А вот понятие «самонадеянность» к чему относится? В жизни такая черта может принести много злоключений. Особенно это опасно в технике. Исполнитель за счет своей самонадеянности может наделать немало бед. А уж когда это видишь у руководителя, жди крупных неприятностей.
Часто сравниваю подходы к решению технических вопросов у американских специалистов и у наших. Американцы во всем сомневаются, не один десяток раз обсуждают каждый вопрос, рассматривая его с разных сторон. Для наших же ясность наступает быстро, тут же следует и принятие решения. Вот тут-то и жди беды.
Вначале меня просто поражала эта дотошность зарубежных коллег. Но когда я проанализировал результаты такого обсуждения, стал более терпимым и с пониманием относился к их, казалось бы, примитивным вопросам. Пришлось убеждать наших специалистов, чтобы они не отмахивались от вроде ясных вопросов, в постановке которых был свой смысл. В период обсуждения логика начинает работать как бы сама по себе. После длительных дебатов мне становилось понятно, каким будет следующий вопрос.
У нас тоже есть такие дотошные люди, которые расчленяют вопрос до тех пор, пока не получат, как говорят, производную второго, третьего порядка. А есть и другие, которым сразу все ясно. Они готовы принять решение, даже не узнав фактов. Часто, не прислушиваясь к мнению окружающих, они высказывают свое понимание вопроса и предлагают решение. А если это руководитель? Тогда все начинают кивать в знак согласия, да еще комментируют гениальность принятых руководителем решений. Попробуй не похвали руководителя, он запомнит и сделает выводы. Вся система в стране была построена на этом принципе, а в результате создается культ личности от самого верха до самого малого руководителя. «Я начальник — ты дурак, ты начальник — я дурак» — как все просто. А если за тобой целый ракетно-космический комплекс? А ты работаешь по памяти и замкнул все на себя. Беда придет, обязательно придет. Не раз был тому свидетелем. Но самое страшное, что такие люди остаются «у руля», так и не поняв, что виновницей катастрофы стала его самонадеянность. До истинной демократии нам еще далеко!
ПЕРВЫЙ «СИРИУС»
Как обычно, за полчаса до запуска ракеты поднялись на смотровую площадку наземного измерительного пункта. Запуск девятнадцатого коммерческого космического аппарата «Сириус-1» был запланирован в рамках очень жесткого графика задействования ракеты «Протон». За восемнадцать дней четыре раза использовать такую мощную ракету-носитель было чрезвычайно сложно. Планировали три запуска: по Федеральной космической программе — «Экспресс-3А», коммерческий пуск КА «Сириус» и третий запуск служебного модуля к международной космической станции. Последний находился под особым контролем и Российского космического агентства, и правительства. Сорвать межгосударственные обязательства было равносильно их разрыву. Это, конечно, сильно сказано, но неприятностей было бы много. Все было спланировано.
Но тут возникли военные. Им срочно потребовалось отправить в космос спутник «Гейзер». То ли обстановка в Чечне, то ли другие обстоятельства, но они хотели это сделать непременно 1 июля. Как раз именно на этот день был намечен запуск КА «Сириус», что практически невозможно без участия военных. У них в руках были не только стартовые команды, но и обслуживающие инженерные системы, не говоря уже о наземных пунктах управления. Да и без нас, гражданских, военные не в состоянии обеспечить запуск. Образовался такой клубок, который сразу и не распутаешь. Сначала военные поставили ультиматум, а затем и А. И. Киселев — Генеральный директор Центра им. М. В. Хруничева — выставил свой. У него были обязательства перед заказчиком — провести запуск именно 1 июля. Сорвать срок — значит платить неустойку, и немалую. Необходимо было найти компромисс.
Мы на Байконуре были готовы к запуску и «Сириуса», и «Гейзера». Наблюдали за процессами и в Москве.
Надо отдать должное Анатолию Ивановичу Киселеву: он первым пошел на сближение. Вопрос о запуске «Гейзера» военные довели до Генерального штаба. Пришлось ехать туда.
Наконец, все разрешилось: запуск КА «Гейзер» был перенесен на 7 июля.
РКК «Энергия» поддерживало опережающий запуск этого аппарата только по одной причине: при запуске КА «Гейзер» на носителе планировалось использовать доработанные двигатели (дважды PH «Протон» падал из-за отказа двигателей второй ступени).