«Шесть… семь лет назад. Что-то вроде того. Он попросил меня показать ему свою силу. Поэтому я напал на него, и мы сразились». Хана объяснила: «Тогда нам обоим было меньше двухсот».
«Я не могу представить, чтобы он выиграл».
«Ну, тогда у меня не было целительного навыка, и поверь мне, он сильнее снаружи и на дальних дистанциях. Вы поймали его с преимуществом. — сказала Хана.
Илеа ухмыльнулась и убрала свой шлем, сделав глоток эля Уолтера. Она смаковала вкус на мгновение, прежде чем заговорить: «Ты думаешь, что без этого я бы не выиграла?»
Хана тоже сделала глоток и посмотрела сначала на чашку, а затем на Илею: «Это фантастика… точно не из Хэллоуфорта». Она сделала еще глоток: «Это будет бой, но с твоим исцелением и защитой… нет, я думаю, ты выиграешь девять из десяти».
«Этого недостаточно». – возмутилась Илеа. Конечно, Хана не знала обо всех своих способностях, но и Илеа не знала обо всех способностях Крентина. Она знала, что, по крайней мере, она превзошла воина-ящера, в основном из-за своего универсального пепла. Без ее добавленных конечностей и способностей вторжения маны все было бы более ровно. У нее было сорок уровней на ящерице, но это мало что значило, если она не могла попасть ни разу.
Хана усмехнулась, к звуку добавилось шипение, которое Илеа только что приписала своей биологии: «Значит, ты останешься здесь? Тренироваться против кровавых монстров?
Илья задумался. Теперь у нее было много яда, с которым можно было работать, и несколько человек, чтобы тренировать сопротивление: «Пока я здесь. По крайней мере, я не думаю, что останусь надолго. Как вы думаете, Крэнтин останется верным своему слову?
Хана подумала, заканчивая свою еду и эль, прежде чем она сказала: «Он хитрый. Умный, и он может быть обманчивым. Все причины, по которым я решил работать на него. То, как он смотрел на тебя. Я верю, что он проникся симпатией. Возможно, вы обнаружите, что он пытается ухаживать за вами вместо того, чтобы посылать убийц или приходить, чтобы убить вас лично. Она рассмеялась, Илеа улыбнулась в ответ, прежде чем снова надеть шлем.
«Ну, подземелье достаточно опасно. Нет необходимости сражаться среди сознательных. По крайней мере, не с намерением убить».
Хана схватила свой массивный изогнутый меч, лезвие которого отражало часть света, исходящего от волшебных ламп наверху, на его прохладной стали. «Я сражался с намерением убить». Она сказала с ухмылкой.
“О, я знаю.” Илеа ответила с ухмылкой, закрывая бочонок и пряча его в своем ожерелье.
Хана покрутила мечом и встала в стойку: «Может быть, мне тоже стоит заняться исследованием самостоятельно, иначе я никогда не смогу сбить эту ухмылку с твоего лица».
— Как ты узнал, что я ухмыляюсь? — спросила Илеа, активировав свои баффы и приготовившись к бою.
Хана только покачала головой: «И ты тоже можешь исцелить себя. Удачная находка, твой класс.
Илеа в ответ пожала плечами: «Наверное, да».
Идя по коридорам как можно тише, Хана внимательно прислушивалась к монстрам, которые могли подкрасться к ней. Выход был довольно далеко, и она была рада, что эта штука ведет прямо ко второму слою. Она вздрогнула от боли, потирая вмятину на своей бронированной руке. На ее лице была улыбка, ее чешуя мерцала темно-зеленым цветом в свете магических устройств, встроенных в потолок по всему Спуску Героев. Придется снова ремонтировать. Обычно ее чешуя была бы не так заметна, вмятины и осколки, нанесенные воином, делали ее заметной. Это будет стоить не менее двух золотых монет, кузнецы в Халлоуфорте берут смехотворные цены за рутинную работу.
В ее племени это будет делаться бесплатно, чтобы защитить собственную жизнь. Илеа предложила исцелить ее раны, боль от неудачных сражений ложилась тяжелым бременем на ее плечи. Хана напомнила себе, что женщина была человеком, их чувство гордости и чести не совсем соответствовало ее собственному. Целительница, к которой Крентину подошла год назад, постоянно предлагала вылечить и ее, иногда делая это без спроса. Единственная причина, по которой она до сих пор не раздавила ее, заключалась в том, что Крентин просил ее принять это. Она знала, что это логично — быть всегда готовой к бою и не умирать в бою без причины.