— Пожалуй, откажусь, — качнула головой Дафна. — Я не считаю, что достигла мастерства даже по меркам Англии. В ваших глазах, судя по сказанному ранее, я вообще не стою упоминания.
Кивнув правильности выводов Дафны, я ответил то же самое, но короче.
— Как и я. Откажусь.
— Не хотите даров? Занятно. Тогда, может быть, силы? Могущества? — фигура явно посмотрела на меня. — Хм… Тебе такое предлагать бессмысленно.
Дафна же отрицательно мотнула головой.
— Предпочту достичь всего сама, или вместе с Гектором.
— Занятно, — фигура в саване слишком часто повторяет это слово, как на мой взгляд. — Вы можете считаться сильными волшебниками в мире живых. А сильные, по моим наблюдениям, жаждут больше силы.
— Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, — сказал неожиданно для самого себя. Вот воистину, во смерти нет лжи и эмоций. — Если вы настаиваете на дарах, то лучше уж сделка.
Фигура ничего не ответила, явно ожидая продолжения.
— Например, — я решил не заставлять фигуру ждать, — вы предлагаете что-нибудь в обмен на выполнение просьбы или задания.
— У меня нет интереса или целей в мире живых. Всё идёт своим чередом, всё имеет своё начало и конец. Однако, ваше колдовство привело к определённым последствиям. Исправьте.
Фигура мгновенно оказалась в шаге от нас, её руки были вытянуты, а пальцы, вполне обычные, разве что серые, касались наших лбов. Но ни я, ни Дафна не то что среагировать не успели, но даже и пошевелиться в итоге не могли. Лишь ощутили холод, промораживающий насквозь.
— Аванс.
Фигура тут же исчезла, как исчезло ощущение холода и давление от чужого внимания.
— Проход открыт, — констатировал я очевидный факт, взял Дафну за руку и повёл вперёд.
Вести её оказалось не нужно, она шла вровень сама. Мост, арка, шаг вперёд…
Обычный мир встретил нас шумом леса, а тело ощутило боль, холод. Даже слова сказать не получалось. Миг, приближающаяся земля и темнота.
Глава 87
Дождь и туман. Казалось бы, как эти два явления могут сосуществовать одновременно, но это было именно так. Мощный ливень лил, как из ведра, но при этом из любого окна в замке «Хогвартс» было решительно невозможно увидеть ничего, дальше ста метров именно из-за тумана.
Гермиона стояла у окна напротив входа в Больничное Крыло и пыталась взглядом уловить хоть какие-нибудь интересные детали снаружи чтобы отвлечься от неприятных мыслей. Но мысли эти пустили крепкие корни в сознании юной девушки, прорастая печалью и грустью. Причина тому проста — Гектор со своей девушкой уже третий день не приходят в сознание, лежат на своих койках и… и всё.
— Ты как? — раздался голос Гарри сбоку.
Парень только подошёл и встал рядом. День выходной, занятий нет, и, казалось бы, нужно организовать очередное собрание их новенького клуба забастовщиков против несправедливого гонения магглорождённых и полукровок, но как-то всё не клеится последние дни.
— Нормально.
— Уверена?
Гермиона помолчала несколько секунд, собирая мысли в кучу.
— Нет, Гарри, вообще не уверена, — посмотрела она на своего однокурсника.
Раньше они дружили так, что не разлей вода, но после всё изменилось. Сейчас же Гарри, возможно под влиянием Гектора, преображался в куда более осмысленно ведущего себя человека, волшебника. И даже почти перестал общаться с Роном, из которого его врождённый кретинизм бьёт ключом, и с каждым днём всё больше и больше.
— Как они?
— Пока спят, — тихо ответила Гермиона.
— М-да…
Оба стали разглядывать темнеющее небо и горизонт — время шло к вечеру.
— Третьи сутки спят, — добавила Гермиона, а лицо несло на себе следы лёгкой паники. — Я даже не думала, что он однажды окажется в больничном крыле так надолго. Не снова.
Некоторое время они молчали, наблюдая за темнеющим вечерним небом.
— Не думала, что окажусь в той же ситуации, что и на первом-втором курсе.
— Хм?
— Ты уже забыл? — слабо возмутилась Гермиона. Слабо, но искренне. — Гектор с лета перед нашим первым курсом лежал в больничном крыле под надзором мадам Помфри и целители Сметвика. Кажется… О последнем я не уверена.
— Ах, точно, ты говорила… Но только на третьем курсе.
— Да… А я даже не навещала его. Так погрязла в новом мире магии, в учебниках и книгах.
— И потому ты сейчас тратишь всё своё свободное время, стоя здесь?