— Устала я… Честно говоря. Но это всё жутко интересно, — тихо сказала она.
— Ты проделала большую работу. Я даже не знаю, кто бы мог держать в голове такие рунические комплексы, наносить их мысленно на трёхмерную модель и трансфигурировать её.
— Руны мне даются поразительно просто. Может заиграла кровь скандинавских предков?
Вопрос был риторический, что было ясно из интонаций, но всё же действительно, об этом можно задуматься. Трансфигурация, довольно родственная в своём классическом виде тому, как Дафна использует руны, даётся ей очень плохо в сравнении со всё теми же рунами.
Пока я краем сознания размышлял о странности подобной, то уже проверил руническую схему, созданную Дафной, не обнаружил ошибок и обратился к девушке:
— Вроде бы всё отлично. Сама будешь активировать?
— Хм? — Дафна подняла на меня взгляд и улыбнулась. — Я столько магии за раз не выдам. Буду часа два активировать. Лучше ты.
— Как угодно. Тогда… — я отошёл вместе с Дафной на пару шагов назад и достал палочку, направив его на начальную руну в схеме на земле. — Поехали?
Массивная схема из огромного множества рун, созданных на земле, начала быстро наполняться магией. Мягкое белое свечение распространялось от руны к руне с большой скоростью, пока не засветился весь массив. Каменная арка словно завибрировала, и свет от рун начал распространяться от её основания вверх, пока не активировались все руны.
Низкий гул усилился, задрожала галька на берегу, спокойная водная гладь пошла мелкой рябью, хорошо заметной в свете луны.
Резкий треск рвущейся ткани появился раньше, чем еле видимая дымчатая вертикальная трещина посреди арки. Она практически сразу расширилась на всю арку, став почти прозрачной мутной пеленой, а пространство вокруг начало заполняться флёром энергии смерти. Не той, которая о мучениях, пытках и принудительном умерщвлении, не той, которая сводит с ума, а смерти, как явлении.
Воздух стал холодным. Изо рта вырывался пар вместе с дыханием.
— Зябко, — констатировала факт Дафна, внимательно вглядываясь в пелену. — Ты уверен, что мы всё сделали правильно?
— Если учитывать, что в прошлый раз на берегу мы встретили некое подобие «проводника» в смерти, — задумчиво сказал я, — и встретили именно в Самайн, значит грань мы истончили правильно. К слову…
— Там что-то видно, — прервала мои слова Дафна. — Приглядись.
И я пригляделся. В этой полупрозрачной пелене и вправду можно было разглядеть белое небо с чёрными звёздами, серую землю, бесчисленные дымящиеся тени, похожие на людей. Они брели по полям, бесконечным полям, на которых что-то колосилось, белое… Асфодель, или какие-то другие похожие цветы.
Эти образы словно накладывались на реальность, если смотреть через арку.
— Действительно, — согласно кивнул я. — Поля асфоделя.
— Ты что-то говорил до этого.
— Да, точно. Истончили грань. Похоже, по ту сторону что-то связанное со смертью. Только вот странновато это…
Задуматься было о чём. Построенный рунический комплекс должен был истончить грань до уровня зрительного восприятия, но не в измерение смерти, тем более не в подобное вот место, являющееся этаким депо для душ, наподобие чистилища, а просто в ближайшее, наиболее родственное миру измерение. По известным осколку эльфу законам мироздания, у живого и цветущего мира, наполненного всяческой флорой и фауной априори не может быть такого вот измерения в качестве ближайшего. Просто невозможно, иначе мир стал бы просто пустыней.
Однако ничто не помешало бы крайне могущественному волшебнику какого-нибудь трансцендентного уровня силы и умений, создать подобную прослоечку поверх планеты, континента или хотя бы области. Для чего? Да целей может быть сколько угодно.
— Честно говоря, я ожидал увидеть другое. Этого здесь быть не должно… Только если то, что мы там видим, не создано искусственно…
Концентрация энергии смерти резко подскочила до абсурдных величин, а мир вокруг мгновенно изменился. Глаза заслезились от резкой смены цветов. Небо стало белым, звёзды сияли чёрным, исчезли остальные цвета, оставив лишь градацию серого. Да и сама местность… Поля? Журчание воды за спиной…
Мы резко обернулись на звук, словно что-то ползёт по земле.
— Забавно… — прошелестел незнакомый обезличенный голос.
Перед нами была река. Она казалась бесконечно широкой, но одновременно с этим и узкой. Через реку, из этой бесконечности, до которой было подать рукой, врос и продолжал крепнуть мост из практически чёрных корней деревьев, а на мосту формировалась из чёрного и серого тумана фигура в развевающемся чёрном саване.