56
Жуковский просмотрел имена людей в своем списке.
Они были лучшими из лучших.
Он отобрал для обучения самое лучшее, что мог предложить учебный центр ГРУ в Санкт-Петербурге, и сократил список отправленной ему группы до всего двадцати четырех человек.
И эти люди подвергались совершенно жестокому обращению. Он пропустил их через мясорубку. Их подвергали пыткам и унижениям. Их заставляли пытать животных и заключённых Псковской тюрьмы.
Он также заставлял их убивать заключенных.
Они сделали это разными способами.
Держа их под водой.
Перерезав им горло.
Расстреляли их.
Это была тяжелая работа, и не все новобранцы могли с ней справиться.
А из тех, кто мог, еще меньше тех, кто мог сделать это с женщинами-заключенными.
Жуковский подумывал о том, чтобы отправить туда детей из государственного детского дома в Острове, но он опасался, что слишком многие из них не пройдут это испытание.
Киров сказал, что ему понадобится два отряда, двадцать два человека. Он не мог позволить себе потерять ещё дюжину из-за слабости желудков. Он был уверен, что эти люди справятся с поставленной задачей, и был готов сказать об этом Кирову.
База находилась вдали от цивилизации, в глубине лесной и болотистой местности, которая обозначала границу между Россией и Латвией, и эта изоляция была ключевой.
позволил Жуковскому проводить обучение таким образом, что люди погружались в созданный им мир.
Это было жестокое место.
Темное место.
Многие новобранцы погибли.
Все те, кто решил не продолжать обучение, были убиты.
Остальные мужчины еще не знали об этом, но вот-вот узнают.
Жуковский хотел, чтобы у них не осталось никаких сомнений в важности порученной им миссии. Услышав подробности, они бы запротестовали. Их разум восстал бы против этого. Им нужна была поддержка.
Он вышел во двор перед своим шатром и собрал их.
«Мужчины», — рявкнул он, глядя на них.
Теперь они были угрюмы. Глаза опущены. Дух подавлен. Готовы сделать всё, что им скажут.
На поляне стоял самосвал, и Жуковский обратил на него внимание.
«У меня для вас важный груз. Время нашей операции приближается, и если кто-то из вас чувствует себя неспособным выполнить приказы, которые вам будут даны, я хочу, чтобы вы знали, какими будут последствия».
Жуковский подошёл к грузовику и забрался в кабину. Он завёл двигатель, затем нажал кнопку, чтобы поднять кузов и вывалить содержимое. Десяток полуразложившихся трупов, всё ещё в военной форме цвета хаки, выскользнули из грузовика и кучей свалились на землю.
Жуковский вышел из машины. Его сразу же обдало тухлым смрадом, и он с трудом сдерживал рвоту. Трупы, даже на морозе, разложились до такой степени, что в глазницах и ртах погибших можно было увидеть личинок.
«Вы, мужчины, продолжали следовать режиму, когда эти трусы отказались»,
Жуковский сказал: «Я знаю, что это был трудный путь, но мы почти достигли его конца, и Родина вознаграждает тех, кто жертвует во имя неё. Мне поручено выплатить каждому из вас премию в пятьдесят тысяч рублей за каждого убитого в ходе предстоящей операции».
Мужчины еще ничего не знали об операции, но тот факт, что будут убийства, был очевиден.
«А теперь закопайте тела», — сказал он им.
Земля промерзла насквозь, но тяжелый труд пошел им на пользу.
Он также хотел, чтобы они были ближе и ближе к своим бывшим товарищам. Они не сомневались, что если не выполнят свою миссию, их ждёт лишь смерть.
Чего они не знали, так это того, что Жуковскому в любом случае было приказано убить их всех после операции. Киров не хотел ни малейшего шанса, что информация об операции просочится, а это означало отсутствие свидетелей.
Именно об этом Жуковский и собирался сейчас поговорить. Он зашёл в палатку и велел ординарцу оставить его. Затем он набрал номер Кирова.
«Что такое, Жуковский? У меня и без того дел хватает».
«Люди готовы, — сказал Жуковский. — Два отделения, как и было запрошено».
«Они готовы на все ?» — сказал Киров.
«Все что угодно», — подтвердил Жуковский.
«Включая женщин и детей».
«Совершенно верно, сэр».
«Очень хорошо. Тогда ждите дальнейших распоряжений. Я лично дам вам добро».
«Есть один вопрос, который я хотел бы обсудить с вами, сэр, если позволите»,
сказал Жуковский.
«Что это, Жуковский?»
«Ликвидация отрядов, сэр. Я считаю, что это пустая трата времени».
«Не говори мне, что ты совсем размяк», — сказал Киров. «Именно ты. Я бы в это не поверил».