– Кастин не лармир! – вторил ему Рах уже на своем языке. Варвары гезы тоже не дураки выражаться.
– Да вы хоть матом вопите, мне все равно! Надо тушить!
Я метнулась к охлаждающим батареям. Они были встроены в стену и моего допуска вполне хватало, чтобы запустить все устройства. Я принялась быстро работать на пульте нанокомпьютера, встроенного в стену, как и сами батареи. Слава богу, пульт был виртуальный, так что сгореть или перегреться не мог. Сам же компьютер имел настолько мизерный размер и собирался из таких прочных материалов, что ему пока тоже ничего не грозило. Пока… Ключевое дополнение…
– Это не поможет! Стой! – крикнул Фет. – Система уже дважды автоматически сработала. Ты просто не поняла. А я заметил, что батареи пару раз перезаряжались. Ручной запуск тоже проблему никак не решит. Я проверил состав пламени коммуникатором. Огонь поддерживается частицами храна, а их практически невозможно загасить. Только в самом начале возгорания. Сейчас никакие пожарные системы уже не сработают! К тому же, огонь практически в резервных двигателях! Остается одно!
– Что-о? – удивился Рах.
– Ты должен подкинуть меня, чтобы оказался прямо возле капсул с резервными двигателями! Пробираться долго, у нас нет на это времени! К тому же – ни паррха не видно! Идем вслепую! Зигзагами и синусоидами! А сверху я буду четко знать – куда метить! Давай! – вместо ответа приказал дарвиец. Гез никогда не послушался бы его распоряжений, возможно, даже набросился с кулаками, если бы не патовая ситуация.
Рах нагнулся, подставил руки, Фет встал на них, придерживаясь за плечи «напарника». Медленно, осторожно балансируя, как завзятый акробат, крутанулся. И в привычной своей манере начал считать:
– Раз, два, три, четыре… пять…
Рах толкнул Фета руками что было сил – я заметила, как вздулись вены на его мощной шее и расслышала легкое кряхтение. Дарвиец полетел словно пушечное ядро и ловко приземлился возле самых капсул с силовыми двигателями. Я не могла видеть это вживую – все вокруг заслоняли стены огня. Но коммуникаторы продолжали передавать информацию от вездесущих наших помощников – наноботов.
Фет быстро поднялся, развернулся и выпустил плазму из ладоней. Она устремилась встречно бушующей стихии будто вода из пожарного брандспойта.
Я словно в замедленной съемке наблюдала как две бесноватые горячие массы встретились возле капсул с резервными двигателями. Наткнулись друг на друга – стенка на стенку…
Слились… И… все взорвалось.
Встречный пал, вот как называют пожарные этот способ тушить неуправляемое пламя.
Хорошо, что умная защитная капсула сразу же выбросила блокирующие силовые волны, иначе я бы просто оглохла. Хлопок был такой, словно меня по ушам хлестанули. Причем, не стесняясь, не жалея – со всей дури.
Клубы фиолетово-оранжевого огня взвились вверх столбами, в стык с малиновыми плазменными сгустками. Выглядело эпично, даже завораживающе. Но и смертоносно одновременно.
Никто из нас не знал – чем дело закончится. Но и бежать было уже некуда. Пламя заполнило все, что сзади. Прорываться – себе только во вред. Оставалось лишь ждать и надеяться…
Ахнуть не успела, как рядом очутился Рах и закрыл меня своим телом.
Нас тряхануло, перед глазами разлились мутные лиловые чернила и всполохи. Неоново-яркие плазменные разводы разрезали огонь как ножи масло…
А затем обе стихии начали смешиваться… Нехотя, сопротивляясь друг другу… Споря – кто тут главный, а кто – в подтанцовках…
Малиновые плазменные ленты кружили с оранжевыми языками огня в замысловатом танце, убийственным для живого.
По всему помещению пошли взрывы: один за другим, один за другим, они взрыхляли пространство, образуя мини-воронки. Мгновенно расшвыривая вокруг себя искры и пепел.
Черт! Такие даже дарвийцу нанесут серьезные повреждения!
Я больше не видела четко ни Фета, ни Раха, лишь едва различимые в ало-бордовом море фигуры… Меня закрывал с одной стороны силовой щит геза, а с другой – внушительный торс дарвийца. Он умудрился подоспеть и присоединиться к нашей маленькой спасающейся компании.
Мой личный защитный купол пошел маревом, заколебался, будто держался уже из последних сил. Также выглядел и тот, которым поделился со мной Рах.
Молиться было поздно, бояться – бессмысленно.
Сейчас я могла потерять обоих мужчин, которыми дорожила, правда, каждым по-своему…
Впервые они выступили как единое целое: не цапались и не ругались потому, что спасали пассажиров транспортника и меня…