Мальчик замолчал и расширенными от ужаса глазами уставился на лежащего Сазонова. Решетку закрыли. Валерий бросился к доктору. У того был пробит лоб.
– Нас убьют, – прошептал Валерий. – Вот и кончилось все, – пробормотал он. Поднявшись, подошел к плачущему мальчику. – Успокойся, слезами горю не поможешь. Так говорят на Руси, из которой меня вышвырнули. – Он обнял мальчика.
– Алмаз! – весело проговорила Бетси. – Алмаз… А я не верила. Что он говорит? – спросила она пошедшего Бобби.
– Он по-нашему не понимает. По-французски тоже.
– Кто он по национальности?
– Русский. В этой яме у Карлика сидели русские.
– Черт возьми, – зло проговорила Бетси, – никто из наших не понимает! – и прищурилась. – Русские шлюхи, – обрадовалась она. – Отвезем его к нам, и его допросят русские шлюхи.
– Что вы тут делаете? – раздался злой голос Уштишь.
Бетси обернулась:
– Беру свое.
Позади сомалийки стояли восемь вооруженных винтовками африканцев. Четверо наемников Смита вскинули оружие.
– Не советую, – усмехнулась Уштишь. – Вас убьют прежде, чем вы нажмете на курок.
Бобби, покосившись, увидел стоявших с направленными на них винтовками воинов племени хунада.
– Сзади дикарей человек двадцать, – услышал он шепот стоявшего от него справа наемника. Ухмыльнувшись, опустил автомат. Трое других тоже.
– Слушай, ты, – шагнула вперед Бетси, – этот участок принадлежит Смиту, а…
– И Отундо тоже, – сделала шаг вперед Уштишь. – А ты забираешь…
– Здесь все наше! – повысила голос Бетси.
– Это наша страна, – вызывающе напомнила сомалийка. – И все принадлежит нам!
Женщины сошлись вплотную и не сводили одна с другой горящих ненавистью глаз.
– Что случилось? – закричал бегущий к ямам Отундо.
– Вот и все, – усмехнулся Генрих. – Теперь я сам себе господин. Денег добраться до Хобью мне хватит. Там относительно спокойно, и я первым рейсом улечу в Оман. Потом продам один камешек, и в Бонн. И все, я буду богат и счастлив. Так, – он посмотрел на компас, – сюда. Только бы найти на побережье катер или того, кто доставит меня в Хобью. Однако, – он остановился, – сейчас там полно пиратов. Да и как только поймут, что я свалил, за мной сразу отправятся люди Отундо, и пойдут они к океану. Точно, по моим следам. Черт возьми, меня быстро догонят и возьмут. Дикари все здесь знают. Переломают ноги и руки и бросят в саванне гиенам. Черт возьми! У меня по крайней мере тысяч на сто пятьдесят камней, а я… – Он сел на землю, дрожащими пальцами вытащил из нагрудного кармана пачку сигарет. И вдруг вскочил. – А ведь там дорога! Надо поймать попутку, и все. В любую сторону километров пятьдесят, и меня никто не найдет.
– Подожди, – прервал Отундо Смит. – Как? Алмаз?! – закричал он. – Где?…
– Вот. – Отундо положил перед ним на приклад автомата небольшой алмаз. – И еще один забрал твой охранник. Не знаю кто, но его может опознать мальчик. Один из моих воинов учился в России и понимает по-русски. Твои придурки забили русского, у которого нашли алмаз. Но мальчик сможет опознать…
– Зачем? – усмехнулась Бетси. – Высокий светловолосый немец Генрих. С мальчиком теперь остался израильский врач. Он и сказал, как его зовут.
– Генрих? – переспросил Смит. – Адмус! – заорал он.
Внедорожник с открытым верхом остановился. Из машины вышли двое крепких африканцев. Один в шортах и с пистолетной кобурой на боку, отойдя метра на два от машины, расстегнул ширинку. Другой достал фляжку, открыл крышку. Удар прикладом по голове уложил первого. Второй, услышав шум, обернулся и выхватил револьвер. Генрих бросил в него винтовку и прыгнул вперед. Грохнул револьверный выстрел. Винтовка попала в руку, и пуля ушла в землю. Генрих сбил африканца с ног, моментально выхватил нож и всадил его в горло водителя.
– Я убью его! – кричал Смит. – Найдите его и приведите! – Он повернулся к восьми наемникам. – И ко мне! Я его лично буду кромсать!
– Мои воины пошли по следу, – успокоил его Отундо. – Он скоро будет у тебя.
– Что ты все для него стараешься! – зло спросила Уштишь. – А ты, значит, никто и…
– Запомни, – резко перебил ее Отундо, – здесь нет ни его, ни моего. Здесь есть наше. Когда надо будет, – перешел он на сомалийский язык, – то мы все сделаем. Сейчас рано.
– Что ты ей сказал? – тут же спросила Бетси. – Уштишь прекрасно говорит и по-арабски, и по-английски. А ты…
– Я не умею ругаться по-английски, – усмехнулся Отундо. – И по-арабски не могу сказать всего, что я о ней думаю.
Подыгрывая ему, Уштишь фыркнула и быстро пошла к машинам.
– Так ее! – злорадно улыбнулась Бетси и поцеловала Отундо в губы. – Это еще не все, – шепнула она.
Смит в это время распекал своих людей.
– Босс, – остановил его Адмус, – арабы говорят, что пойдут за дикарями. Я думаю, правильно сделают.
– Пусть идут, – кивнул Смит.
Несколько африканцев племени хунада с винтовками быстро шли за невысоким африканцем с луком. Тот, изредка останавливаясь, приседал и, сразу поднявшись, опять шел вперед. Иногда начинал бежать. За ними, приотстав метров на пять, следовали четверо арабов с автоматическими винтовками.
– Ищите где желаете! – весело орал сидевший за рулем внедорожника Генрих. Машина сбавила ход. – В чем дело? – забеспокоился немец.
Мотор заглох. Пробормотав проклятие, Генрих остановил «ниссан», вылез и открыл капот. Снова выругался.
– Примерно через полкилометра дорога, – сообщил капрал. – Я в этих местах был, преследовали банду. А там и до лагеря Смита недалеко, если, как вы говорите, – кивнул он Хайле, – лагерь находится…
– Там все узнаем, – перебил его Любьеж. – Давайте перекусим, а то неизвестно, как там дела пойдут.
– Верно, – согласился Хайле, – надо поесть.
– Черт! – плюнул Смит. – Генрих угробил каких-то туристов и забрал машину. Документы на машину у одного из них остались. Получается, ушел, мерзавец!
– Подожди, – вмешалась Бетси. – Он скорее всего поедет на север, а ты вполне можешь перехватить его…
– Как?! – крикнул он. – Я не…
– Вертолет, – напомнила она.
– Правильно, – обрадовался Смит, – ты умница, Бетси. – Он обнял ее. – Зовите Стива! Со мной полетят трое.
– Можно пятерых брать, – сказала Бетси.
– Хорошо, – кивнул Смит. – Крокодил, Снайпер, Денди, Фашист и ты, Генри.
– Что происходит? – испуганно спросила Лида.
– Смит куда-то собрался лететь, – вздохнула Женя. – Как я поняла, кто-то из его бандитов сбежал с алмазом. Троих русских, которые у Бешеного Льва в ямах сидели, убили. У них тоже алмаз нашли. Видно, Смит хочет догнать убежавшего.
– Сообщи Имаму, – быстро говорил Отундо Смит, – что алмаз нашли. Один, – подмигнул он. – Покажем ему этот, – он кивнул на хижину, – а те, что у Генриха, себе оставим.
– Понял, – кивнул Бешеный Лев.
– Вот сука! – процедил Адмус. – И не сказал, сволочь! Ну ничего, притащат тебя, мы тебе устроим показательные выступления, фашист недобитый! – плюнул он.
– Тише ты, – сказал Рикардо, – а то Адольф услышит, его же Фашистом называют.
– А нас не взял, – покачал головой Адмус.
– Может, оно и к лучшему. Я, например, ужасно боюсь вертолетов. Да и стреляет Генрих отлично. Так что еще неизвестно, чем все закончится. Если он далеко уехал на тачке, то вполне может и вертолет сбить, если заметит раньше, чем они его. Оставит машину и заляжет. В вертолетчика попадет – и привет всем. В общем, на земле мне очень даже неплохо. Я на ногах себя увереннее чувствую.
– Что он тебе про Имама говорил? – спросила Бетси у Отундо.
– Чтобы я связался с ним и сообщил про найденный алмаз. Про один, – улыбнулся он.
– Правильно. У немца наверняка еще есть. А как думаешь, прилетит Имам?
– Обязательно. Он приедет, чтобы все хорошо осмотреть. Раз алмаз нашли при снятии верхнего грунта, значит, месторождение есть и, вполне вероятно, богатое. Хотя может оказаться, – вздохнул он, – что это просто случайные камешки, а месторождения нет. В общем, еще пара дней – и все будет ясно. Но специалисты говорят, что месторождение есть. А ты меня поцеловала, чтобы разозлить Уштишь?