— Это, по всей видимости, отбой, — сказала Линна.
Мы вернули стулья по местам, вымыли чашки, посетили умывальню и разошлись по палаткам. Заснула я сразу, как только закуталась в спальник. И как будто в ту же секунду труба проиграла подъем.
Глава 26
Ох и тяжело было первую неделю! Трудно встать в ритм, жить по сигналам, спать в спальнике, а не на своей мягкой постели… Но вот настал день восьмой, потом девятый и десятый, и я с удивлением обнаружила, что прекрасно себя чувствую, успеваю делать все необходимое, и абсолютно счастлива быть на своем месте. Постепенно мы полностью разобрали склад, каждая вещь заняла свое место, предписанное классификатором на тканевой стене, и палатка-лаборатория приняла образцовый вид, достойный истинных студентов Академии.
Теперь мы варили зелья, собирали простые амулеты, а мальчики помогали разгружать ежедневно приходящие кареты с припасами для лагеря, или переносить раненых в больничный шатер. По очереди мы дежурили в столовой и на умывальне. Заготавливать некоторые травы было удобно прямо в лесу, не дожидаясь поставок из Лианара. Совсем рядом с периметром рос лесной амарант и шиповник, а чуть глубже в лесу можно было найти и заросли тариссы, и болотный аир, и еще много местных трав. Но из лагеря за ингредиентами выходил только господин Лефф лично. И ни в какую не хотел нас ни отпускать, ни брать с собой.
Перед сном обычно оставалось немного времени, чтобы поболтать с друзьями, сидя у теплового кристалла с травяным чаем в руках. Двойняшки приносили разные сплетни, собранные за день беготни по лагерю. Лиренс только посмеивался, слушая друзей, которые с горящими глазами выпаливали очередные новости с поля боя.
Пока все было спокойно, и события в лагере случались тоже спокойные, мирные. То забыли заказать мясо, и пришлось три дня есть курицу во всех видах, то по дороге сломались сразу две кареты, и лагерь не спал в эту ночь, перетаскивая грузы в руках. А один раз, когда господин Лефф ходил глубоко в лес, им хотел позавтракать кабанчик.
— Сегодня какие новости, ребята? — зевая, спросила Линна. Она сидела, укутанная в плед, почти касаясь кристалла ногами и, кажется, уже засыпала.
— В больничном шатре все в порядке, — с готовностью ответил Рим. Брат подхватил:
— Раненые вылечены и отправлены, прибыло несколько новых. Но все нетяжелые.
— Это вы от третьего курса узнали? — спросила я.
— Да сами заглянули и увидели, — пожал плечами Ром. — Нас особо не гоняют оттуда, тоже помощь нужна. Маловато третьих, всего пятнадцать студентов. А больных нужно мыть, наблюдать, кормить, и вообще всячески обихаживать, плюс шатер содержать в порядке. Да еще у них ночные дежурства.
— Врачи небось спят, — усмехнулся Тойи.
— Конечно, они же силы тратят весь день, — рассудительно заметил Рим. — Один кто-то прямо в шатре спит, а остальные пятеро у себя отдыхают.
— Куда они остальных-то дели? — спросил Лиренс.
— На фронте остальные, — негромко сказала Линна. — В каждом отряде свой целитель. И они там… Кончаются иногда.
Она встала, и ушла в палатку. Ребята недоумевающе переглянулись:
— Чего это она?
Я подозревала чего она, но отвечать ничего не стала. Никто из нас не чувствовал близости настоящей войны. Мы просто жили и работали, не думая ни о чем, а настоящего горя не видели.
— Спокойной ночи, — сказала я ребятам, и тоже ушла спать.
В палатке шумно дышала Линна. Я осторожно тронула ее за плечо.
— Почему нас не берут туда? — развернулась она ко мне, потирая покрасневшие глаза.
— Начальник же сказал, что детей в бой не возьмут. Их дело там влить немного силы, чтобы дотянуть до лагеря, и тут мы уже можем помочь.
— Я хочу помочь, а просто толку корни шелковицы целый день, или варю укрепляющее!
— Не переживай, Линна, — сказала я. — Мне почему-то кажется, что и полечить раненых нам удастся.
И я угадала. Уже на следующий день новости были похуже.
Утром в лаборатории нас встретил мрачный Миен Лефф.
— Вторую башню все-таки взяли. Теперь у них две, и пока передышка в боях. Очень много раненых. Много погибших, которым не успели помочь сразу, поэтому врачи отправляются туда. — Преподаватель помолчал. — Это значит, что третьему курсу нужна будет помощь.
— Мы давно готовы, господин Лефф, — сказал Тойи, и все мы решительно поддержали его.
Кому-то все равно нужно было готовить зелья, поэтому остались Тойи и Лиренс. Позже они собирались подойти в больничный шатер. А остальные сразу отправились во владения заместительницы начальника лагеря, госпожи Ильзы Клаун. Сам начальник, Лодсоу, тоже уехал на фронт, как самый опытный из целителей.
Прямо на входе госпожа Клаун встретила нас и распределила на работу. Мальчики должны были помочь интенданту организовать дополнительные места для раненых, вымыть их и обустроить в палатах. А мы с Линной попали под начало смешной маленькой эльфийки с третьего курса.
— Я Зила Занни, — представилась она с достоинством, глядя на нас снизу вверх. — Пойдемте, девочки, покажу вам как тут все устроено.
А устроено в больничном шатре все было несложно. Тканевыми коридорами были разгорожены палаты на одну или две простые деревянные койки. Импровизированные комнатки были пронумерованы чьим-то аккуратным почерком прямо по ткани стен. Слева от основного входа располагался небольшой склад для лекарственных зелий, амулетов и перевязочного материала. Справа — крохотное помещение со складными стульями, чтобы присесть передохнуть целителям.
Мы сразу принялись помогать раненым. Зила выдала нам блокноты для ведения записей, диагностические амулеты, и назначила каждой по две палаты. В первую я зашла с опаской. Давно никого не лечила, и боялась еще, что не примут всерьез девчонку-первокурсницу. Но два лежащих на койках эльфа мне, кажется, только обрадовались.
— У меня нога, госпожа целитель, — пожаловался один из них, весь укрытый простыней до носа. — Попала гоблинская стрела.
Я решительно откинула простыню и освободила место ранения. Неприятно. Стрела, видимо, была смазана ядом. Достав диагностический амулет, я прикинула, что это или яд змеелова, или сок горного пустырника. В любом случае поможет успокой-зелье на пару, а после того как яд уйдет, не помешает и обычное регенерирующее. Я набросала в блокноте список того, что нужно будет взять со склада, и обернулась к другому эльфу. Тот молча раздвинул на груди разодранную рубаху.
— Драные гоблины! — не удержалась я. — Как это вышло-то?
Его грудь была испещрена мелкими, но очень глубокими ожогами, как будто в него стреляли из фейерверка.
— Огненный щит, — криво усмехнулся эльф. — Оборачивает твою магию против тебя.
— Ничего, — сказала я, подумав. — Сейчас попробуем пасту из дикой травы, и будете носить амулет двое суток.
— А вы сами не исцеляете? — взволнованно спросил эльф с больной ногой. — Я как-то попадал сюда, и нас меньше мазали, зато больше лечили.
Ну конечно. Все видят, что я человек.
— Не переживайте, — улыбнулась я через силу. — Исцелить я тоже сумею. Но с зельями дело пойдет быстрее.
На складе нашлось все необходимое, но травяной пасты был последний пузырек. Я записала себе заказать в лаборатории еще пасты, собрала ингредиенты и вернулась в палату. Довольно быстро сделала перевязки с нужными лекарствами, на минуту замерла у каждого больного, вливая силу в раны, и вышла немного отдышаться.
Еще же вторая палата! Вдруг вспомнила я, и в ужасе от своего разгильдяйства бросилась искать отведенных мне пациентов.
Эта палата была на одного. Одного очень знакомого мне эльфа.
Я замерла, подняв тканевый полог. На меня смотрел измотанный, испачканный, весь в крови виконт Дэйлор Лейденс Доун.
Глава 27
— Здравствуй, Катрина, — сказал Дэйлор. В его глазах мелькнуло нечитаемое выражение. — Надеюсь, ты хороший целитель.