Он вздохнул. Мы как раз находились в Завидово. Стреляли из разных видов оружия. Внуки Леонида Ильича упросили деда устроить стрельбы и он устроил под окончание каникул. Ему как раз какое-то ружьё из Германии прислали, вот генсек и нашёл время. Мы постреляли и Андрейку с Леонидом увёз отец, куда-то им надо было съездить перед учебным годом, в магазин, что ли, а мы с Леонидом Ильичом задержались тогда, да-а-а…
— Мал ты ещё, — пробурчал генсек. — Не поймёшь ты меня, пока жизнь не проживёшь. Мужики только так и общаются: застолье, баня, охота, рыбалка.
Он посмотрел на меня, а я на него. И мой взгляд, наверное что-то тогда сказал генсеку. Он даже удивлённо расширил глаза и задумчиво покрутил головой.
— Хотя, мне порой кажется, что ты старше меня, — произнёс он со вздохом. — И это точно не потому, что ты знаешь будущее. Я ведь его тоже знаю.
Юношеский чемпионат по хоккею с шайбой ЦСКА выиграл. Меня, всё-таки, «размочили». Нашлись ребята, которые сумели переиграть мои юношеские настройки «по-максималке». Эти ребята явно переросли юношеский уровень. Но и мне удалось улучшить свой юношеский максимум. Матрица позволяла мне сравнивать свою предыдущую скорость и реакцию, с теми, что я наработал к концу первенства. И в этом и был самый, так сказать, «цимес», удовлетворение от игры. Приходилось в игре не по-детски напрягаться, и между прочим, неслабо стараться.
Финал первенства проходил в конце марта — начале апреля в городе Горький, где состязались девять команд. По очкам мы значительно опередили Московский «Спартак» и Горьковский «Торпедо». Вот в Горьком-то наши ворота и распечатали. Нашли всё-таки ключик, хе-хе… В финале соперники практически полостью поменяли стартовые составы. Чужим тренерам уж очень не хотелось проигрывать ЦСКА в чистую, вот они и «изыскивали внутренние резервы». Наши тренера поговаривали, что это были даже и не «внутренние», а внешние резервы но «закрывали» на нарушения глаза. Всё-равно выигрывали с большим отрывом.
К моему удивлению, после окончания первенства, кроме грамот, нам всем выдали «премиальные». И у меня на руках, как и у всех членов команды, оказалась приличная для мальчишки сумма денег. Аж «целых» двести рублей. Правда, потом меня вызвали к директору школы и вручили ещё столько же, но попросили никому об этом не говорить. Чтобы, кхм, «не разрушать чувство коллективизма», как сказал Чистохвалов.
Ну, да… От каждого по способностям и каждому по труду…
Просто учиться тоже приходилось и требования «обычных» учителей были не менее жесткими. Послаблений участникам первенства не было от слова «совсем». Наоборот нам постоянно твердили, что учиться мы должны лучше, чем остальные ребята.
Я научился не «выпячиваться», но внимательно слушал учителей на уроках и «поэтому» учился на пятёрки. Письменные «домашние» задания я делал на «черновике» и на «чистовике». Черновик потом «уходил» по рукам. Претензий одноклассники ко мне, как к «ботанику», не имели. Да и не был я «ботаником». Я ведь не сидел над книжками, а вел довольно-таки увлекательную «общественную», хе-хе, деятельность, участвуя, например: в драках подушками, или на швабрах, в игре в «слона», или «всадники». А ещё мне одному, чуть ли не каждый месяц, из дома приходили посылки с сушёной корюшкой. И тогда интернат погрязал в «шелухе» и «аромате». Кто-то воротил носы, а кто-то пускал слюни. Короче, мне было весело. Я развлекался от души и получал от этого массу удовольствия.
А ещё мы, хоккеисты, перезнакомились с девчонками фигуристками, которые тренировались в ледовом дворце спорта на льду до нас и проводили свободное время вместе. Ходили в кино, и гулять по Москве. Некоторые из них тоже жили в интернате и даже учились в нашем классе, ведь классы были сборные, а не «мужские», или «женские». С нами учились: и гимнастки, и волейболистки, и другие спортсменки, но «дружили» хоккеисты с фигуристками. Ну, в основном, конечно. В пятом классе «дружить по-взрослому» было не принято, а ледовая площадка нас сближала. Поэтому мы и не стеснялись пройтись вместе, тем более «коллективом».
После каждой сухой игры команда меня не отпускала с площадки без «триумфа» и у меня, естественно, появились девчонки-поклонницы, которые пытались со мной познакомиться и даже взять автограф. Мы после игры, тренировки, или наоборот, перемещались на автобусе. Вот у него меня «ловили» и даже приглашали на свидания. Записочками с указанием времени и места. Ха-ха!