Виконт вышел на разведку в лес и довольно скоро вернулся, омраченный. Живых врагов не обнаружилось. Друзей, к нашему горю, тоже.
— Что мы скажем своим? — спросила я Дэйлора, собирая вещи.
— Правду, — он взглянул на меня задумчиво. — Что ты самый сильный маг Аэдонии, хотя и человек, и лично уничтожила по крайней мере четыре отряда гоблинов.
— Да, а помогли мне в этом позолоченная рыбка и вода из ручья, — подхватила я. — Так мне все и поверят, конечно.
— Вряд ли дело в них, — заметил Дэйлор. — Но надеюсь твой друг найдет что-нибудь в императорской библиотеке.
Идти пришлось пешком. Все лошади или погибли, или разбежались по лесу. Хорошо, что Доун отлично знал местность. Вещей пришлось взять еще меньше: он нес маленькую палатку, два легких спальных мешка и несколько фляг с водой из родника. Я с трудом выторговала себе право тащить свой баул с зельями и амулетами, и остатки съестного.
Он быстро пробирался сквозь пролесок, находя ему одному известные тропинки. Я старалась не отставать, но спустя несколько часов нам все же пришлось остановиться. Была уже глубокая ночь, а свет луны, помогавший ориентироваться, исчез за облаками. Нашего крохотного кристалла не хватало, чтобы осветить путь.
— Остановимся здесь, — сказал виконт, облюбовав ложбинку у вывернувшего наружу корни старого вяза. Ловко установив палатку, он закинул в нее оба спальника и жестом пригласил меня внутрь. Но сам, кажется, ложиться не собирался.
— Дэйлор, тебе тоже нужно поспать, — позвала я его негромко. — Давай просто оставим сигнальные артефакты. Мы очень далеко от боевых действий.
Он посомневался немного, но послушался. Я помогла ему разместить амулеты в трех точках вокруг палатки и соединить их в магический сигнальный контур.
Один спальник мы постелили на землю, во второй закутались вместе, крепко обнявшись. По-моему, Доун заснул сразу же. А я еще лежала некоторое время, слушая поскрипывания развесистого ильма над головой и медленно осознавая недавние события. Я — сильный маг. Я как-то связана с Отцовским родником. Я люблю Дэйлора.
Интересно, а он меня любит? Его длинные ресницы трепетали во сне, а строгая складка между бровей разгладилась. Он выглядел таким юным и одновременно таким мужественным. Я тихонько поцеловала его в шею, уткнулась носом в плечо и тоже уснула.
На рассвете мы проснулись, никем не потревоженные. И весь следующий день пробирались к месту, где находился лагерь императорской армии. Уже полностью измотанные, мы наконец расслышали знакомые звуки, примешивающиеся к звукам леса.
— Стой, — велел Дэйлор и засвистел что-то на птичьем языке.
Из пролеска вынырнул эльф, за ним еще один.
— Доун! — воскликнули они хором.
— Где остальные? — спросил первый эльф.
— Остальные погибли, — сухо ответил виконт. — Ведите в лагерь, я должен увидеть генерала.
Часовые проводили нас внутрь периметра и оставили, вернувшись по своим постам.
Этот лагерь был не чета нашему, целительскому. Будто целый город развернулся в лесу. Десятки огромных шатров, сотни мелких палаток и эльфы, эльфы вокруг, безостановочно снующие туда-сюда. Некоторые с любопытством взглядывали на меня, но ничего не говорили. Почти все дружески приветствовали Дэйлора.
— Побудешь здесь? — спросил Доун, указав на высокий шатер с перевернутым треугольником. Я радостно закивала. Там точно будет кто-то из моих друзей!
И там действительно были все они. Линна, увидев меня, завизжала и кинулась на шею. На визг выглянули из тканевых палат Тойи, Рим и Ром, и тоже присоединились к крепким дружеским объятьям.
— Ильза тоже где-то здесь, — сказала Линна, не выпуская меня из рук. — А Лефф в соседней палатке готовит зелья. Там у нас лаборатория.
— Схожу к нему, — сказала я. — Он, наверное, переживал.
— Ты расскажешь нам, где вы были? — воскликнул Тойи. — Возвращайся сюда через полчаса, скоро ужин. Покажем тебе где тут что.
— Конечно, — улыбнулась я и пошла искать господина Леффа.
Он и вправду оказался в лаборатории, как всегда очень занятый производством зелий. Преподаватель мне тоже очень обрадовался, обнял и даже немного прослезился.
— Я очень переживал, Катрина. Все-таки я за тебя в ответе, ты мой студент. И мне тяжело было отправить тебя одну, в такое опасное место.
— Ничего, господин Лефф, мы справились.
— Справились? — он внимательно поглядел на меня.
— Расскажу всем за ужином.
Что конкретно рассказывать мы с Дэйлором договорились, пробираясь через Отцовский лес. Пока мы и сами не понимали, что происходит. А виконт опасался, что, узнав про мою силу, генерал велит отправить меня на передовую, как боевого мага.
— Наверное, так будет правильно? — спросила я его тогда.
— Нет, — решительно ответил Дэйлор. — Ты человек, ты не училась на боевого мага, и мы не знаем, от чего зависит твоя сила. Может быть влияет родник, и ты сильна только возле него. Но война совсем в другом месте, Кати. Я не хочу тобой рисковать! Не могу.
— Что же тогда мы скажем? — Отчасти я была согласна. Но он ведь не знал, что магия осталась со мной. Источник переполнялся постоянно, и сила будто просилась наружу.
— Что мой отряд положил свои жизни в битве, но победил. Мне же удалось добраться живым до башни, и ты исцелила меня. Это ведь почти правда.
— Почему же почти, — задумчиво произнесла я. — Твой отряд действительно выиграл битву.
— Просто не будем упоминать, что именно целитель моего отряда уничтожил несколько сотен гоблинов, — подхватил Дэйлор, усмехаясь.
— Не будем.
На том мы и порешили. Не знаю, о чем Доун говорил со своим генералом, но я собиралась изложить друзьям именно эту версию.
За ужином разговоры не смолкали ни на секунду. Я рассказала все о нашем сражении, и выслушала истории о битве под Центральной башней. Получалось, что здесь гоблины оставили около половины своего войска. А оставшуюся половину я уничтожила под Левой Третьей башней. Они намеревались окружить нас, но план не прошел, и теперь вся наша армия была против нескольких сотен вражеских воинов. Теснили мы их сильно. Гоблинам уже пришлось отступить к Правой Морской, крайней башне, возведенной на кромке прилива.
— И пришло подкрепление! — сообщил Тойи, допивая травяной чай.
— Кстати, господин Арран тоже прибыл, — вспомнила Линна.
— Теодор здесь? — я вскочила на ноги. — Как его найти?
— Пойдем, — Тойи поднялся, — провожу тебя.
По длинной ленте световых кристаллов мы дошли почти до самого конца огромного лагеря, где располагались свежеустановленные палатки для новых отрядов. Вокруг большого теплового кристалла, точно такого же, как у нас, собрались эльфы. Кто сидел, кто лежал, потягивая напитки из металлических армейских кружек.
— Господин Арран! — окликнул Тойи и эльф, сидящий на раскладном кресле повернул голову. Негромко вскрикнув, он бросился ко мне и стиснул в объятиях.
— Кати! Кати, девочка, ты жива, с тобой все хорошо, — Теодор даже прослезился. — Если бы ты знала, как переживает мама. Нужно немедленно ей написать, немедленно.
— Конечно, господин Арран, — я растерялась. Действительно, родителям я давно не отправляла весточки.
— Сегодня же, — твердо повторил Арран. — Чтоб утренним рейсом уже ушло в Лианар.
— Да-да, сейчас напишу. Расскажите же мне, как у вас дела? Почему вы здесь?
— А почему нет? — он искренне удивился. — Я здоров, и довольно сильный маг. Пойдем, Кати, я должен кое-что тебе показать.
Тойи вежливо кивнул и вернулся к целителям. А господин Арран отвел меня к своей палатке и, порывшись в вещах, достал сложенный в несколько раз лист.
— Долго же я искал. И еще дольше переводил древнеэльфийский. Вот мои записи из старого трактата.
Я аккуратно развернула лист и прочла выведенные изящным почерком строки:
«Три артефакта были созданы самим Аэдом, во времена, когда он ходил по земле. Белка — для темных эльфов, рыба — для светлых, и заяц — для людей. Переданы были первым правителям рас. В этих амулетах истинные источники силы. В белке и зайце — семена Первого древа, в рыбке — капля из первых струй Отцовского родника. Они хранят в себе магию расы, насыщают ей источник того, кто носит. Однако носить нужно артефакт, принадлежащий своим предкам, чужая вещь поможет слабо».