[1] Мессинг тогда уже подумывал бежать из СССР, потому что боялся спецслужб, которые продолжали вымогать у него его баснословные гонорары. Калинский — директор фабрики парфюмерных изделий и друг жены Молотова пообещал ему устроить побег в Иран. Но обманул Мессинга, и сотрудники НКВД взяли перебежчика прямо на границе.
'Меня словно загипнотизировали, — с горечью признавался Мессинг. — Меня одурачили, как последнего идиота! Не надо было быть телепатом, простая человеческая догадливость должна была подсказать, что тут шитая белыми нитками провокация. В тюрьме на допросах на меня нажимают, чтобы я сознался, что я шпион. Во время моих сеансов я, мол, очень часто интересовался документами, находившимися в карманах военнослужащих.
Глава 4
— Я знал, что колонны, замыкающие внутренний дворик убрали (вместо них поставили решётку), сняли облицовку цоколя диоритовым камнем и не установили ордена из чугуна на фризе дорического ордера, оформляющего фасад здания.
Однако входили в здание штаба флота мы не через портик с колоннами, а через внутренний дворик с памятником Ушакову (здание было выполнено в виде буквы «П»), закрытый кованным высоким «забором» с воротами и высокой «калиткой» с КПП с караулом.
Капица подал паспорт, караульный ознакомился с ним и позвонил дежурному. Нас пропустили. В фойе здания нас встретил морской офицер с красной повязкой на левой руке со словами «дежурный офицер». Он, переговорив с Сергеем Петровичем и пару раз глянув на меня, выдал ему какую-то бумажку с печатью и сказал:
— Катер ждёт вас у минной стенки, товарищ Капица.
— Это вниз к причалу? — спросил профессор.
— Да. На КПП спросите «сто девяносто третий». Вам покажут. Он новый такой. На подводных крыльях. Быстро домчит до Донузлава. Часа за два.
— Ого, — подумал я. — Озеро Донузлав⁈ Секретная база Черноморского флота. Нам-то туда зачем?
Донузлав это была закрытая сверхсекретная зона. Место базирования полка гидросамолетов противолодочной авиации, десантных кораблей на воздушной подушке, сторожевых катеров, морской пехоты, боевых пловцов-диверсантов, бригады тральщиков, дивизиона вспомогательных и аварийно-спасательных судов.
— Наверное, из-за боевых пловцов мы туда и едем, — подумал я. — Кто-то же съёмочную группу будет охранять в Атлантике. Да и экспедицию… Морские диверсанты и обеспечивали охранение подобных мероприятий. Сам, было дело, и участвовал, хе-хе… И здесь тоже был, но в несколько поздний временной период. В восемьдесят третьем и восемьдесят шестом годах. В другой жизни, да… Но, похоже, за десять лет ничего не изменится в посёлке, кроме того, что он разрастётся. Пока в Новоозёрном стоял только один жилой дом, но строились и другие.
Однако наш торпедный катер просто остался стоять на рейде, пока к нам не подошел небольшой десантный катер, на который мы и перешли. Катер малым ходом «прочапал» примерно полмили и вошёл в кормовую док-камеру большого десантного корабля «Воронежский комсомолец». Там мы и высадились. Культурно так. Мне даже понравилось. Моряки нас встретили спокойно и сразу провели к командиру корабля.
— Гафуров Амир Фанурович, — представился офицер с погонами капитана второго ранга. — Очень приятно видеть вас на борту моего корабля, товарищ Капица. А кто этот молодой человек? Меня о нём не предупреждали. Он тоже с нами идет в поход?
— Вот на него пропуск, — сказал профессор и, вынув из внутреннего кармана пиджака, протянул командиру листок бумаги с печатью.
Хозяин каюты внимательно прочитал, и у него поползли вверх брови.
— Обеспечить подводный контроль ныряния? Не понял. Зачем это? Он нырять будет, а вы снимать? Здесь же закрытая зона!
— Мы, в основном, под водой снимать будем. А на поверхности воды развесим дым на заднем фоне. У нас будет удивительный эксперимент. Мальчик может находиться под водой в течение пяти минут.