- Вот ты мне эту «суку колкую» и найди! -…А Симо всегда стреляет в сердце - это его почерк, товарищ майор…
- Слушай, капитан!.. Бери своих, проси чего надо, но избавь меня от разбирательств с комдивом, и побыстрее! Он же звонит каждые три часа и требует доклад о том, что эту «кукушку» уже ощипали…
- А на Симо я сам пойду, товарищ майор… Один… Если это вообще он… - Проговорил задумчиво Сиротин. - Нельзя рисковать - он, гад, если честно, почти любого из моих мужиков уложить может…
- И тебя? - Поднял бровь майор.
- А вот меня - врядли… Я-то, как раз, с ним и могу пободаться на равных… Мне нужны будут только разведчики… Не меньше отделения…
- Да хоть взвод, Иван! -…Чтобы они меня подстраховали, на отходе из нейтральной полосы… Остальное сделаю сам…
- Что ж… Удачи тебе, капитан… Действуй!..
Весна в тот, 40-ой год, выдалась в холодной Финляндии на удивление ранней и теплой, и в начале марта на деревьях уже зеленели молодые листочки… Маленькие еще пока, не полностью раскрывшиеся, но… Лес, есть лес - перед глазами уже пестрило «зеленое море»…
Командир снайперской роты лежал в этом укрытии, не шелохнувшись, уже больше шести часов… …Перед ним было поле перед опушкой леса…
Редкие кусты колыхали молодыми листьями от легких порывов ветра… Были слышны редкие птичьи голоса… Эхом разносился дробный стук труженика-дятла… …Сиротин, почти невидимый, под листьями луговой осоки, целился из своей винтовки с оптическим прицелом в какую-то точку…
«…Я тебя нашел, Симо!.. Ты попался, «кукушонок»!..»
И палец капитана начал медленно выбирать «слабину» на спусковом крючке…
Спокойное, слившееся с прицелом, лицо снайпера…
«…Спокойно, Ваня! - Проговорил он сам себе мысленно. - Он уже на прицеле!.. Теперь только не торопись!.. Успокой дыхание… Нервы… Эмоции выбросить подальше!.. Надо сделать только один хороший выстрел!..»
Палец капитана слегка отпустил спусковой крючок «мосинки», и замер на какое-то время…
Сиротин облизал пересохшие губы и скомандовал сам себе:
«…Ну, что? Успокоился, капитан?.. Тогда… За дело!..» …Его палец снова надавил на спусковой крючок винтовки…
- Б-бах!
Выстрел был похож на разряд грома над головой, и пронесся эхом по лесу:
- Ах! Ах! Ах! Ах!..
Сорвались с мест и улетели с деревьев перепуганные птицы…
А Сиротин…
Он был похож на окаменевшую статую… Даже не шелохнувшись после выстрела, он продолжал наблюдать за той, с таким трудом найденной целью, по которой стрелял…
Сначала в кроне высокой сосны ничего не произошло… Словно он выстрелил в пустоту…
Но через полминуту…
Густая крона высокой сосны на той стороне поля, метрах в пятистах, зашевелилась, и…
Ломая ветки, с треском, с высоты 10-12 метров на землю упало человеческое тело…
Сиротин приподнял голову и посмотрел на место падения человека:
«…Достал! Я тебя достал, Симо!..»
У подножия сосны был виден бесформенный предмет, похожий на человека, и он неподвижен…
«…А теперь я посмотрю тебе в глаза, «Белая смерть»!..»
Сиротин медленно встал во весь рост и сделал два шага по направлению к своему поверженному врагу…
И в этот момент…
- Б-бах!
Выстрел был не громкий из-за расстояния, и даже небыл похож на выстрел, а скорее на новогоднюю хлопушку…
Но через секунду…
Правое колено Сиротина разорвалось кровавыми брызгами…
Капитан в недоумении посмотрел на изуродованную пулей ногу и еще ничего не успел сообразить, когда… Эхо донесло до его слуха звук второго далекого выстрела…
Вторая пуля разорвала гимнастерку капитана прямо над сердцем, а удар пули швырнул Сиротина на землю…
…На той стороне поля, в полукилометре, из-под куста, в пяти метрах от сосны, с которой упал человек, выполз и встал во весь рост финский снайпер в лесном, бесформенном камуфляже «кикимора», длинные лоскуты разноцветной ткани которого, гроздьями свисали до самых пят, и сбросил со своей головы капюшон…
Нет…
Он даже не улыбнулся, как фермер, выполнивший, наконец, свою работу… Он направился к подножию сосны, деловито поднял чучело человека, упавшее сверху, так же деловито забросил за спину винтовку, и… Подхватив чучело одной рукой под мышку, сматывая на ходу длинную веревку, человек в камуфляже скрылся в глубине леса…
…Сиротина тогда вынесли разведчики…
Того взвода, который был придан приказом начштаба лично ему… Через восемь часов, «пропахав», в поисках капитана, всю нейтральную полосу…