Вдруг я почувствовала ожог на груди и чуть не вскрикнула. Скосив глаза вглубь декольте увидела, что жаром начала наливаться рыбка, золотистым огнем горел вяз. Искры на моих ладонях приобрели голубой оттенок, цифры на шаре замелькали. 11… 12… 15.. 20… И исчезли. Сфера заполнилась бешеным пламенем. Огонь бесновался внутри так, что казалось вот-вот вырвется наружу.
— Хватит! — выкрикнул ректор.
Я рывком убрала руки от шара. Все потрясенно глядели на негаснущий пожар за тонким стеклом. Если там и были пламенные цифры, разглядеть их было нельзя.
— Экзамен, видимо, не сдан, — я узнала ядовитый голос Лайзы.
— Это не так, — ответил ректор. — Отчетливо было видно число 12.
Он повернулся к комиссии на сцене.
— Да, мы все видели, — подтвердила высокая эльфийка со знаком менталистов на груди.
— В таком случае поздравляю, Катрина, вы прошли испытания и становитесь студенткой факультета Целительства.
Я стояла, пытаясь сдержать слезы.
— Пойдем, — взяла меня за руку Линна и потянула из зала. Обернувшись на выходе, я увидела, как ректор пытается погасить пламя в сфере. Мы вышли во двор Академии. Насколько же проще там было дышать — вдохнув свежий ветер с моря, я немного пришла в себя.
— И как тебе это удалось? — спросила Линна. Она все еще держала меня за руку.
— Прости, я пока не могу рассказать.
— Я так и подумала, что есть секрет, — хмыкнула она. — Но раз тебя зачислили, то все в порядке! Идем отметим?
— Идем, — согласилась я. И мы чудесно угостились кофе и воздушными пирожными в одной из крохотных кофеен, разбросанных по Студенческому кварталу.
* * *
Домой я вернулась поздно. Шагая по центральному бульвару, освещенному разноцветными кристаллами, натыкалась то и дело на компании празднующих поступление новоявленных студентов Академии Лианара и каждый раз не могла сдержать восторженной улыбки. Я одна из них! Как же мне повезло! И с господином Арраном, и с ректором, и с экзаменом по целительству. И, конечно, просто невероятно повезло с артефактами на последнем испытании.
Я остановилась, вынув из-под платья обе цепочки, на которых переливались крохотный вяз и блестящая рыбка. Какой из них мне так помог? Что вообще произошло? Надеюсь, мне удастся найти ответы в Академии. Артефакторика — серьезный предмет, и понимать я стану гораздо больше после курса обучения.
Мой первый бал теперь вспоминался как сон — далекое, приятное видение. Да, мне было интересно, но гораздо сильнее захватывало будущее, открывавшееся передо мной. Я была переполнена восторгом, ликованием и предвкушением.
Дверь дома была открыта, и я тихонько зашла в коридор. Из гостиной раздавались голоса. Я остановилась и прислушалась. Говорил папа.
— Лиззи, ну послушай, ты ведь помнишь, как мы встретились? Неужели ты желаешь дочке такой судьбы?
— Нет, милый, я желаю ей быть самостоятельной, и я готова отдать ей все что у меня есть, научить своему делу и поставить в его главе! — отвечала мама устало. Казалось, она готова согласиться, но что-то мешает ей.
— Это ведь не ее путь, — мягко сказал отец. — Ты сама видишь это, но не хочешь признать.
— Тогда пусть выйдет замуж, — не сдавалась мама. — Пусть будет защищена, пусть ее дети родятся в браке!
— Лиззи… Браки тоже распадаются.
Я услышала, как мама всхлипнула. Мгновенно обернувшись к входной двери, я распахнула ее посильнее и громко захлопнула. Помедлив минуту, зашла в гостиную как ни в чем не бывало. Мама сидела у папы на руках, в большом мягком кресле, и поспешно вытирала глаза.
— Привет, родители! — я подбежала и поцеловала их обоих. — У меня для вас новость. Я поступила в Академию.
— Поздравляю, дочка! — счастливо выдохнул отец. — Я знал, что у тебя получится! Помог мой талисман?
— Да, папа, помог и очень сильно, — я не стала распространяться про свою рыбку. — Теперь я студентка факультета Целительства Императорской Академии Лианара.
Я сделала церемонный книксен. Мама сидела, открыв рот и переводила возмущенный взгляд с меня на отца и обратно.
— Вы что это… — наконец отмерла она, — вы что это, готовили, и провернули за моей спиной?!
— Не обижайся, Лиззи, — отец прижал ее к себе, — если бы ничего не получилось, ты бы и не узнала!
— И не пришлось бы нервничать, — подхватила я.
— И что, ты и правда будешь там учиться… — мама все никак не могла прийти в себя, — ты правда станешь настоящим целителем?
— Лизетт, я не сказал тебе, но теперь, думаю, самое время, — вступил папа. — Она подняла на ноги соседа.
— Теодора? — пораженно ахнула мама. — В самом деле?
— Представь, он приходил к нам неделю назад своими ногами. Завтра приглашу его снова, и ты убедишься! Да что там, они ведь с Кати ходили вместе на прием к ректору, чтобы убедить его разрешить поступление!
— Мне нужно это переварить, — мама поднялась и исчезла в дверях.
Папа подмигнул мне смущенно:
— Ничего, Кати, она обрадуется. Успокоится, осознает, и будет счастлива. Она ведь тебя очень любит. Как и я.
— Я вас тоже люблю, па, — я еще раз поцеловала отца и села на соседнее кресло. А через минуту вошла мама. Ее глаза блестели, а в руках она несла бутылку игристого вина и три бокала.
— Давайте праздновать, — сказала она решительно. — Такие события нужно отмечать!
— Вот это дело! — развеселился отец. Он принял бутылку и разлил по бокалам вино.
— Я желаю тебе удачи, милая, — подняла свой бокал мама. — Хоть и придется теперь искать себе кого-то на смену.
Я подбежала и обняла мать.
— Спасибо, мама! Я давно говорила, тебе стоит нанять управляющего. Будет больше времени на семью.
— И на разработки планов по расширению, — задумчиво добавила мама. — Ты права, открою конкурс на директора фабрики. И нечего самой бегать по клиентам, мне все-таки уже не двадцать, и даже не тридцать.
Мы выпили, и я ушла спать, оставив родителей заканчивать бутылку.
Глава 13
На следующее утро едва проснувшись, я увидела прямо перед собой горящие глаза донельзя возбужденной Элинии.
— Аэд всемогущий! Ты что, встала раньше меня? — пробормотала я, садясь в кровати.
— Ну конечно! — с энтузиазмом откликнулась Эла. — Я уже слышала, что ты поступила, и теперь ты должна срочно рассказать мне все до последней детали.
Я откинулась на подушку и застонала:
— Эла-а-а, можно хоть поесть сначала?
— Можно, — великодушно разрешила подруга. — Будешь есть и излагать.
— Спасибо и на том, — вздохнув, я встала и принялась натягивать платье.
Пока я, жуя любимые пирожки на кухне, знакомила Элинию с событиями прошедшего дня, солнце поднялось высоко.
— Так, Кати! — всполошилась Эла, — а ты ведь не одета для Академии! Пойдем в Студенческий квартал, я знаю там отличное ателье с рабочими мантиями. Занятия уже через месяц, тебе срочно нужно подобрать гардероб!
— Хорошо, — согласилась я, — ты права, у меня не так много платьев, подходящих для занятий. А для уроков целительства нужна новая мантия. В моей домашней будет стыдно показаться, она вся в несмываемых потеках от экспериментов.
— Даже две мантии. Или три, — глубокомысленно заявила подруга. — Еще неизвестно, как ты их заляпаешь на уроках!
Я шлепнула ее по руке в притворном возмущении, но не смогла сдержать смеха:
— Идем уже!
Вокруг Академии было как всегда многолюдно, хотя занятия начинались только через месяц. Квартал почти полностью состоял из трех-четырехэтажных длинных домов, служивших общежитиями для студентов, не желавших жить под родительским крылом, либо приехавших из дальних сел, а то и вовсе из-за моря. Академия Лианара считалась престижным учебным заведением во всей Аэдонии, ведь здесь, недалеко от Отцовского леса, магия цвела ярче и проявлялась сильнее.
Первые этажи общежитий занимали небольшие кофейни, ресторанчики, ателье и прочие заведения, какие только могут пригодиться студенту. Здесь были и салоны с готовой одеждой, и павильоны сладостей, чайные и кофейные магазинчики, и даже сувенирные лавки. Любой поступающий обязательно покупал здесь себе на удачу брошь с изображением Аэда на огненном драконе, или знак Академии Лианара — бронзовый кулон с древним ильмом, в кроне которого угадывались флаги факультетов.