих братьев. Да там почти все потеряли кто всех боевых товарищей, кто их подавляющее большинство. Но чтобы дезертировать… Нет. Никто кроме этого Ката не сбежал. Наверное.
Да к хатту предположения! Никто не дезертировал, кроме этого! Потому что не было такого приказа! А хорошие солдаты всегда выполняют приказы! Жаль только не ясно — его собственные ли это мысли, или отголоски того чипа, что сидел в его голове до тех пор, пока он не прибыл на службу в «Джент».
И вместе с тем, этот клон, даже с чипом в голове, смог противиться программе. Смог вырваться за пределы зоны комфорта, которой для клонов являлось ведение войны. Смог начать жизнь заново. Обзавестись семьей, завести хозяйство…
Стать не солдатом, фермером. Вставать рано утром, чтобы обработать урожай. Работать до темноты в поте лица, борясь с вредителями и сорняками. И возвращаться домой, где его ждут. Где приготовлена горячая еда — не руками дроидов-поваров в части или на борту звездного разрушителя. Не разогретые сухпайки на переходе…
Дед втянул носом запах еще не остывшего ужина. Даже пахнет аппетитно. Нет, никто не жаловался в армии на новое меню — особенно когда стали поступать натуральные, а не сублимированные продукты с Юкио и прочих сельскохозяйственных планет, входящих в эту межпланетную компанию, занимающуюся поставками продуктов питания в системные армии «Джент», «Хефт» и «Грек».
Хатт! Вот почему в такие важные моменты в голову лезет всякая ерунда? Дом, еда… Семья.
Неужто потому что он завидует этому… Солдату? Империя дала им права и гражданство. Обеспечила заработком, предоставила все необходимое… Разъяснила причины, по которым в Неизведанных регионах зреет новая держава и для чего нужны клоны — воевать не за Республику. За Империю. За граждан Империи. За себя, и всех тех, кто мирно трудится на далеких планетах… Тех, кто устал от лицемерия республиканцев, коррупции и прочего…
Разве этот… Парень, не сделал тоже самое, что и они все? Не покинул Республику в одностороннем порядке? Не стал вместо безликого бойца, сокрытого за визором своего шлема, человеком, у которого есть семья, дети? Нечто большее, за что не жаль умирать. За то, что дает тебе понимание простого факта — ты может быть и клон, но отнюдь не мясной дроид, который обязан следовать приказам и умирать за чьи-то интересы.
Но должен подняться с оружием в руках на защиту того, что дорого именно тебе. За семью и детей, за тихий уголок на задворках галактики, любимую женщину и тот порядок вещей, к которому у тебя лежит душа…
А не за идеалы других разумных, которым до тебя совершенно нет дела.
— С тобой все в порядке? — поинтересовалась Су, глядя на маршала.
— Что? — Дед сообразил, что так и стоит с оружием в руке. Он понял, что Кат и его жена о чем-то говорили, пока в его голове царила переоценка ценностей. — Со мной все в порядке.
Маршал, которому Устав Великой Армии Республики предписывал уничтожать дезертиров, паникеров и диверсантов на месте, тяжело вздохнул. И вернул бластер в кобуру.
— Ты отпускаешь меня? — недоверчиво спросил Кат. На лице его жены тоже царило изумление.
— Да, — просто ответил Дед.
— Сообщишь обо мне в Бригаду специальных операций? — предположил клон-дезертир.
— Нет, — покачал головой маршал. — Ты свободен.
— Ты что-то темнишь, командир, — не поверил Кат. — Устав ВАР…
— Ты многого не знаешь, Кат, — пояснил маршал. — Мы уже не подчиняемся Республике.
— О… Почему?
— Потому что нас предали, — решительно заявил командир 6-ого десантного корпуса. — Нас создали для того, чтобы мы воевали за других. Чтобы убивали джедаев тогда, когда наступит подходящий момент. Мы были пешками в чужой партии голошахмат. Расходным материалом в игре против Республики.
— А что изменилось? — не понял дезертир. — Ты знаешь об этом, но все также служишь Республике. Воюешь за чужие идеалы, жертвуешь собой, чтобы спали спокойно те, кто не хочет марать свои руки в этой бойне.
— Ошибаешься, — Дед поправил каму — традиционный декоративный элемент брони мандалорцев, перекочевавший в армию клонов. На самом деле она была одета как нужно. Но он просто не мог смотреть в глаза тому, кто раньше него понял истину, которая открылась клонам совсем недавно. И вдвойне было стыдно за то, что он держал этого человека на мушке. Как если бы целился в одного из своих бойцов, перешедших на сторону Империи после известных событий. Затем, поднял взгляд на Ката и его жену. — Я — командир 6-ого десантно-штурмового корпуса и гражданин Вечной Империи Закуул. Я воюю за себя, своих братьев и сограждан. Как и другие клоны — отбираю в этом спектакле под названием «война» свое место под солнцем.
— Звучит… Необычно, — признался Кат. — Не слышал ни о какой Империи… Что это?
— Место, где у таких как я есть или будет все тоже самое, что и у тебя, — Дед обвел рукой помещение дома, кивнул в сторону твилечки и вбежавших через парадный вход детей.
— Похоже на сказку, — тихо произнесла Су.
— Мы тоже так думали, — признался Дед. — Но привыкли верить обещаниям того, кто держит свое слово. Пусть дом и семьи мы построим и увидим не так скоро, но теперь у нас есть причина сражаться.