И теперь этот арьергард, сообразив, наверное, что преследователей не так-то уж и много, удалил мощным автоматным огнем вдоль реки, в левый фланг цепочки снайперов… …И «цепочке» этой резко стало хуже - теперь рои смертоносных свинцовых шмелей летели с двух сторон, и была опасность, что немцы могут попросту обойти позиции девчонок, зайти в тыл и прижать к реке…
А тогда…
Тогда бой продлится не больше пяти минут - их попросту забросают гранатами…
Все эти мысли молнией пронеслись в мозгу лейтенанта, и Сизова гаркнула во все горло:
- Яровая!!! Второй автомат и две гранаты Рахимовой и Морозовой! Быстро!!!
И Капитолина среагировала мгновенно:
- Зара! Лови!!! - Она швырнула туда, где залегла Зарина, автомат, подсумок с запасными магазинами к трофейному автомату, и две гранаты, не снимая чеки, и проорала во всю глотку, передавая приказ командира. - Держите с Машкой фланг! Их там не много!!!
- Я одна! - Ответила Рахимова.
Но в грохоте боя его тонкий голос никто не услышал…
А немцы напирали и были уже совсем близко…
- Я сейчас!
- Что там, Зара? - Подала голос Маша Морозова, которая уже успела справиться со своим первым страхом слепоты и теперь нащупала рукой свою винтовку. - Что, там?!!
- Немцы, Машка! Совсем рядом!
- Далеко?
- Метров двадцать!..
- Покажи куда стрелять!
- Ты же!..
- Покажи, дура, куда стрелять! - Маша опять стала львицей, хоть и подраненной и уже слепой. - Ствол направь!
Зарина подтолкнула ствол Машиной винтовки, направляя его в сторону бегущих немцев, а сама схватила автомат…
- Та-та-та-та! Бах! Бах! Та-та-та! Бах! Бах! Бах! Та-та-та-та!!!
Странный это был, совершенно немыслимый дуэт…
Девушка-узбечка, стреляющая их немецкого автомата, и слепая русская девчонка, раз за разом передергивавшая затвор снайперской винтовки…
Эх!.. Им бы опыту побольше, этим двоим! А умение стрелять, о нем позаботились в школе снайперов!..
Совершенно непостижимым образом, буквально на слух, Маше удалось свалить еще двоих немцев! А уж Зарина скосила из автомата не меньше десятка!.. Она даже успела бросить одну гранату, которая навечно успокоила еще четверых немецких егерей…
Арьергард был практически уничтожен…
Но…
Автомат и «мосинка» опустели, а перезаряжать их, времени уже не оставалось - четверо немцев были уже метрах в трех от практически безоружных девушек…
И небыло рядом никого, кто мог бы в тот момент поддержать девушек огнем. И Сизова, и Морозова-старшая, и всегда такая чопорная, но сейчас неимоверным образом превратившаяся в прекрасного бойца-снайпера, Ольга Рублева, сумевшая к этому времени «срубить» уже своего седьмого фашиста, все они вели ожесточенный, напряженный бой, и не могли отвлечься, ни на секунду!..
Рядом, метрах в семи, была только Капа Яровая, которая тоже, как заправский охотник-промысловик, раз за разом отстреливала свою «дичь», и занесла на свой, «личный счет» уже девятого немца…
Да только…
Именно ее, словно кто и толкнул под локоть в какой-то момент…
Капитолина седьмым чувством, затылком, наверное, почувствовала неладное, и повернула голову в сторону подруг… И увидела, как Зарина, обняв Машу рукой, в которой была граната, резко дернула своей второй рукой в сторону…
- Зара, не смей! - Проорала Капа, понимая, что сейчас должно произойти, и не веря собственным глазам.
И повернула ствол автомата в сторону немцев, которые уже спрыгивали в крохотную ложбинку… Но не успела…
Взрыв гранаты, там, где только что лежали ее подруги, разметал в стороны оставшихся егерей…
Девчонки все же сумели сказать свое последнее слово…
- А-а-а-а-а!!! - Взревела Капитолина раненной медведицей. - А-а-а-а-а!!! Га-а-ады-ы-ы-ы-ы!!!
Она, совершенно не соображая уже, от душившей ее ярости, что делает, отбросила автомат в сторону Сизовой, рванула чеку одной из гранат, и, поднявшись в полный рост, мощно метнула ее в сторону плота, до которого было метров сорок…
- Б-бу-у-у! - Поднялся рядом с немцами белый фонтан воды.
- А-а-а-а-а! Не-уй-де-о-о-ошь!..
Вторая граната рванула прямо посреди плота, сметая с него, словно метлой, остатки немецкого отряда…
- Капа лежать! - Проорала Сизова, заметив, что сибирячка и не думает падать на землю. - Лежать, дура! На землю!!!
И в этот миг голова Капитолины странно дернулась, и она повалилась всем телом на спину, на траву…
Одного взгляда не нее было достаточно лейтенанту, чтобы понять, что произошло - точно по центру лба сибирячки была дырочка, из которой тоненькой скупой струйкой вытекала темно-бордовая кровь…
- Искать стрелка! - Прокричала Сизова, забросила за спину винтовку и схватила автомат. - Там снайпер! Рублева, Морозова! Там снайпер!
И она, стараясь вызвать огонь на себя, побежала вдоль цепочки скошенных пулями кустов, стреляя из трофейного автомата от бедра в сторону противоположного берега…
- П-пуф-ф! - Раздался из далеких кустов звук, словно кто-то громко чихнул на противоположном берегу и тут же с неба раздался противный свист. - Ф-ви-и-и-у-у-у!
Мила как бежала, так бросилась на землю… И вовремя - в том месте, где только что была ее голова, пуля сбила кору с дерева…
- Б-бу-бух-х! - Метрах в тридцати позади лейтенанта раздался взрыв.
- В-вау-у-у! - Взвыли мартовскими котами осколки.
- Снайпера! Снайпера искать! - Проорала лейтенант. - Миномет мой!!!
А расчет немецких «трубачей», видимо, уже пристрелялся, и теперь они долбили минами берег со скоростью швейной машинки:
- П-пуф-ф! Ф-ви-и-у!!! Б-бу-бух-х!!! П-пуф-ф! Ф-ви-и-у!!! Б-бу-бух-х!
Сизова нервно водила из стороны в сторону стволом винтовки, пытаясь разглядеть сквозь дым то место, где окопался минометный расчет, и все никак не могла его найти… …А в десяти метрах от нее…
- Я его засекла! - Крикнула громко Ольга Рублева. - Я его сниму товарищ старшина!
Она прицелилась в куст, и… …Это действительно был опытный снайпер…
Под стволом кривого, векового дуба рос развесистый куст. Может, он действительно там рос много лет, а может, это была маскировка…
Только Ольга не успела этого понять…
Она выстрелила не в основание куста, а сантиметров на двадцать повыше… И… Реакция врага была стремительной! Миг! И она увидела глубину, целившегося прямо в нее, оптического прицела, как-будто взглянула прямо в черный глаз самой Смерти…
Ольга попыталась передернуть затвор, и…
Стекло ее прицела взорвалось и влетело сотней осколков прямо в зеленый глаз «профессорской дочки»…
Ольга даже не дернулась…
Она просто уронила голову на приклад своей винтовки, словно устала, и прилегла отдохнуть, а может и немного поспать… Поспать вечным сном снайпера, проигравшего снайперскую дуэль…
Но эту дуэль не проиграла старшина, которая лежала под кустом в пяти метрах от Ольги…
- Б-бах! - Приклад «мосинки» привычно-упруго толкнул Морозову-старшую в плечо.
А в восьмидесяти метрах, на той стороне реки, подломился и завалился набок, под падающим мертвым телом, большой куст орешника…
- Вот и отлично! Отстрелялся, падаль!.. - Прошептала старшина и перевела прицел винтовки на следующую цель. - Бах! Одиннадцать… Бах! Двенадцать…
Вражеские минометчики уже видимо пристрелялись к тому месту, где лежала Сизова, мины падали все ближе и ближе, и ей опять пришлось сменить позицию.
Она, пригибаясь к самой земле, держа в одной руке винтовку, а в другой полупустой автомат, пробежала несколько метров, и плюхнулась на землю в двух метрах от Морозовой:
- Как дела, старшина? - Крикнула она Морозовой.
- Они дальше уже не пойдут, Милка! Бах! - Ответила Морозова. - Их теперь осталось-то морд двадцать, не больше! Бах! Бах! Отобьемся! Бах! Их теперь только добивать надо!..
- Добьем! - Процедила сквозь зубы Сизова. - Ну, где же он, этот сучий миномет?!!
И вдруг… Она его увидела!..