Так вот…
Попасть в те, военные годы под подозрение армейских «смершевцев» почти наверняка означало, если и не расстрел на месте, без суда и следствия, «по законам военного времени», что практиковалось очень часто и не столько за провинность, сколько в назидание другим - «чтобы неповадно было!», то уж лагерь, где-нибудь на севере необъятной России, по 58 статье «изменника Родине» - был обеспечен…
Очень много в былые годы было говорено о зверствах и несправедливости офицеров «Смерша», и многое из всего этого было правдой…
Было в «Смерше», конечно же, очень много и настоящих, проверенных, боевых офицеров! Некоторые из даже стали Героями Союза за участие в боях, и на Курской дуге, и за освобождение Киева, да и в других фронтовых операциях…
Но были и другие, чего скрывать… Те, которые умело и нагло использовали свое служебное положение для личной выгоды, преследую свои собственные интересы…
…То, что произошло дальше, наверное, не ожидала от самой себя и сама «Золотая»…
«Виллис» остановился, пропуская колонну солдат, и…
- Хрясть!..
Мощная пощечина, прилетевшая капитану в лицо, была настолько сильна, что сбила с его головы фуражку с пижонским лаковым козырьком и темно-синим, «энкавэдэшным» околышем…
А старшина уже выпрыгнула из автомобиля на землю…
- Вы!.. Вы!.. - Капитан просто ошалел от такого поворота событий. - Товарищ старшина!!! Вы понимаете, что сейчас сделали?!!
- Залепила пощечину сопливому хаму, который вдруг подумал, что ему позволено должностью лапать своими грязными руками женщину, едва ли не вдвое его старшую! - Отрезала «Золотая».
- Вы только что при свидетелях ударили офицера «Смерша», товарищ старшина! - На лице капитана уже отчетливо проступил красный след от пятерни. - Вы за это ответите!
- А за свои грязные намеки, хамло, ты тоже ответишь?!!
Капитан буквально задохнулся от ярости, и выпалил зло:
- После того как освободитесь у комполка, жду вас в своем кабинете, гвардии старшина Морозова! Это приказ!!! И мы разберемся, поверьте мне на слово, очень внимательно разберемся, не приписали ли вам несуществующие заслуги в последних боях! Я не слышу ответа, старшина!
- Есть явиться для разбора! - Она приложила ладонь к пилотке.
Капитан поднял с пола машины фуражку, закатившуюся после оплеуху куда-то между ног, отряхнул ее от пыли, зыркнул зло на женщину, а потом рявкнул в ярости своему застывшему в изумлении, водителю:
- Чего встал, чурбан? Поехали!..
…В дверь кабинета командира полка настойчиво, и даже как-то зло постучали…
- Да! Войдите!
На пороге кабинета стояла старшина-снайпер:
- Товарищ полковник! Старшина Морозова по вашему приказанию прибыла!
- Вольно! - Молодой полковник вскочил из-за стола и бросился к «Золотой». - Вольно же!!! Ну, сколько же вам еще раз нужно говорить, Зоя Павловна, что когда мы одни, не нужно всего этого! Не-нуж-но!!!
Он схватил ее за ладонь двумя руками, и с сыновней теплотой посмотрел в глаза:
- Это я для всех остальных «гвардии полковник», а для вас… Мы же с вами уже столько лет знакомы! - И он улыбнулся, показав крепкие ровные зубы. - Помните, еще тогда, в 40-ом? Когда я на службу уезжал?
- Это перед Милкиными соревнованиями что ли?
- Точно! - Совсем как-то по-мальчишески обрадовался комполка.
- Помню, как же… - Улыбнулась в ответ «Золотая». - Нам тогда к всесоюзным соревнованиям нужно было готовиться, а тут у Милки вдруг любовь приключилась… Вот уж, в самом деле: «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь!»…
Она по-матерински посмотрела на полковника:
- Ты тогда был совсем молоденький лейтенантик Сережа Николаев… - И она весело посмотрела полковнику в глаза. - Молодой, но наглы-ый… Я-то уж тогда, с самого первого взгляда поняла знала, что быть тебе генералом…
Лето 1940. Киев.
…Тренер женской сборной по стрельбе Зоя Павловна Морозова, в недавнем прошлом Чемпион СССР, уже несколько дней чувствовала, что с ее любимой ученицей, подающей такие большие надежды в спорте, творится что-то неладное… Неспокойна была ее лучшая ученица… Что-то творилось на душе у этой девчонки, да только вот что…
Морозова понять не могла, а Мила ничего не говорила… …Людмила Сизова пришла тогда на свою обычную тренировку, переоделась в спортивный костюм и стрелковую кожаную куртку, получила оружие и вышла на стрельбище…
Морозова уже была здесь:
- Здравствуй, Людмила!
- Здрасть, Зоя Павловна… - Пробурчала девушка угрюмо, и стала готовиться к стрельбе.
- У тебя все в порядке? Ну-ка, посмотри-ка на меня! Ничего не случилось?
- Все в порядке, Зоя Павловна… - Мила спрятала глаза и отвернулась, поправляя на голове две легкомысленные косички, уложенные на голове крендельком. - Я готова!
Тренер, небольшого роста темноволосая женщина лет 38-40 со строгим и мудрым взглядом, в спортивных бриджах и кожаной летной куртке, только хмыкнула неопределенно и направилась пол козырек тира, где был установлен перископ:
- Тогда… Шагом марш на огневой рубеж! Раз все у тебя в порядке… - Проговорила она задумчиво. - Стрельба в колена!
- Ф-фу! Ф-фу! Ф-фу!
Мила глубоко задышала, пытаясь восстановит дыхание, но сердце, в ее груди отбивая какой-то странный и не известный ей до селе ритм, трепыхалось, как заячий хвост.
«…Так все!.. - Попыталась приказать себе девушка мысленно. - Успокоится! Взять себя в руки! Ничего страшного не произошло!.. Спокойствие, Мила! Спокойствие!..»
Она перехватила ремень тяжелой армейской винтовки, петлей и туго, намертво закрепила свой локоть. Медленно выдохнула, покачивая стволом винтовки сверху вниз. И замерла, как изваяние, сосредоточенно прицелившись в мишень, виднеющуюся метрах в ста…
Тренер смотрела то на девушку, в ожидании выстрела, то на мишень, и, наконец, не выдержала:
- Не «зацеливайся»! Долго! Очень долго! - Прокричала она своей ученице, но выстрела так и не последовало. - Все! Стоп!
Мила подняла ствол винтовки вверх, посмотрела на приближавшуюся к ней разгневанную Морозову, и удрученно опустила голову…
- Да что с тобой сегодня происходит такое, Людмила? Ты можешь мне объяснить? - Рявкнула тренер над ухом девушки. - С таким настроением мы с тобой далеко не уйдем! Ну-ка! Давай-ка ты соберись с мыслями своими, и попробуем еще раз…
«…Нет, надо успокоиться, а то совсем уж как-то нехорошо получается! - Подумала Люда. - И ее подвожу, и команду!..»
Она прицелилась, и, как это бывало и раньше, замерла всего на одну секунду:
- Б-бах! - Рявкнула винтовка и немного прыгнула стволом вверх.
- Девятка на шесть часов! - Услышала она голос Морозовой.
Мила, не меняя положения изготовки, перезарядила винтовку. Вскинула ее к плечу, и опять замерла на секунду:
- Б-бах! - Мила всего чуть-чуть подалась назад от отдачи оружия, и опять замерла, как изваяние.
- Десятка…
«…Ну, вот! Уже лучше, Милка! - Похвалила она сама себя. - А то совсем уж сопли распустила! Расквасилась, как маленький ребенок!..»
Она быстро и уверенно, отточенным до автоматизма движением перезарядила винтовку, и жестко взглянула:
«…Ну, все!!! Спокойствие! Отстреляться надо поточнее, а то съест меня Павловна!..»
Она, совершенно непрофессионально, воровато зыркнула через плечо, туда, где ее тренер делала какие-то пометки в тетради, приникая к окулярам перископа.
- Ф-ф-ф-ф! - Мила медленно выпустила воздух через зубы.
- Б-бах! - Грохнул выстрел.
- Семерка на двенадцать…
Мила в сердцах сорвала ремень винтовки с локтя, с раздражением отбросила ее в сторону на землю, и решительно встала…