- Значит так, товарищи офицеры… Две роты, что проходят переформирование, займутся очисткой фольварка от егерей, товарищ майор! - Жестко и безапелляционно заявил комполка, поглядев на командира батальона, а затем перевел взгляд на начальника штаба. - В поддержку комбату выделишь одну САУ, что проходила ремонт в местных мастерских, и минометный взвод!
- Есть! - Вытянулись по стойке «Смирно!» оба майора.
- Дальше! Ты, капитан, со своими разведчиками, тоже будешь участвовать в этом «празднике»! Под командой комбата!
- Есть, товарищ полковник!
- Все места вокруг фольварка ты уже, надо понимать, на собственном брюхе исползал, вот и поможешь майору правильно людей расположить, чтобы потерь избежать… И еще…
Полковник еще раз взглянул на погон и нашивку немецкого офицера и проговорил уже менее жестко:
- Кроме десятка пулеметов, у этих егерей наверняка еще и пара-тройка снайперов имеется… Не один же у них был этот «лейтенант», в самом деле…
- Наверняка, товарищ полковник… - Проговорил начштаба. -…А вот это уже более чем серьезно, товарищи командиры! - Проговорил комполка. - Поэтому… Разработать план операции… На все про все - пять часов! Жду доклад к 18.00!..
- Есть! - Ответил начштаба.
- Все свободны! - Проговорил полковник, и обратился к майору. - А вы пока, Иван Николаевич, пошлите человека, чтобы тот разыскал нашу «Золотую», и пусть она прибудет ко мне в штаб… Кажется для нее в этом фольварке тоже найдется работа…
Майор только улыбнулся в ответ и проговорил:
- Сделаем!.. …Прошло еще около четверти часа, когда в дверь кабинета постучали.
- Войдите! - Рявкнул довольно резко полковник.
Чем дольше он вникал, сидя над картой, в ситуацию с засевшими в поместье немцами, тем больше она ему не нравилась. И его, грозно сведенные на переносице брови, говорили лишь о том, что полковник все это время ломал голову над тем, как эту ситуацию решить…
- Товарищ полковник! Разрешите доложить!..
Женщина со снайперской винтовкой на плече, стоявшая на пороге кабинета, уже успела заметить своим острым взглядом это состояние командира полка, а потому, несмотря на свое, достаточно «привилегированное» положение в полку, решила, все же, обратиться по Уставу.
Да только полковник не дал ей этого сделать:
- Вольно!.. - Отмахнулся от рукой от доклада и кивнул головой в сторону трофей, принесенных разведкой. - Что скажете?
Ей достаточно было всего-лишь одного мельком брошенного взгляда, чтобы ответить очень лаконично и с уверенностью в своей правоте:
- Серьезные волки…
- Они сидят в соседнем с городом фольварке… - Полковник указал на карте место остро отточенным карандашом. - Это всего в шести километрах от нас, и столько же от передовой линии фронта… Возможно набираются сил, или ждут подкрепление в виде еще одной такой же группы…
- Сколько их, товарищ полковник?
- Разведка говорит, что не меньше полуроты… Но возможно и больше…
- Больше полусотни горно-егерских стрелков… - Проговорила женщина задумчиво. - Если у них был снайпер-офицер, то обязательно есть еще несколько снайперов-унтеров, и не меньше трех, товарищ полковник - немцы работают только снайперскими парами…
- Ваши предложения? - Комполка оторвал взгляд от карты, и посмотрел на женщину-снайпера.
- Выпускать их отсюда нельзя, и тянуть с уничтожением тоже никак нельзя… На когда намечена операция, товарищ полковник?
- Начштаба еще не представил план, но… Он человек опытный… Думаю назначит штурм фольварка на завтра, на рассвете…
- Тогда мне уже пора идти, товарищ командир! - Проговорила женщина, и вскинула, висевшую на плече, винтовку. - Мне этот штурм еще обеспечить надо…
- Добро… Сколько вам надо времени на подготовку?
- Я уже готова, товарищ полковник!
- Тогда так… Исходные данные получите у наших разведчиков… Капитан Карпин доложит вам обстановку и даст ориентиры - он только час, как вернулся из разведки… А дальше…
- А дальше я сама разберусь, товарищ полковник…
- Этих егерей надо, во что бы то ни стало, не пропустить за линию фронта - тут я с вами полностью согласен… Про этих хорватских егерей-добровольцев я в штабе дивизии такого понаслушался, что волосы под фуражкой дыбом встали!.. Это самые настоящие нелюди!.. Фанатики, преданные своему Фюреру!.. Такие дела… Их надо либо обезоружить и взять в плен, что было бы очень неплохо… Либо уничтожить, что было бы еще лучше - они того полностью заслужили!.. Это приказ!..
- Разрешите идти?
- Свободны!
Женщина-снайпер исчезла за дверью, а полковник, с какой-то, совершенно не свойственной его образу «беспристрастного прожженного полководца», теплотой во взгляде посмотрел на закрывшуюся за ней дверь, и проговорил очень тихо:
- Удачи тебе, «Золотая»… Что бы мы все без тебя делали… Только на тебя, да на наших разведчиков вся надежда…
На следующий день. На рассвете…
…Весна в тот год наступала семимильными шагами! Днем…
А вот по ночам еще иногда случались заморозки, а на только что родившихся листочках иногда, под утро, даже поблескивал иней…
Да и холодный ветерок, нет-нет, да и начинавший гулять по полям, и среди редких деревьев и кустов, пробирал до костей… …Она пролежала в своем «схроне», на снайперской позиции в двухстах метрах от каменной ограды фольварка почти без движения уже больше 5 часов, зорко всматриваясь в ночь…
Нет… Такое совершенно нечеловеческое терпение и выдержка, могли быть только у человека, который полностью поглощен какой-то своей, только ему понятной идеей, и, конечно же, у аса своего нелегкого, снайперского дела… …Это был небольшой взгорочек, разделенный пополам двухметровой ложбинкой, словно природа специально позаботилась о месте для снайперской «лежки». Прямо на вершине, этого взгорка буйно разросся куст орешника, а по его ветвям, потянул в разные стороны свои «цепкие руки» дикий виноград… …Поначалу, еще днем, она сумела проползти по периметру всего поместья, разведывая что-то и высматривая, пытаясь найти для себя самую удобную позицию. И она ее нашла!.. Она со стороны увидела этот взгорок, оценила всю его природную «маскировку», и…
Поняла, что эту же позицию оценили и немецкие снайперы - в оптический прицел своей «мосинки», она, через несколько минут пытливого всматривания в заросли дикого винограда, увидела…
Сначала две тоненькие, сломанные веточки!.. Всего-то две!!! Но сломаны они были совсем недавно - может сутки, а может несколько часов назад!.. И прождав еще около получаса, она получила ответ на свой вопрос… Что-то едва-едва шевельнулось там, в зарослях, и она увидела… Как на одну секунду блеснул под случайным солнечным лучиком подкованный металлом каблук ботинка, который тут же и исчез…
«…Все правильно! Такое место никак нельзя упускать! - Подумала она. - Умные, гады! Если наши и сумеют пробежать под пулеметами это поле, и дойти до каменной ограды, то оттуда их можно расстреливать по одному прямо в спины!.. Этот стрелок, наверное, самый отчаянный… Или самый опытный… Остальные наверняка там, в фольварке на крышах в чердачных окнах будут сидеть… Ладно… Подождем!..» …Прошел весь тот, вчерашний день, а немецкий снайпер, как она больше не вглядывалась, больше себя не выдал ни одним движением… Но… Теперь уже было поздно - «Золотая» уже точно знала, где он находится, и даже знала то, как поступит дальше сама… …Это произошло уже после полуночи… …Что такое 200-250 метров? Да, в сущности - ерунда!.. Нормальный человек пробежит такое расстояние за 25-30 секунд… Или пройдет обычным шагом минуты за три…
«Золотая» преодолевала это расстояние больше часа… По-пластунски… Замирая в некоторых местах на несколько минут, и чутко прислушиваясь к звукам ночи… И огибая немного место «лежки» немецкого снайпера так, что бы быть у него справа…