- Зара, не смей! - Проорала Капа, понимая, что сейчас должно произойти, и не веря собственным глазам.
И повернула ствол автомата в сторону немцев, которые уже спрыгивали в крохотную ложбинку… Но не успела…
Взрыв гранаты, там, где только что лежали ее подруги, разметал в стороны оставшихся егерей…
Девчонки все же сумели сказать свое последнее слово…
- А-а-а-а-а!!! - Взревела Капитолина раненной медведицей. - А-а-а-а-а!!! Га-а-ады-ы-ы-ы-ы!!!
Она, совершенно не соображая уже, от душившей ее ярости, что делает, отбросила автомат в сторону Сизовой, рванула чеку одной из гранат, и, поднявшись в полный рост, мощно метнула ее в сторону плота, до которого было метров сорок…
- Б-бу-у-у! - Поднялся рядом с немцами белый фонтан воды.
- А-а-а-а-а! Не-уй-де-о-о-ошь!..
Вторая граната рванула прямо посреди плота, сметая с него, словно метлой, остатки немецкого отряда…
- Капа лежать! - Проорала Сизова, заметив, что сибирячка и не думает падать на землю. - Лежать, дура! На землю!!!
И в этот миг голова Капитолины странно дернулась, и она повалилась всем телом на спину, на траву…
Одного взгляда не нее было достаточно лейтенанту, чтобы понять, что произошло - точно по центру лба сибирячки была дырочка, из которой тоненькой скупой струйкой вытекала темно-бордовая кровь…
- Искать стрелка! - Прокричала Сизова, забросила за спину винтовку и схватила автомат. - Там снайпер! Рублева, Морозова! Там снайпер!
И она, стараясь вызвать огонь на себя, побежала вдоль цепочки скошенных пулями кустов, стреляя из трофейного автомата от бедра в сторону противоположного берега…
- П-пуф-ф! - Раздался из далеких кустов звук, словно кто-то громко чихнул на противоположном берегу и тут же с неба раздался противный свист. - Ф-ви-и-и-у-у-у!
Мила как бежала, так бросилась на землю… И вовремя - в том месте, где только что была ее голова, пуля сбила кору с дерева…
- Б-бу-бух-х! - Метрах в тридцати позади лейтенанта раздался взрыв.
- В-вау-у-у! - Взвыли мартовскими котами осколки.
- Снайпера! Снайпера искать! - Проорала лейтенант. - Миномет мой!!!
А расчет немецких «трубачей», видимо, уже пристрелялся, и теперь они долбили минами берег со скоростью швейной машинки:
- П-пуф-ф! Ф-ви-и-и-у-у-у-у!!! Б-бу-бух-х!!! П-пуф-ф! Ф-ви-и-и-у-у-у-у!!! Б-бу-бух-х!
Сизова нервно водила из стороны в сторону стволом винтовки, пытаясь разглядеть сквозь дым то место, где окопался минометный расчет, и все никак не могла его найти… …А в десяти метрах от нее…
- Я его засекла! - Крикнула громко Ольга Рублева. - Я его сниму товарищ старшина!
Она прицелилась в куст, и… …Это действительно был опытный снайпер…
Под стволом кривого, векового дуба рос развесистый куст. Может, он действительно там рос много лет, а может, это была маскировка…
Только Ольга не успела этого понять…
Она выстрелила не в основание куста, а сантиметров на двадцать повыше… И… Реакция врага была стремительной! Миг! И она увидела глубину, целившегося прямо в нее, оптического прицела, как-будто взглянула прямо в черный глаз самой Смерти…
Ольга попыталась передернуть затвор, и…
Стекло ее прицела взорвалось и влетело сотней осколков прямо в зеленый глаз «профессорской дочки»…
Ольга даже не дернулась…
Она просто уронила голову на приклад своей винтовки, словно устала, и прилегла отдохнуть, а может и немного поспать… Поспать вечным сном снайпера, проигравшего снайперскую дуэль…
Но эту дуэль не проиграла старшина, которая лежала под кустом в пяти метрах от Ольги…
- Б-бах! - Приклад «мосинки» привычно-упруго толкнул Морозову-старшую в плечо.
А в восьмидесяти метрах, на той стороне реки, подломился и завалился набок, под падающим мертвым телом, большой куст орешника…
- Вот и отлично! Отстрелялся, падаль!.. - Прошептала старшина и перевела прицел винтовки на следующую цель. - Бах! Одиннадцать… Бах! Двенадцать… …- П-пуф-ф! Ф-ви-и-и-у-у-у-у!!! Б-бу-бух-х!!! П-пуф-ф! Ф-ви-и-и-у-у-у!!! Б-бу-бух-х!..
Вражеские минометчики уже пристрелялись к тому месту, где лежала Сизова, и ей опять пришлось сменить позицию.
Она, пригибаясь к самой земле, держа в одной руке винтовку, а в другой полупустой автомат, пробежала несколько метров, и плюхнулась на землю в двух метрах от Морозовой:
- Как дела, старшина? - Крикнула она Морозовой.
- Они дальше уже не пойдут, Милка! Бах! - Ответила Морозова. - Их теперь осталось-то морд двадцать, не больше! Бах! Бах! Отобьемся! Бах! Их теперь только добивать надо!..