— Это морок, — удалось мне вымолвить сквозь сладкую пелену, в которой я тонула.
— Тем интереснее, — прошептал Лейд. — И магия не может создать такую кожу. Нежная, словно озерный шелк.
Он медленно провел рукой по моему плечу, и резко выдохнул, увидев, что я задрожала. Кожа под его ладонью как будто загорелась. Эльф потянул меня за волосы, заставив запрокинуть голову, и поцеловал. Сначала нежно, едва касаясь. А через мгновение впился в мой рот с такой жадностью, что я забыла, как дышать. Милосердный Аэд, как же это было восхитительно! Мир будто плыл вокруг меня, и я плавилась в сладком блаженстве, уже отвечая на поцелуй и совершенно ни о чем не думая…
В отдалении раздался тихий смешок и парочка гостей, заглянувшая в наш уголок, поспешила по аллее назад.
Что я творю? Меня обожгло стыдом. Щеки вспыхнули, я оттолкнула Лейда и вскочила на ноги. Он не удивился, просто смотрел на меня, грустно улыбаясь.
— Мне нужно идти, — пролепетала я, умирая от смущения.
— Мы увидимся еще? — спросил эльф, не делая попыток остановить меня.
— Не думаю, это… Это невозможно, — я повернулась и почти побежала назад, к выходу во дворец. Замедлив шаг в фуршетной галерее, я постаралась отдышаться, и взяла бокал с водой со стола. Вина на сегодня, пожалуй, хватит!
Уже почти спокойно прогуливаясь по залам, в одной из небольших комнат я нашла Элу, занимавшую диванчик на пару со своим эльфом. Она увидела меня и помахала рукой.
— Разрешите вас представить, — церемонно начала она. — Моя подруга, Катрина Кейл.
Ее парень встал и поклонился:
— Сиан Лерой, морской архитектор, к вашим услугам.
Мы присели на диванчик теперь вместе, и еще через полчаса нас нашла Линна. Она тоже была представлена Лерою. Оказывается, Линна все-таки решила посетить театральное представление.
— Новые декорации из Вернаса, и две актрисы, которых я не видела. Потрясающее представление. А вы чем занимались? — она внимательно посмотрела на меня, и я снова почувствовала, как щеки полыхнули огнем.
— Танцевали, потом гуляли, потом сидели тут и разговаривали, — ответила за меня Элиния.
Я благодарно улыбнулась ей и опустила глаза. Видимо, от Линны это не укрылось.
— Здорово, — протянула она. — А когда нам пора будет уезжать?
— Мы с мамой договорились, что она пришлет карету к двенадцати часам, — сказала я. — Сколько сейчас времени?
Было уже ближе к часу ночи, значит карета давно должна была ждать на улице. Пришлось поспешно прощаться с Лероем и отправляться по домам. Сначала отвезли Линну, затем вернулись в центр к своей улице. Мы болтали и хихикали, подшучивая друг над другом, и мне было весело и беззаботно, пока я наконец не осталась одна в своей спальне.
Здесь-то меня и накрыла волна смятения. Что это было? — спрашивала я себя. Новые незнакомые чувства смешивались со стыдом, страхом, и странным томлением, и сладким ожиданием, пронизывавшим все тело. Почему меня так взволновал этот эльф, Лейденс? Это ведь не любовь, мы едва знакомы. Тогда что?
Промучившись около четверти часа, я твердо пообещала себе, что забуду про все глупости, и не допущу больше такой потери самоконтроля. Буду старательно учиться, заниматься в лаборатории, и все свои силы пущу на достижение цели. Довольная своим решением, я, наконец, спокойно заснула.
Глава 19
Новая учебная неделя обещала быть невероятно насыщенной. Прошло почти два месяца начальной подготовки, и считалось, что студенты получили достаточно базовых знаний для изучения нового предмета. С этого момента каждый понедельник целиком и полностью занимала практика целительства. Вела ее, конечно, декан факультета, госпожа Алиша Хьюс.
Утром понедельника я одевалась, раздумывая над предстоящим занятием. Не взять ли с собой свои талисманы: вдруг помогут? Доун меня сегодня не увидит, и никто не догадается про артефакты, спрятанные за глухим воротничком платья. Я разглядывала блестящие амулеты, перекатывая их в ладони, когда в комнату зашла мама.
— Доброе утро, Кати. Мне пора на фабрику. У тебя все хорошо?
— Да, мама, я собираюсь в Академию. Сегодня первый раз будет целительство!
— Желаю удачи, — улыбнулась мама и подошла чмокнуть меня в щеку. — А это у тебя что?
Она заметила амулеты и погладила рыбку по золотистым чешуйкам:
— Красивый. И кажется очень старинным. Откуда он у тебя?
— Нашла на барахолке в порту. Недорого взяла, — быстро ответила я.
— Ты знаешь, — сказала мама, разглядывая рыбку, — у моей подруги, из знатных эльфов –помнишь ее, Амелия Траун — есть похожий кулон, маленькая белка. Забавно, но кажется, что их делал один мастер. Я помню и этот оттенок меди, позолоченную шерстку, и точно такие же черные бусинки глаз.
— И что он может? — живо спросила я, позабыв обо всем. Неужели наконец откроется тайна моего выцарапанного из рук виконта артефакта!
— Не знаю, милая, но Амелия сказала, что украшение досталось ей от прабабки, а той — от своей. Скорее всего оно в их семье с начала рода. Амелия предполагает, что в нем магия первого Отцовского древа.
Первого древа? Я новыми глазами взглянула на свою рыбку. А ведь это возможно! В моем вязе по словам отца тоже есть кусочек Ильма, и он тоже очень старый, ведь сейчас таких артефактов не сделать. Давно запрещено даже немного повреждать драгоценные древние деревья. Но рыбка помогла мне сильнее, значит этот артефакт еще древнее? Неужели в нем действительно может быть частица самого Великого Ильма, от которого народились все деревья в Отцовском лесу?
Я попрощалась с мамой и спрятала свои амулеты на груди, под платьем. Что ж, поглядим, как они помогут справиться с учебой.
Как всегда, мы встретились с Линной у фонтана и зашли в Академию вместе. Аудитория уже была полна народу, все возбужденно галдели. Лайза отвлеклась от переговоров с подругами, поглядела на меня недовольно, но больше не выступала. Все-таки Линна крепко проняла ее в тот раз.
— Доброе утро, студенты! — в кабинет стремительным шагом зашла госпожа Хьюс. — Рада приветствовать вас на первом уроке практики целительства.
Она остановилась у кафедры и оглядела нас, довольно улыбаясь. Почти сразу из лаборатории вышел Лефф с охапкой каких-то палок.
— Сегодня мы начнем с самого простого, — объявила декан. — Господин Лефф, раздайте, пожалуйста, ветки, каждому по одной.
— Итак, — продолжила она через пять минут, — суть целительства заключается в том, чтобы направить свою магию в поврежденные или погибшие частички живого существа, с тем чтобы исправить их или оживить. Конечно, никому из нас не хватит всей силы источника для того, чтобы оживить человека, или даже маленькую мышку. Но вылечить мы способны многое, и я верю, что когда-то сплав магии и научных знаний выведет нас на высший уровень исцеления. Мы будем излечивать любую болезнь. А возможно, и научимся возвращать к жизни!
Я сидела завороженная этой маленькой речью. Декан и сама вдохновилась, ее глаза блестели.
— Впрочем, до этого еще далеко, — уже спокойнее произнесла она. — Сейчас мы начнем с малого, и этим же закончим семестр. У каждого из вас в руках веточка озерной вишни, срезанная с дерева два дня назад. Живые токи в ней сохранились, и ваша задача погнать их скорее силой своей магии. В зачет в конце семестра идет как минимум один листок, выращенный вами на этой ветке.
Сзади кто-то поднял руку.
— Вы хотите задать вопрос, господин Броун? — подняла брови Хьюс. — Прошу вас.
— Конец семестра через месяц, госпожа декан, а если кто-то не успеет вложить столько сил в ветку? — поднявшийся эльф, симпатичный невысокий парень в голубой мантии, смущенно глядел не на преподавателя, а в пол.
— Не переживайте, Кет, — улыбнулась декан. — У нас осталось четыре понедельника, это четыре полных учебных дня, во время которых все силы из вашего источника будут приложены к этой несчастной ветке. Уж до почек-то мы дойдем прямо сегодня, я вам обещаю. Учебная программа рассчитана на студентов с силой магии не менее 12, а ведь все вы прошли вступительный экзамен.