Я стал быстро возвращаться в защиту, но к своему удивлению, не успевал. Да и как успеешь, если защита выкладывает пас нападающему прямо на синюю линию, а я у ворот соперника? Я же не метеор и не молния.
Тогда я упросил тренера попробовать меня в защите, но устоять против нападающих не смог. Да я часто выковыривал у них шайбу, если они катились на меня, но они перестали на меня катиться, передавая шайбу другому нападающему.
Тогда в самом начале тренировки я попросился встать в ворота.
— Да у тебя рост всего метр пятьдесят два! — даже возмутился тренер моему нахальству.
— А высота ворот метр двадцать. И я быстрый. Проверьте меня.
— Да ты хоть раз стоял на воротах? У тебя растяжка есть?
Мои ноги разъехались в разные стороны, выполняя восьмёрку назад и я сел на поперечный шпагат. А потом, накатившись без помощи рук на левую ногу встал на неё, продолжая правую держать на льду. Потом перекатился на правую ногу и сидя на ней стал то подтягивать, то отстранять ногу в сторону.
Виталий Петрович захлопнул «варежку» и сказал:
— Становись в ворота. Славик, дай ему ловушку, блин[1] и клюшку! И маску!
Мне всё дали, я надел перчатки, взял клюшку и вкатился в ворота.
Тренер самолично подхватил шайбу и от синей линии бросил в мой левый верхний угол. Я дёрнул рукой с ловушкой и шайбу поймал.
— Поймал — отпусти, — мелькнула мысль, и я выпустил шайбу за своими воротами.
Тренер подкатился ближе к воротам, взял другую шайбу и метнул её в мой правый верхний угол. Я отбил щитком правой руки. Он снова бросил в тот же угол, но ближе к моей голове. Я не стал тянуться блином, а поймал шайбу ловушкой.
— Нормально, — прокомментировал увиденное Виталий Петрович. — Помогите ему одеться, ребята. Как специально Сёмушкина нет. Хм! Семёнов, Сёмушкин… Ну-ну!
Меня снарядили, и я встал в ворота.
Откровенно говоря, мне всегда нравилось стоять быть вратарём. Особенно в футболе. Почему? А потому, что это тоже была борьба один на один, но с мячом или с шайбой. И у меня, действительно, всегда была очень хорошая реакция и отличная скорость рук. А ещё я не боялся падать, потому что знал как и умел. Прыжки с кувырком и просто падения я, почему-то, любил. Мы в клубе самбо перепрыгивали через стоящих на корточках ребят и мне удавалось перепрыгивать шестерых. И в старших классах рыбкой перепрыгивал высоту в сто двадцать сантиметров. И это будучи, хе-хе, «простым» человеком.
Когда я выбрал «стезю» вратаря в детских играх, то начал обращать внимание на то, как они это делают. Как двигаются, прыгают, ловят мяч или шайбу, как отбивают. Я даже рукавицу себе сам шил с сеткой для ловли, хм, «бабочек». Клюшкой я поначалу не очень играл, но приноровился и к вратарской клюшке. Сила в правой руке у вратаря должна быть сумасшедшая. Сейчас эта сила у меня есть.
Да и «детский опыт» стояния в хоккейных воротах у меня имелся и я знал, что даже «блином» вполне себе смогу отбивать. Всё, что полетит в правый верхний угол. Особенно если блин немного завернуть вперёд. Мой блин был плоским, как доска. Ну, ничего-ничего…
[1] Блин — щиток на правой руке.
Глава 7
После тренировки Виталий Петрович был задумчив. Он стал «напрягать ум» после того, как в игре в мои ворота не стали проходить шайбы. Я занимал правильные позиции: то выкатываясь, то смещаясь, правильно работал ногами, клюшкой. И мне это нравилось. Защита моя чуть «расслабилась» и стала помогать нападению. Мы стали забивать.
— Да-а-а… И откуда ты такой ловкий, Паша? Да-а-а… Жаль, что тебя не двое, — сказал тренер. — Так бы, кхэ-кхэ, один в воротах, другой на площадке. Брата нет?
Я покрутил головой.
— И ты вот так спокойно из полевых перейдёшь во вратари?
Я пожал плечами и развёл руки.
— А что делать? Так как мы сейчас играем, лучше вообще не играть. Забиваешь-забиваешь и всё зря.
Тренер даже закашлялся.
— А ты, значит, уверен в себе?
— Я постараюсь. Мне кажется, что я лучше стою.
— Да-а-а… От скромности ты не умрёшь, — улыбаясь, проговорил тренер.
— А зачем я должен умирать? Я уже умирал. Теперь я жить хочу.
Виталий Петрович снова закашлялся.
Так началась другая моя игра и другая игра нашей команды. Мы перестали пропускать, а забивать — забивали. Хоть и гораздо меньше, чем раньше. Нападающие соперника, выходя со мной одни на один, терялись, тормозили и их «накрывали» защитники. Ну, или они просто мазали. Или я шайбу ловил… Или…