— Хорошо, я беру на себя ответственность заботиться о девушках. Насчёт страны и помощи, к кайзеру я думаю, попаду уже утром. Пока суд да дело, пока соберут совет Европы, войска выступят через несколько дней. Это по моим оптимистичным подсчётам.
— Лишь бы вообще, согласились помочь, — вздохнул я.
— Не переживайте, Германия вас не бросит, вы, может, не знаете, но Настя любимая племянница Кайзера, да и моя тоже.
— Не понял? То есть вы серьёзно её дядя? — удивился я.
— Ну да, Вильгельм и Николай, мои братья, от разных мам, но отец у нас один.
— Офигеть! — воскликнул я.
— Король Англии тоже наш родственник, — добавил Людвиг.
— Вот это поворот, — качая головой произнёс я.
— Мне казалось в России, это знают. — удивлённо проговорил посол Германии.
— Может быть, но чуть меньше года назад, когда напали на моего отца, я получил травы. Не всё осталось в моей памяти, — проговорил я, осознавая, как близок я к ненужным вопросам.
— Людвиг, а мы можем попросить у вас машину? Добраться до Урала, — перевёл тему Юсупов, с подозрением взглянув на меня.
— Хорошо, сейчас распоряжусь. И господа, спасибо вам за Настю. Надеюсь, через несколько недель, увидеть вас живыми.
Уехать мы решили в тишине, не посвящая Настю и Анжелу в свои планы. Тем более как нам сказали, девушки уснули. Немцы их вряд ли обидят, а выслушивать нотации от Анжелы мы были не готовы. Впереди у нас две с лишним тысячи километров дороги.
— Ты готов Дамир? — проговорил Юсупов, садясь на пассажирское место.
— Всегда готов, — повернул я ключ зажигания и переключая коробку передач в положение драйв.
— Жаль, у нас нет таких машин, — с нежностью поглаживал я руль.
— Это да, немцы принципиально не продают на сторону эту марку. Но нам же лучше. Весь мир знает, что только они на них ездят, больше шансов проехать, не привлекая внимания, — произнёс Юсупов, приоткрыв глаза.
Мы ехали уже шестой час, и я не испытывал ни капли усталости. Огромный, семиметровый белоснежный джип, с гербом Германии на дверях, будто парил на дороге. Бак у машины был по словам Людвига, четыреста литров, а при расходе около восьми литров, нам хватит с запасом до Екатеринбурга. Сама машина мне напоминала Шевроле Тахо из кортежа президента США в моём мире. Позади передних кресел, была расположена металлическая площадка, а сверху огромный люк с распашными створками наружу. В него должен вылазит пулемётчик, при атаке кортежа. В самом конце машины располагалась небольшая скамейка, обтянутая тряпичным материалом и наполненная, наверное, поролоном. А в огромном количестве ящиков внутри, располагалось оружие, гранаты, аптечки, бронежилеты. К этому всему мы накидали ещё несколько сумок с разнообразной едой.
— А что это за марка? — спросил я своего тестя. Разглядывая букву Н в кольце, над которым располагался классический значок ауди, четыре кольца.
— Это Хорьх, из концерна Авто Юнион.
— Авто Юнион? — задумчиво произнёс я, вспоминая, где я слышал это слово. — А Ауди не в него входит?
— В него, — согласно кивнул Юсупов и закрыв глаза, задремал.
Ехать мы решили через Киров на Пермь. Останавливались лишь по нужде, меняясь за рулём. Несколько раз над нами проносились самолёты, но определить, кому они принадлежат, было затруднительно. Армейских частей, мы не встречали, а чем дальше мы отъезжали от Москвы, тем больше убеждались, что страна живёт своей жизнью и граждане, возможно, даже и не знали, что произошло вчера.
— Люди или глупые или слишком безалаберно относятся к своей жизни, — произнёс Юсупов, когда мы обогнали несколько машин с прицепами, где располагались катера и лодки.
— А будь на их месте ты, что бы делал? — усмехнулся я, на его слова.
— Готовился бы к войне, поднимал бы свою гвардию, князя бы, ходил, донимал, что нужно быть готовым, — уверенно произнёс он
— Ты так уверен, потому что ты знаешь о произошедшем. А если бы не знал? Ты ведь заметил, что ни по каким радио каналам нет новостей о случившемся. И это, очень нехороший звоночек. В кремле произошёл теракт, в Москве находились войска враждебной нам страны, а в эфире тишина. То есть логично можно предположить, что за этим стоят высокопоставленные люди и они нам не союзники, раз это скрывают, — говорил я, доставая и бутылочку воды и делая глоток.
— Но Багратион и Вяземский мертвы, — задумавшись над моей речью, спустя пару минут произнёс тесть.
— Именно. Впрочем как и наш император, а кто теперь руководит страной большой вопрос.
— Так Настя же жива. Она и императрица.
— Это мы знаем, что жива и немцы, а остальные? — тяжело вздохнул, я посмотрел на него.