— Хитрец, — усмехнулась Дафна.
— Ну а вы что можете мне рассказать? — я обвёл взглядом ребят вокруг, в том числе и с других курсов — кто-то всё равно слушал или слышал наш разговор. — А то есть такое чувство, словно что-то произошло за эти три дня.
Все сразу посмотрели на чуть смутившуюся Сьюзен, от чего она даже начала теребить свою толстую косу рыжих волос. Почему на неё? Она самая информированная после меня, когда дело касается как слухов, фактов или событий внутри Хогвартса, так и за его пределами.
— Ну-у… Есть кое-что, — скромно начала она, но быстро обрела уверенность, стоило только произнести первые слова. — В самом Хогвартсе изменений мало. Известно, что буквально вчера вечером Нотт с компаний фанатиков хотели «проучить» нашего второкурсника.
— Хм… Ты сделала упор на слово «хотели», — уточнил я с предельно вежливым выражением лица, которое, по какой-то причине, вызвало у всех легкое беспокойство.
— Ты только не делай необдуманных действий, — сидящий слева Захария легонько хлопнул меня ладонью по плечу для привлечения внимания.
— Разумеется.
С моего чешуйчатого браслета слетел маленький треугольничек и, никем не замеченный, пролетел под столами, поднялся под потолок в тёмном углу и завис точно над Ноттом. Небольшое волевое усилие, передача энергии шторма и…
Вспышка Баубиллиус Максима озарила зал, раздался громкий, оглушающе резкий щелчок, словно от хлыста. Разряд молнии попал точно в Нотта. Миг, и тот падает со своего места, потеряв сознание, волосы стоят дыбом, одежда и кожа в подпалинах, а вверх устремляются тонкие струйки дыма.
Молния магическая, не настоящая, а убить этим заклинанием крайне проблематично — разве что мелких грызунов получится отправить на тот свет, и то не факт. А вот вырубить и поставить кучу ожогов — это легко.
В Зале все зашумели, особенно слизеринцы. Во всеобщей панике никто не заметил и без того скрытный треугольничек, быстро вернувшийся на мой браслет.
Паника длилась две секунды, а прервана была громким голосом Снейпа, явно усиленным Сонорусом.
— Тихо! — он не кричал, тон был спокойный и вкрадчивый, но дрессированные уроками зельеварения ученики чуть ли не сразу замолкли, тут же упав на свои места.
Мадам Помфри тоже завтракала за столом персонала, как и все работники школы, кроме Филча, но это инициатива самого завхоза, так что никакой дискриминации. Медиведьма тут же поспешила к Нотту, помахала палочкой, облегченно вздохнула и, наколдовав носилки и перенеся на них парня, направилась в Больничное крыло, левитируя бессознательного слизеринца перед собой.
Всё как-то само собой вернулось на свои места, у ребят появились темы для разговора, а остатки сладких десертов пошли в расход с ещё большей скоростью. Времени на остаток завтрака оставалось немного, так что профессора скоро всех погонят на занятия. Некоторые ученики, к слову, итак уже покинули Зал, или покидают прямо сейчас.
— М-да, — покачала головой Ханна, глядя на меня с какой-то улыбкой. — Не удивительно, что пока ты в замке и в сознании, никто ничего не спешит предпринимать.
— Сделали пугало из нашего добряка Гектора, — покачала головой Сьюзен, опять смущаясь.
— Ничего себе, добряк, — тихо возмутился Эрни, но явно притворно. — Молния с потолка — вершина милосердия.
— Ну, — продолжила мысль Сьюзен, — зато он без сознания. А можно было тут же пробудить его Энервейтом. С ожогами и последствиями такой атаки — мучения гарантированы.
— Если смотреть с такой стороны, — Дафна задумалась и повернулась ко мне. — Ты и вправду хафф. Доброй души волшебник, целителем стать хочешь, людям помогать.
— Людям можно помогать разными способами, — пожал я плечами. — Так что там с «хотели»?
— Помешал Малфой, если верить информации. Раскидал их, как кутят.
— Растёт над собой, — кивнул я, — похвально. Сильно раскидал?
— Они полночи провели в больничном крыле под Костеростом, — продолжила Сьюзен. — Отпустили с рассветом. В общем, чуть раньше вас.
— Не везёт парню, — сочувствие Эрни было настолько наигранным, что казалось больше злорадством. — Только вышел — и тут же обратно.
— Боюсь, — Дафна положила свою руку поверх моей, — если Нотт со своей медленно растущей компанией не угомонится, он вообще может не покинуть больничное крыло дольше, чем на час.
По рефлекторно мною выставленному невидимому куполу против прослушки, которым я прикрыл весь стол факультета, мазнуло чьё-то навязчивое внимание.