Как кто-либо где-либо мог чувствовать себя в безопасности, если бы это было допущено?
Татьяна задавалась вопросом, что бы произошло, если бы Лэнс не уничтожил русское командование. Оказали бы мобилизованные русские части сопротивление? Вошли бы танки в Ригу?
И перед лицом сопротивления отступил бы президент США, чтобы не втянуться в полномасштабную войну?
Татьяна подозревала, что так оно и есть.
Ингрэм Монтгомери был хорошим человеком, но он не мог сравниться с миром, в котором жил Владимир Молотов.
Молотов не был обременен моральными и гуманитарными соображениями, которые президент США считал приоритетными.
А когда дело дойдет до боя, его не волнуют затраты, жертвы в крови и слезах, которые потребуются от его собственного народа.
Как американцы могли этому противостоять?
Как вы боролись с человеком, который хотел умереть?
«О чем ты думаешь?» — спросила Лорел, протягивая ей чашку кофе.
Татьяна выбросила эти мысли из головы. «Это было опасно», — сказала она.
Лорел кивнула. «Всё могло быстро пойти не так».
Татьяна провела руками по тонкой ткани юбки. В посольстве им выдали чистую одежду, но она была совсем не похожа на то, что она обычно носила.
Она посмотрела на Лорел и улыбнулась.
Теперь они доверяли друг другу.
Заботились друг о друге.
Им нравилось одно и то же: дорогая одежда, изысканные рестораны, шикарные номера в отелях.
Но они были не одинаковыми.
Лорел пошла в армию, чтобы отомстить тем, кто убил ее отца.
Она верила в то, за что боролась.
Она верила в мир, который возникнет из этого.
Для Татьяны причина была проще. Менее вдохновляющей.
Деньги.
Она не могла вынести мысли о том, что ее безопасность будет зависеть от мужчины, поэтому она поступила на службу в ГРУ.
Татьяна покупала дорогую одежду, украшения и духи не ради развлечения. Это были предметы первой необходимости, такие же необходимые, как кислород, символы её безопасности, броня, которой она себя защищала.
Она выросла при коммунизме. Она знала, что такое голод.
Она знала, что значит бояться за своё выживание, за своё пропитание. Она знала, что значит бороться в мире, которому было всё равно, жива она или мертва.
Она видела, как умерла её мать, когда ей было четыре года. Она провела шесть дней, запертая в квартире с её телом.
Она знала, что американский взгляд на мир, на счастливое, упорядоченное место, изображенное в телешоу, голливудских фильмах и на обложках глянцевых журналов, — не единственный мир, который может существовать.
Был мир подлее.
Мир, в котором происходили невыразимые вещи.
И она не была уверена, что Лорел знала, насколько темным может стать этот мир.
И как она могла это сделать?
Она была американкой, гражданкой США, родилась и выросла в стране, которая была успешной, оптимистичной и материально обеспеченной. Она знала трудности, это правда. Её мать умерла при родах, а отец погиб в Афганистане, когда ей было четырнадцать.
Татьяна знала, что отказалась присутствовать на его похоронах.
Она знала, что где-то под поверхностью есть рана, которая гноится.
Им обоим причинил боль мир. Они оба знали, что значит хотеть отомстить.
Но Татьяна не думала, что девочка, которая выросла, присягая на верность флагу Соединенных Штатов, которая выросла в условиях безопасности и процветания демократического правительства, которая любила свою страну, сможет понять правила игры, в которую играет Кремль.
Даже американский президент не понимал этих правил. Когда Татьяна увидела, как он дрогнул перед лицом вызовов Владимира Молотова, как он надеялся, что всё будет лучше, чем есть на самом деле, она была потрясена.
Оптимизм президента Монтгомери был проблемой.
Проблема, которая только усугубится.
Потому что между Вашингтоном и Кремлем существовала непреодолимая пропасть, в которой таились опасности, о которых руководство США даже не подозревало.
В то время как Вашингтон все еще верил в надежду, оптимизм и безопасный и мирный мир, Кремль был полон решимости сделать так, чтобы такой мир никогда не стал реальностью.
И то, что Татьяна видела собственными глазами, ради достижения этой цели они были готовы сделать, заставило бы волосы президента Монтгомери встать дыбом.
Татьяна знала, что Лорел понадобится ее помощь.
И она уже решила, что окажет ей эту помощь. Она будет рядом. Она поможет нести это бремя.
Потому что Лэнс был мертв, а мир, в который Лорел попала, был темнее и злее, чем она могла себе представить.
«С тобой все в порядке?» — спросила она Лорел.
Лорел чувствовала себя неважно. Она плакала уже в такси по дороге в аэропорт, и сейчас снова плакала. Глаза у неё были красные, и как бы она ни мазала тушь, она всё время размазывалась.