— Тебе, что ли? — глянул на «молодого» Бобков. — Ты, что ли профессионал?
«Молодой» эскулап покраснел.
— Эх! Сколько я зарезал, сколько перерезал, — пропел Бобков и легко чиркнул скальпелем по «подушечке» первой фаланги большого пальца. Кровь не потекла.
— Хм! — сказал генерал и положив скальпель на поднос, который лежал перед ним на столе, надавил на палец.
Кровь закапала обильно.
— Ну? — спросил он, глядя на меня.
Встав с кресла и подойдя к столу, я взял тот тампон, которым генералу протирали палец и приложил его к ране, зажав её в своей руке. Моя ментальная матрица, «выдернутая» из челнока, уже работала над только что возникшей «проблемой» генеральского организма, в котором было много других проблем, но команды ими заниматься я матрице не давал. Не всё сразу, товарищи! Не всё сразу!
Вернувшись в кресло, я посмотрел на генерала.
— И? Долго так сидеть? Ха-ха! Всем удовлетворённым? — спросил он, глядя на свой палец с присохшей к нему салфеткой.
— Так, хм, всё уже, — сказал я.
— Как всё⁈ — вопросил удивлённо Бобков.
Он осторожно потянул, отрывая от пальца салфетку и его брови поползли вверх.
— Не больно, бл*ть! — сказал он. — Что за…
Без салфетки палец не отличался от его другого собрата, не имевшего открытого кровоточащего пореза.
— И шрама нет! — сказал Бобков, показывая палец соседу слева.
И сосед и дальние «белохалатники» двигая стульями ринулись к генералу.
— Феноменально.
— Мне бы покушать, — сказал я. — У нас сейчас макароны дают. По-флотски! С тушёнкой!
Меня не слышали. Тогда я встал и ушёл. Вышел в «предбанник» этого кабинета, в котором сидела молодая девчонка.
— Где тут туалет? — спросил я.
— Прямо по коридору, — медленно, словно задумчиво проговорила она.
Я вышел и нырнул в челнок. Сзади послышался стук распахнутой настежь двери, возбуждённые голоса и топот ног.
В интернат я в тот день не вернулся. Прямо в Пашкином теле я переместился на «свой» необитаемый остров и провёл там два отличных дня. Моё тело и так было смуглым от прошлых загаров и я не опасался, хе-хе, «разоблачения», что пропадал где-то на югах.
В это время меня объявили в розыск, как потерявшегося ребёнка.
— Ищут пожарные, ищет, милиция, — то и дело вспоминал я стишок. — Ищут, не могут найти. Хе-хе!
— Ну как же вы, Филипп Денисович, — ровным тоном без повышения громкости голоса, укорял Бобкова Андропов, — упустили его?
— Околдовал! Точно околдовал! Мы все только минут через пять поняли, что его нет. Все на мой палец смотрели.
Бобков поднял большой палец вверх. Андропов поморщился.
— Ну, что вы такое говорите? Кого околдовал? Вас? Генерала комитета госбезопасности?
— А что, я уже и не человек, что ли? — буркнул генерал.
— Что вы сказали? — так же тихо и ровно спросил Андропов, но в кабинете повеяло холодком.
— Простите, Юрий Владимирович. Никак не могу отойти от шока. Непростительная оплошность. Мы найдём его! Обязательно найдём!
— Обязательно найдите, Филипп Денисович. От того, найдёте ли вы его зависит наша с вами карьера. Он, — Андропов шевельнул бровями, — уже в курсе.
— Цвигун? — спросил Бобков.
Андропов лишь улыбнулся, но не произнёс ни слова…
— Леонид Ильич лично распорядился найти мальчика. Так, что… Ищите лучше.
В Бобкова были «подселены» несколько матриц и две из них «благополучно» переместились в Юрия Владимировича. А одна из него в Леонида Ильича, хе-хе. Не управления для. Просто, на всякий случай. Чтобы было. Не было желания у меня «напрямую» вершить историю. В ручном управлении. Ага! Надо мне это? Не-не! Не мазохисты мы. Пусть сами думают, как жить дальше. Видят будущее и думают. Что у меня голова больше, чем у других? Я решил им всем дать знание будущего и посмотреть, что из этого получится. Вдруг они смогут что-то сделать лучше меня? А я посмотрю, как это у них получится. Как тот попугай из анекдота…
Буду смотреть и развлекаться. Надоело мне за других впахивать!
Почему раньше так не делал? Хм! Потому, что не мог вселять в других людей свои матрицы. В живых людей. Конфликтовали матрицы. Люди с ума сходили. А сейчас могу, потому, что не подавляю сознание человека, а просто расширяю его, э-э-э, кругозор и слежу за организмом. Как-то так, да.
Милиции я сдался на третий день, пока они ещё не перестали меня искать. Меня остановил патруль при выходе из гастронома. Причём, «стуканули в ментовку» скорее всего, работники магазина, потому что посмотреть, как меня «берут», у огромных окон столпились все продавщицы.