— Допустим, — вместо Гарри, подзавившего в своих мыслях, но, к удивлению, не спешащему протестовать, заговорила Гермиона.
— Не допустим, а факт. Разумеется, есть исключения, но на то они и исключения. От профессоров особой помощи не ждите. Деканы будут стараться поддерживать порядки хотя бы внутри факультетов, им будет не до стычек вне гостиных. Даже на нашем факультете есть проблемные группы учеников, но они не из активных нарушителей спокойствия. Но ведь ты понимаешь, стоит только появиться надёжной возможности проявить себя и не быть запинанным до полусмерти, как они станут активными?
— Возможно.
— Другая очевидная проблема. Ни для кого не будет секретом состав вашей группы. Я уже могу условно записать туда очень многих, а ошибусь, скорее всего, лишь с составом чистокровных, несогласных с политикой Тёмного Лорда, а точнее, с её влиянием на школьную жизнь.
— Разве это имеет какое-то значение?
— Разумеется, сестрёнка, разумеется. У недоброжелателей будет повод для различных действий не только из-за «статуса крови», но ещё и из-за факта организованного сопротивления. Это если коротко, — теперь уже и я присоединился к Дафне, подсев ближе, чуть ли не плечом к плечу, а она пододвинула свои записи и молча указала в сложный рунический круг с большим числом пустых «слотов». — Другая проблема… хм… как бы сказать…
На пару мгновений я отвлёкся и, под общее молчание, полнившееся нетерпением, начертил пару рун.
— …так стабильнее связь будет. В общем, как ваши встречи и обучение, защитят учеников от проблем на факультете? Ладно, на Слизерине проблем почти не будет — там недовольные раскладом либо замолчат, либо примкнут к деятельным радикалам, а те единицы, кто будет отстаивать нейтралитет или идти на стороне магглорождённых или одного конкретного в моём лице, дадут серьёзный отпор.
— Дадут отпор? — удивилась Гермиона. — Это как?
Поттер, к слову, тоже не понимал.
— Всё просто. Ни Малфой, ни Дафна, ни Пэнси не откажутся от общения со мной. При этом им в целом плевать на внутреннюю политику — тот же Малфой отказался от всех этих сомнительных движений в любую сторону и конкретно изучает только магию. Дафна…
Взглянув на неё на миг, я увидел лишь полную поддержку, уверенность в моих и собственных решениях.
— …тут всё просто — там все плюс-минус понимают тяжесть последствий, если сделают хоть что-то.
— Опекаешь во всех мелочах? — покачала головой Гермиона.
— Отнюдь, — я лишь улыбнулся. — На самом деле, Дафна и Пэнси не нуждаются в моей защите вообще — она уже организована. Не каждый взрослый волшебник сможет причинить им вред. А в мелкие интрижки и проблемы я не лезу. А ведь вы, — я вновь взглянул на Дафну, — то и дело участвуете в мелких стычках между группами внутри факультета.
— Ты знаешь? — Дафна удивилась, но почти сразу слабо улыбнулась, чуть качнув головой и позволив себе то, что не позволяет себе не в «близком кругу» — положила голову мне на плечо. — Хотя, стоит ли мне удивляться.
— Понимаете, если будет действительно серьёзный конфликт, особенно на почве «ах ты, такая-сякая, встречаешься с магглорождённым», то придёт магглорождённый, и все вопросы кончатся. Как и любители их задавать. Уже не маленькие, нужно учиться нести ответственность за поступки.
— Дорогой, — в голосе Дафны слышались смеющиеся интонации. — У тебя есть большая проблема — ты не умеешь решать проблемы не радикально.
— Как, если верить анекдотам, говорил один диктатор: «Как сделать, чтобы все были довольны? Расстрелять недовольных».
— Так, — теперь Гермиона выставила руки в останавливающем жесте. — Мы слишком отклонились от темы.
— Ты права, сестрёнка. В общем, как ваши занятия и прочая ерунда поможет ученикам на своих факультетах? Как поможет защититься от внезапных атак, ловушек, засад? После тех же уроков, банальная массовая атака — курс слёг. Походы в ванную, засады в Хогсмиде, прогулки и прочее, а без них никак, либо все участники «кружка» забиваются в подполье, как крысы, и не высовываются вообще. Всей толпой, или даже частью, вы ходить везде и повсюду не сможете.