— Пожалуй, что да, — медленно кивнул он. — Честно говоря, я думал, что ты нашла способ поступить только для того, чтобы поудачнее выйти замуж.
Я только фыркнула в ответ.
— Но теперь я вижу. Ты прирожденный врач. И там, где тебе, может быть, не хватает силы, ты используешь свои умения.
— Мужа можно найти и не в Академии, — не удержалась я. Почему все думают, что студентки срочно хотят замуж?!
— Да, можно, например, на балу, — невозмутимо заметил виконт.
И вот тут я покраснела. Залилась как помидор. По-моему, даже лоб пошел красными пятнами. Хорошо, что в отблесках кристалла это было не так заметно.
— Пора спать, Катрина, — сказал Дэйлор, не дождавшись ответа.
— Вам помочь дойти? — спохватилась я. Чувство врачебного долга выводит из любых замешательств!
По глазам было видно, виконт хотел отказать. Стеснялся что ли.
— Да, пожалуйста, помоги.
Он взял меня за руку, стараясь не слишком опираться, и мы медленно прошлись до больничного шатра. С утра он пах потом и кровью, потом зельями и отварами. Сейчас к виконту вернулся его прежний запах дикого можжевельника, и я шла, наслаждаясь им каждую секунду.
У самого входа он остановился.
— Спасибо, Катрина. Дальше я сам.
Дэйлор помедлил, не выпуская моей руки. И снова посмотрел на меня с непонятным выражением. Было удивительно хорошо и спокойно быть с ним рядом. Почему-то я чувствовала себя в безопасности рядом с Доуном. Это потому, что он отличный боевой маг! — объяснила я себе не очень убедительно.
— Спокойной ночи, господин Доун.
— Зови меня Дэйлор, — он отпустил меня и шагнул внутрь шатра.
— Спокойной ночи, Дэйлор, — шепотом повторила я ему в спину.
Глава 28
На следующее утро на меня навалилось просто море работы. Подвезли еще с десяток раненых, и я металась между своими прежними и новыми пациентами, в промежутках отправляя в лабораторию бесконечные запросы на артефакты и зелья. Лефф тоже работал на износ. Мальчики помогали ему только с утра, после обеда носясь вместе со мной по больничным палатам. Линна пыталась повторять мою методику, госпожа Ильза Клаун уже окончательно закрыла глаза на наши эксперименты.
А к вечеру мои первые пациенты уже отправились на фронт. Дэйлор уехал первым. За ним прибыл целый отряд из нескольких слегка помятых эльфов. Ему и паре его друзей мне даже удалось всучить амулеты от боли. Странно вообще, что их нет в стандартном комплекте воина. Берут с собой живого целителя, а могли бы брать с десяток артефактов. Помимо тех, что на силу, их, конечно, носит каждый маг в бою. Задумавшись, я чуть не столкнулась с Линной.
— Пора на обед, Кати, — заявила она и утащила меня в столовую, не слушая возражений.
Там я ей сразу и изложила свои мысли на счет амулетов в бою.
— Представь только, тебя ранили, и ты лежишь и ждешь, когда твой целитель соизволит подбежать и вкачать в тебя толику силы. Позволит ли ему противник? Не занят ли врач твоим другом? Или ты взял свой амулет и использовал его. Всяко на полчаса хватит, даже при сильных ранениях.
— Это гениально, — сказала подруга, подумав минуту. — Нужно предложить Леффу наделать этих амулетов. Хотя, например, потеряв сознание, ими не воспользоваться… Но хоть один спасенный маг стоит всех усилий!
Вечером мы вместе с Линной нашли палатку, где ужинало руководство. Начальников над нами осталось мало: интендант Кларисса Шани, заместительница — Ильза, да наш преподаватель, господин Лефф. Мы рассказали им о моей идее.
— Мне нравится, — задумчиво проговорила госпожа Клаун. — Но опять же, расходов будет в разы больше. И так на лечение теперь уходит двойной бюджет.
— А вы представьте, сколько стоит империи подготовить хорошего боевого мага, — негромко сказал Миен Лефф. — И как много их сможет спасти лишняя сотня леев.
Ильза внимательно посмотрела на него и снова повернулась к нам:
— Я обещаю вам, что мы все хорошо обдумаем. Спасибо, девочки.
Мы вышли, довольные разговором. У наших палаток уже отдыхали мальчики, валяясь прямо на расстеленных на земле пледах. Незаметно, в делах и заботах прошло уже больше месяца и в Аэдонию пришла весна.
По-зимнему черный Отцовский лес медленно зеленел, с каждым днем становясь все ярче. Высокие вязы покрывались сетью крохотных юных листочков, и запах от них шел свежий и волнующий. Ветра потеплели и стихли, солнце грело все сильнее. За лагерем юная травка стремительно разрасталась, скрывая черные проплешины земли.
Теперь время, кажется, побежало еще быстрее. Каждый день мы лечили раненых. Делали зелья и артефакты, а потом почти ночами заготавливали амулеты от боли: руководство решило использовать мою идею. Нас с Линной совсем освободили от дежурств, как самых сильных целителей. Другие, даже третий курс, смотрели на нас с уважением.
Конечно, очень не хватало знаний. Но всегда можно было обратиться к госпоже Клаун, или к господину Леффу, и они с радостью помогали мне восполнить пробелы в любой области. Здесь я уже полностью осознала, как все-таки необходима база. И с нетерпением ожидала конца войны, чтобы вернуться и окончить полный курс целительства Академии Лианара.
Однажды в мою палату попал настоящий, опытный врач, доставленный раненым из леса.
— Доброе утро, сейчас я вам помогу, — по привычке поздоровалась я, и занялась осмотром.
Раненый эльф на узкой койке смотрел на меня удивленно.
— Больше некому лечить? — прохрипел он. — Остались только дети? Люди?
— Доверьтесь мне, — улыбнулась я. — Расскажите в чем дело и больше ни о чем не переживайте.
Он поморгал глазами, и видимо смирился:
— Ножевое ранение сзади, и еще в боку.
Я помогла ему сесть и быстро сделала трехслойные повязки с моим улучшенным регенерирующим зельем. Аккуратно наложив руки, около минуты вливала силу. Постаралась подольше, чтобы точно не упасть в грязь лицом перед настоящим целителем. Но он все равно был настроен очень недоверчиво.
Правда, уже к вечеру от его недоверия не осталось и следа. Он смог встать, и бродил по лагерю, с изумлением рассказывая всем и каждому о невероятно быстром исцелении. На следующий день этот врач уже помогал мне в палатах, с удовольствием обучаясь моему методу и делясь некоторыми своими секретами. Жаль, что почти сразу ему пришлось вернуться в свой отряд. Уехал он нагруженный целой охапкой амулетов от боли.
В лагерь все прибывали больные, мы работали с утра до ночи, имея редкие перерывы на отдых. Дни были тяжелыми. И уже не было никакого желания сидеть вечерами у кристалла, болтая и обсуждая новости. Теперь мы просто расходились по палаткам и падали спать. Иногда я еще успевала написать письмецо родителям, передать привет Элинии и господину Аррану. Писали и они мне, а грузовые кареты ездили почти ежедневно, и почта работала хорошо.
Моя рыбка поддерживала меня каждый день. Я просыпалась полная силы, и никто не удивлялся, когда я тратила явно больше магии, чем другие, на исцеление, а восстанавливаться не уходила. И через несколько минут уже снова была готова лечить. Рыбка от нагрузки не чернела, а только сияла все ярче золотом. Папины защитные артефакты я не снимала тоже. Но опасности не было, и они болтались обычными побрякушками на шее.
Однажды, когда Отцовский лес уже полностью покрылся юной светлой зеленью, в мою палату попал эльф, чье лицо было мне смутно знакомо. Расспрашивая его о ранении, я старалась вспомнить, где мы встречались, и вдруг поняла: это тот самый воин, что приходил за виконтом в Академию. Как же это было давно! Казалось, целую вечность назад, совсем в другой жизни.
Я помогла ему, как и прочим. Почти все вылечивались в нашей походной больнице. Очень мало оставалось боевых магов, кому я совсем не могла помочь, или настолько израненных, что потребовались бы недели на выздоровление. Таких забирали грузовые кареты в Лианар, в императорскую лечебницу.
Однажды поздним вечером я последней покидала больничный шатер, оставив дежурного целителя. Световые кристаллы были уже совсем притушены. Опуская за собой полог, я заметила, как в проходе между центральными палатками шевельнулась широкоплечая фигура. На мгновение мне стало страшно, но почти сразу пришло узнавание.