— Поэтому мне нужен удалённый район на какой-нибудь реке, впадающей в Двину.
— А убегут?
— От чего бежать? — хмыкнул я. — Люди у нас работают не по двадцать четыре часа, а по восемь-десять, хорошо питаются, не болеют, содержат большие семьи. Детишки под присмотром стариков и старух. Коммуна у нас.
— А правит ими кто?
— Я, — сказал я. — И два брата Фёдора Колычева. Вот их сначала пришлось перевоспитывать, чтобы не жрали в три горла и не расхищали казну. Да и другие были… Охотнички до добра колхозного.
— И как вы с ними? — улыбнулся генсек.
— У нас, как говорил Владимир Ильич Ленин, контроль и учёт. Видео контроль и компьютерный учёт.
— У нас такое возможно сделать?
— Зачем?
— Чтобы пресечь воровство.
— Пресечь, это значит — привлечь к ответственности? Посадить?
— Кхм! Конечно. Вор должен сидеть в тюрьме.
— Тогда, точно, одна половина жителей СССР будет сидеть, а другая половина охранять. А потом сядет ещё и половина тех, что охраняет. Воруют, Леонид Ильич, практически, все. Человек так устроен.
— Так, что же делать? Не бороться с расхищением социалистической собственности? Не наказывать?
— Бороться! Наказывать! Но начните, Леонид Ильич, с себя. Перестаньте злоупотреблять служебным положением.
— А где я злоупотребляю? — удивился Брежнев.
— А охоты? Вы за патроны платите? Охотничью лицензию покупаете?
Генсек похлопал «глазами». Я хмыкнул.
— А вы как думали? Посчитайте во сколько обходится каждый выезд. По с пьянкой-гулянкой… Да и, вообще, все ваши посиделки. Вы посчитайте-посчитайте! Вздрогнете, когда придётся из своего кармана платить. А зарплаты в конвертах. Это что за чудеса в решете?
Я смотрел на удивлённого Брежнева и улыбался.
— И об этом думает каждый, уважающий себя гражданин нашей страны. О том, что на верху жируют. И поэтому все по чуть-чуть воруют. А кто-то и не по чуть-чуть. Не хотите с себя, с других начните. С начальников. С руководителей. Несколько показательных посадок с обысками, проведёнными под камерами телевизионщиков сильно повлияют на общество. Посадок народ ждёт. Все спрашивают, когда будут посадки? Думаете никто не видит, как директора и генералы строят себе дачи? Солдаты, отслужив, приезжают домой и рассказывают и родителям, и друзьям.
Я посмотрел на Брежнева и хмыкнув добавил:
— Как-то так. И виноваты, что СССР развалился, лично вы, Леонид Ильич, а не какие не Горбачёв с Ельциным. Просрали вы Советский Союз! Прогуляли и проохотились. Я вам здоровье дал, чтобы вы в поте лица гребли в сторону социализма, а вы продолжаете пьянки-гулянки устраивать и по кабанчикам постреливать. Николай второй по воронам стрелял, а вы по кабанчикам…
Брежнев, раскрасневшись как рак, поднялся с кресла и вышел с веранды. А я телепортировался к себе в квартиру. Я был собой доволен.
Ивашутин позвонил вечером того же дня.
— Юрий Валерьевич, — обратился он ко мне. — Леонид Ильич сообщил, что согласен с вашими предложениями, но просил изложить их в виде записки и проекта договора аренды земли.
— У меня есть и готовый инженерно-технологический проект, и пояснительная записка к нему, и договор аренды, — сказал я. — Ну, и ещё кое какие соображения.
— Я пришлю курьера, — бросил он сухо и коротко.
Видимо, выслушал от Леонида Ильича всё, что тот думает обо мне. Да и похрену мороз!
— Присылайте, — сказал я.
Я мог бы передать документы прямо сейчас. Из рук в руки. Но зачем демонстрировать все возможности? Они и так меня боятся. А после такого «прямого общения» на расстоянии нескольких километров, и вздрагивать начнут по пустякам. Ну и не хочется, чтобы они поняли, что я могу узнать через них государственные секреты. Они мне совсем были не нужны, но зачем травмировать профессионально деформированную психику разведчика?
Занимался я в своих нескольких жизнях животноводством, как молочным, так и мясным. С молочным проще у нас, с мясных сложнее. Слишком уж погоды неблагоприятные. Даже, сука, в Канаде теплее, чем на Северной Двине или в Приморском крае. Даже не теплее, а климат мягче. Больше солнечных дней и нет такого гнуса.
Гнус в Канаде распространён в северных районах, например в Онтарио. А это пятьдесят первая параллель. Приморье — сорок третья, — там вообще с гнусом в тайге — гаси свет'. А там, где я хотел взять землю — шестьдесят вторая параллель.
Если люди ещё могут защититься от гнуса с помощью одежды и химикатов, то для животных нашествие гнуса превращается в апокалипсис. А слепни заедают животных прямо насмерть. Они же ещё откладывают личинки: в ушах, глазах, ноздрях животных.
В тысяча девятьсот шестьдесят седьмом году в постановлении Совета Министров СССР «О мероприятиях по защите населения и сельскохозяйственных животных от гнуса и других опасных насекомых» говорилось, что в период массового лёта гнуса в районах Сибири удои молока у коров уменьшаются на 33%. Производительность труда лесорубов и сельхозрабочих снижается в летние месяцы из-за гнуса наполовину.