— Держите мяч нижним краем глаза. Смотрите в поле так, чтобы мяч был виден. Удерживайте мяч возле своих ног, — учил я ребят и одновременно показывал. — Делайте резкие рывки, меняя направление, пробрасывая мяч себе вперёд.
Для этого мы расставляли «ёжиков» не по одному, когда работает только внешняя часть стопы одной ноги, а сразу обе ноги.
— Вот ты уникум, — как-то восхитился тренер, придя на стадион и увидев как ребята, ни на что не отвлекаясь, отрабатывают разные техники дриблинга. — И ведь получается у некоторых вполне неплохо. Это ты им показывал, как прикрывать мяч корпусом?
— Ну, да… Да и сами не слепые. Видят, как вы играете.
Тренер только покрутил головой.
— И «ёжиков» расставили по-другому.
О моих способностях заживлять раны мы больше не говорили, как будто и не было того случая. Но я незаметно от всех травмы мальчишкам подлечивал. Тот коленом ударится, другой ногу потянет… Тренер только искоса глянет в мою сторону, а мальчишка уже весело поскакал дальше. Тренер оглянется на меня, а я развожу руками и только кручу головой. Я не я, мол, и корова не моя… А зачем мне вмешиваться, когда к началу первой игры уже у всех ребят стояли мои матрицы. Тоже как и у Пономарёва, лишь здоровья для.
В мае начались игры в которых участвовали только «дворовые» команды. Ни какие «клубные» или «детско-юношеские» команды к играм за «Кожаный мяч» не допускались. Однако, кто мешал «настоящим спортсменам» выступать за свою школу, например. У нас таких «спортсменов» не было. С одной стороны жаль, а с другой и не очень. Все одного поля ягоды и никто ни перед кем, пока, носы не задирал.
Наверное, я всё-таки слегка переусердствовал с передачей футбольных знаний со своих матриц на матрицы ребят. Передалось им ещё и упорство, с которым я сам овладевал спортивными навыками. Ребята тренировались, как говорится, и днём, и ночью, поэтому первые игры с нашим вечным соперником в районе школой номер один прошли «в одну калитку».
Почему игры? А потому, что играли две возрастные группы: одиннадцать — двенадцать лет и тринадцать — четырнадцать. И в нашей школе и в первой желающих поиграть, «странным образом» насобиралось. Первая школа — понятно. Центр города, дети номенклатуры, занимающиеся футболом в ДЮСШ и во Владивостокской команде «Луч», а мы-то где набрали умельцев, которые вынесли первую школу со свистом, хе-хе… А вот… Моя «методика тренировки» дала удивительные результаты. Которым наш Виталий Петрович натурально не мог поверить даже после игры со школой номер сорок шесть Фрунзенского района, где половина каждой команды были воспитанниками «Луча». Ну, а что, стадион «Динамо» рядом.
Ото был наш главный соперник в городе. Потом были встречи с районными командами, областными и к августу мы вышли на финальные игры, а они взяли и не состоялись. Что-то у организаторов не сложилось и финальные игры отменили. Кто-то там как-то неправильно судил-рядил… Причина покрыта мраком. Но я думаю, что мы так упорно шли к победе, что кто-то просто со злости «перевернул шахматную доску»[2]. Именно поэтому я не стал описывать наши победы подробно. Что их описывать, когда нет результата?
Нас всё равно первого сентября на школьной линейке чествовали, как победителей и это немного скрасило ребятам горечь от украденной победы. Войти в дюжину сильнейших команд СССР? Кто из нас мечтал о таком в апреле? Фактически, мы обыграв обе детских Московские команды «Динамо», стали чемпионами РСФСР.
А вот про игры в Москве с «Динамовцами» рассказать следует поподробнее.
Уже к середине турнира я себя чувствовал, не в обиду Виталию Петровичу будь сказано, «играющим тренером». Ну, или, по крайней мере, — диспетчером. И вёл себя соответствующим образом. От вратаря много зависит, и не только безопасность ворот, и я активно организовывал встречные атаки, оценивая игровую ситуацию, давал указания игрокам о направлении развития атаки противника, о перестроениях на страховку. Мои выносы мяча в поле организовали больше половины атак, закончившихся взятием ворот.