А Николаев орал на солдата-водителя:
- Давай дорогой!!! Давай!!! Жми на всю железку!!! Давай, отец!!! Может, успеем! Может, хоть старшину спасти сможем!..
Да только не нужны были пожилому водителю эти увещевания - он давно уже и сам все понял. Понял тогда, когда рядом с каждой из девушек в кузов его автомобиля положили по снайперской винтовке с оптическим прицелом, а рядом с самой взрослой женщиной с изуродованной осколками спиной, у которой в петлицах были по четыре старшинских «треугольничка», а на груди два ордена, уселась лейтенант…
Он, этот пожилой водитель, все понял еще тогда, у реки, когда майор приказал командовать солдатами своему заместителю капитану, а сам прыгнул в кабину на пассажирское сидение, и рявкнул дурным голосом:
- Гони!!! Скорее!!! В станицу, в госпиталь!!!
И он делал все, что мог…
Машина лавировала так, словно ее вел вдрызг пьяный человек, объезжая препятствия, но не то, чтобы приостанавливалась, она даже не сбавляла скорости, ни на секунду!.. Ее постоянно подбрасывало на ухабах, она скрипела и кряхтела, как старый человек, которого заставили бежать на длинную дистанцию, двигатель, как раненный зверь, выл на высокой ноте, и уже чувствовался запах горелого масла, но…
Солдат-водитель, уцепившийся руками в баранку и наклонившийся вперед к лобовому стеклу так, что стал похож на орла, высматривающего со скалы добычу, только скрипел зубами, катал огромные желваки на скулах, и рулил, рулил, рулил…
- Давай, отец! Давай родной! - Орал ему на ухо майор Николаев. - Быстрее!!! Надо успеть!!! Ты не представляешь, какой это человек! Эта раненная старшина, она!.. Эх!!! Гони, солдат! Терпи и гони!!!
- Да я-то что! - Проорал в ответ красноармеец. - Я-то сдюжу! Чай не впервой! А вот машина може и того!.. Вон, горелым уже несет!.. Техника не человек - она к себе такого неаккуратного обращения не терпит и не прощает, товарищ майор!..
- Далеко еще?
- По дороге километра два, товарищ комбат! - Ответил водитель, и, не отрывая рук от баранки, указал направление выставленным вперед подбородком. - Вон за тем холмом станица!
- Дотянет твоя колымага?
- Должна бы… Если мотор не взорвется…
Из-под капота «полуторки» уже просто сизыми клубами вылил дым…
- Тяни, солдат! Нельзя чтобы она взорвалась - близко уже! Ты, боец, сейчас как летчик, который идет на родной аэродром с горящим мотором! Надо дотянуть! НАДО!!! Придумай что-нибудь, прояви смекалку! А я тебе за этот рейс медаль «За боевые заслуги»…
- Да на кой она мне нужна, товарищ майор, ваша медаль! - Проговорил солдат и свернул с дороги прямо к высокому холму. - Тут хорошего человека спасти - первое дело!
- Ты куда?!! Ты куда рулишь, сволочь?!! - Рявкнул Николаев, заметив этот маневр, и вытащил из кабуры пистолет. - Ты что творишь, гад?!! А ну вернись на тракт! Застрелю!!!
Да только солдат ни то, чтобы не испугался, он даже не обратил внимания на эту угрозу:
- Я, товарищ майор, не летчик! Но уже точно знаю, что на нашем «аэроплане» мы до станицы не доедем - не сдюжит она, взорвется!.. - Проговорил солдат злым голосом, зыркнув на комбата. - Но я в свое машине, как капитан на корабле - самый главный командир!.. И сам решаю, как до нужного места добраться!..
Он жестко взглянул прямо в глаза Николаева, и проговорил:
- И можешь меня расстрелять, сынок, из свей пукалки! Но только потом!.. Если я вас всех до госпиталя не довезу!.. Или эту медальку обещанную дать… А пока не мешай мне, майор! И пистоль свой обратно в кабуру заховай!.. Щас такое начнется!.. Ты, лучше, лейтенантшу свою предупреди, чтобы держалась покрепче, а то еще потеряем ее по дороге…
И, довернув еще немного руль в сторону холма, надавил на педаль акселератора…
«Полуторка» взвыла как корова, которую укусил под хвост огромный слепень, подпрыгнула на очередном ухабе, едва не встав на дыбы, и помчалась, не разбирая дороги, ломая колесами редкие кустики прямо к вершине холма, по не самому пологому склону…
И тогда майор, наверное, понял, что хотел сделать этот пожилой солдат:
- Не дотянет, отец! Не дотянет!!!
- Два километра до станицы по дороге не дотянет - это точно! - Рявкнул в ответ водитель. - А здесь, метров триста! Никуда не денется!!! Держитесь, товарищ майор! Щас так трясти будет, что чертям тошно станет!
- Мила, держись! - Проорал майор Николаев, обернувшись к маленькому окошечку, и увидел, как Сизова ухватилась обеими руками за борт кузова.
Тогда он и сам ухватился обеими руками за дверцу, проорал солдату:
- Ну, давай, боец! Вывози!!! …«Полуторка» выскочила на вершину холма, уже в таких клубах черного дыма, славно у ее водителя была задача поставить дымовую завесу, и…