Как-то он, уже поле осознания того, что с ним что-то случилось сверхъестественное, молился о здравии Валерии, и вдруг ясно увидел у неё очаг, где скрывалась болезнь. Он стал молиться ещё сильнее и очаг вдруг погас. Это так поразило Маленкова, что он рассказал об этом случае церковному «батюшке». Тот выслушал, помолился и согласился, что такие случаи бывают, когда выздоравливают именем Иисуса. Согласился и посоветовал молиться чаще. Вот Георгий и молился. Так жена болеть перестала и простудами и даже помолодела, хотя об этом Георгий не просил Господа. Хотя… Из-за этого Георгию было немного стыдно. А оказалось, что это, не Господь Бог, а какой-то Пашка наделил его чудесными способностями.
— А может быть Пашка и есть, э-э-э, — дальше Маленков не посмел додумать и мысленно попросил Бога прощения за крамольные мысли и перекрестился.
— Тоже, ха-ха, креститься начал? — хохотнул Брежнев. — Ха-ха! И мы с Климом. Ладно. На сегодня совещание прервём. Ступай к Гришину. Он тебя, кстати, ждёт.
Маленков удивлённо вскинул брови.
— Да-да, — кивнул Брежнев. — Что ж мы не понимали, какой для тебя вопрос самый главный. Потом в управделами. Там возьмёшь ордер на квартиру в Леонтьевском переулке. И сегодня же езжай за супругой.
— На Леонтьевском? Там же члены ЦК, — напрягся Маленков.
— И тебя введём. Сначала в Совет министров, а потом и в ЦК. На следующем съезде. Походишь пока кандидатом. Хоть и с совещательным, но голосом хе-хе… По «заместителю председателя совета министров» распоряжение уже есть. Приказ готовят. Действуй, Георгий Максимилианович!
Маленков вышел от Брежнева со слегка «вскружённой» головой. Помощник Брежнева тут же вызвал ему «его» машину. Выйдя из подъезда на свежий воздух, Маленков облегчённо вздохнул и успел продышаться, пока машина не подъехала. Его «Волгу» сопровождала ещё одна такая же из которой вышло два крепких молодых человека.
— Подполковник Павлов Юрий Владимирович — представился один.
— Подполковник Мишин Андрей Александрович, — представился второй.
— Мы ваши прикреплённые, — сказал первый. — Сегодня нас двое, чтобы помочь перевезти вещи, а вообще, работаем по одному сутки через двое.
— Понятно. Но где же я вас на ночь пристрою? — спросил Маленков, больше сам-себя.
— За это не беспокойтесь, — сказал Павлов. — С нами поедет крытый грузовик типа «кунг». В нём переночуем. Там и печурка есть. У вас же не очень много вещей?
Маленков махнул рукой и озабоченно-задумчиво покрутил головой.
— Вы ни о чём не беспокойтесь, — сказал Мишин.
Первый секретарь Московского горкома КПСС Гришин Виктор Васильевич, его, действительно, ждал, встретил приветливо, на заявлении написал свою резолюцию и отвёл в сектор партийного учёта.
— Проведём сегодняшним бюро, — сказал Гришин. — Сейчас сфотографируешься и…
— Я оставлю старый партбилет, — перебил его Маленков.
Гришин лишь слегка дёрнул бровями.
— Это возможно. Но на учетную карточку всё равно нужна новая фотография. Фотограф у нас свой.
— Я помню. Старая карточка сохранилась? — чуть дрогнув голосом, спросил Маленков.
— Конечно сохранилась. Всё личное дело сохранилось, — покивал Гришин.
— Ну и хорошо, — покивал в ответ Маленков.
— Хорошо держитесь, Георгий Максимилианович. Рад, что вы снова встрою. Очень хорошо выглядите.
Маленков пожал плечами. Всё-таки ему с трудом давалась выдержка и он опасался «дать петуха».
Сфотографировавшись и передав свой «старый» партбилет, который он так и не сдал, когда его исключали, под расписку заведующей сектора учёта, он вышел из горкома, едва сдерживая эмоции.
— В управление делами, — сказал он охраннику, сидевшему в его «Волге» вместо водителя. Второй «прикреплённый» сидел на первом сиденье.
После получения ордера он хотел заехать на «Леонтевский», посмотреть квартиру, но потом передумал. Всё равно решение будет принимать супруга. Время уже шло к сумеркам, а ездить ночью он не любил даже пассажиром. Самостоятельно «за рулём» он не ездил уже давно.
— Надо как-то попробовать, — подумал Маленков и сказал водителю-охраннику. — Едем домой.
Маленков с Сусловым были соперниками. Так повелось ещё со Сталинских времён. Знаток марксизма и преданный коммунистической идеологии педант Суслов так был удобен и полезен вождю, что тот назначил его куратором, так называемого, «международного отдела ЦК», который образовался после «закрытия» Коминтерна. А после войны, когда руководитель «подпольного Коминтерна» Георгий Димитров стал Председателем Президиума Народного собрания Болгарии, возглавил его.