— Вам, мистер Грейнджер, — Эмбер продолжала вести нас, идя впереди, — нет необходимости углубляться в маггловские науки. Насколько мне известно, у вас есть своё восприятие магии и свои теории относительно колдовства, а значит в ближайшие годы или десятилетия вы не столкнётесь с проблемой современного магического исследовательского сообщества.
— Что же за проблема?
— Тупик развития, — в голосе Эмбер чувствовалось некое злорадство. Только теперь она надела маску обратно, от чего её голос исказился до неузнаваемости. — Волшебники, как и магглы, в основном не придумывают ничего нового — всё подсмотрено у природы, взято на вооружение, понято, модифицировано до неузнаваемости. Вот только волшебники во многих дисциплинах постепенно заходят в тупик из-за повального игнорирования естественно-научных дисциплин. Концептуально нового ничего нет. Однако…
Мы вышли к небольшому лагерю, но не этот лагерь бросался в глаза, а полупрозрачная туманная завеса, отделявшая нас от территории аномалии, а ведь мы даже на берег не вышли. Судя по форме завесы, она представляет собой купол, хотя он накрывает очень большую территорию, потому с близкого расстояния завеса кажется стеной. В лагере из четырёх однотипных палаток в цветах осенней маскировочной одежды для леса, нескольких больших столов, заставленных различными приборами, колбами, пергаментами и прочими вещами, нескольких широких досок для мела, к которым чарами были приклеены схемы и ритуалы… В общем, в лагере сейчас находились два аврора в алых форменных мантиях, несколько сотрудников ДМП в пальто и шляпах, больше напоминавших нуарных гангстеров Чикаго двадцатых, и, разумеется, седовласый коллега Эмбер в неизменных чёрных одеждах и с маской.
— …деятельным волшебникам-исследователям, коих очень мало, — продолжила мысль Эмбер, пока мы подходили к её коллеге, занятому расчерчиванием магией из палочки какой-то фигуры на выровненной поверхности, — маггловские научные изыскания позволяют лучше понимать материальный мир, дают возможность для новаторства.
Мы подошли к коллеге Эмбер, но тот не отвлекался, продолжая вырисовывать фигуры на идеально ровной земле. Я бы даже сказал, выжигать их магией, гравировать поверхность — я сам использую подобные методы, так что понимаю, как он это делает.
— Я даже нахожу это забавным, — повернулась к нам Эмбер, попутно беря в руки листы с какими-то расчётами и проверяя их. — В древние времена именно волшебники были двигателями прогресса и науки, если можно так назвать то, что было за тысячу лет до нашей эры. А теперь это делают магглы, пока волшебники самозабвенно стагнируют уже более полувека.
Дафна хоть и врубила окклюменцию на максимум, но любопытство — страшная сила. Она почти сразу оказалась рядом со схемой на земле, попутно вчитываясь в пергаменты с рунами, но не трогая их руками.
— Не думал, — я стоял рядом с Эмбер, ожидая, пока она закончит свои проверки данных, — что вы так много узнали о мире вокруг. Всё же, как я понимаю, времени у вас было не так уж и много.
— У вас, мистер Грейнджер, — пусть голос под маской и был искажён, но лёгкая усмешка чувствовалась в нём, — этого времени было намного меньше, но и вы достигли многого, не так ли?
— Справедливо. Итак, зачем мы здесь?
Два аврора, оба не молодые, подошли к нам, и один из них заговорил:
— Мне тоже это интересно. Не помню, чтобы министерство разрешало ввязывать в это дело учеников Хогвартса. И даже если бы и было дозволено, то сомневаюсь в компетентности пары учеников…
— Что-то я не наблюдаю на ваших пальцах, — сухо отвечала Эмбер, — хотя бы кольца подмастерья, чтобы вы могли сомневаться в компетенциях кого угодно, тем более магистра…
Эмбер демонстративно показала платиновое кольцо с тремя крохотными точками-самоцветами, чёрным, зелёным и серым. Вот только кольцо было надето на средний палец, так что жест получился довольно однозначный, наглый и, какой-то даже подростково-дерзкий.
— И если для выполнения поставленной задачи, — продолжила Эмбер, игнорируя закипающих, но сдерживавшихся авроров, — мне нужны уникальные таланты и знания двух учеников, которые, к слову, уже превосходят вас по статусу в магмире…
На этих словах пришлось и мне показать кольцо подмастерья, пусть оно и не было таким впечатляющим, да и Дафна, благодаря окклюменции, слышавшая всё и всё понимающая, показала своё, не отвлекаясь от изучения материалов.