— Доброе утро, — чуть ли не мурлыкнула она.
— Доброе.
И смотрим друг на друга, отзеркаливая легкое коварство на лице, смешанное с неуловимым ощущением победы. Какой победы? Над чем? Непонятно, но победы точно.
— Говорят, — голос Дафны спросонья был довольно бархатистым, — что позволение гладить по животу есть признак высшего доверия.
— Ага, или подчинения.
Без поцелуя пройти такое пробуждение решительно не могло, а учитывая, что сначала Дафна потянулась за ним, чуть приподнявшись, тем самым открыв немного вид, крайне приятный, а после уже я оказался сверху, хотя правильнее сказать сбоку… В общем, всё грозило вылиться в очередной если и не марафон, то спринт точно. Но взяв себя в руки мы оба приняли командирское решение — отстранились друг от друга.
Дафна ловко покинула кровать, элегантным и неуловимым движением прикрыв себя тонким одеялом. Невесомым шагом она буквально поплыла до дверей в ванную комнату, умудряясь двигаться совершенно не пошло и не призывно, но абсолютно привлекательно. Ещё и обернулась в дверях, нахально улыбаясь. И скрылась.
— М-да… — протянул я, магией приманив своё нижнее бельё, оказавшееся совсем не там, где я помнил.
С раздеванием друг друга мы вчера не спешили, уделив внимание этому процессу и ласкам максимум внимания и времени, проявляя чудеса сдержанности, распаляясь, но даже так элементы одежды слишком уж хаотично были везде.
Дальнейшее моё утро было очень похожим на многие прошлые, а разница была лишь в том, что сейчас присутствовала Дафна, и словно бы говорила: «Смотри, как я одеваюсь, ведь уже через пару минут увидеть эту красоту уже не получится». Ах, да, ещё одно отличие — тренировка явно отменяется из-за отсутствия времени.
Покидали Выручай-Комнату мы вместе. Вместе же шли по пустым коридорам верхних этажей, спускаясь всё ниже, к Большому Залу, на подходе к которому встречалось всё больше и больше учеников, большинство в повседневной одежде, а некоторые так и вовсе явно были готовы отправиться на улицу — сегодня не только выходной, но и первый в сезоне матч по квиддичу. Слизерин против Грфииндора — неизбежное противостояние!
Здороваясь то с один, то с другим учеником, мы наконец-то добрались до Большого Зала и разошлись к столам своих факультетов. Завтрак уже подали, так что пришлось оперативно накладывать себе всего посытнее, пока остальные не определились, хватит им взятых порций, или нет.
— Доброе утро, — кивнул я своим однокурсникам и рядом сидящим ребятам с других курсов. — Как день начался?
— Хм… — Ханна смотрела на меня с каким-то подозрением. — Доброе, доброе.
— Ага, привет, — чуть махнул вилкой Эрни, отчего кусочек жареной колбаски чуть не отправился в полёт через стол.
— Хм… — продолжила всматриваться в моё лицо Ханна. — Подозрительно.
— Что такое? — спросил я, пока заранее нарезал всё, что требовало нарезки дабы не отвлекаться на это во время еды. — У меня что-то на лице?
— Хм-м… — вновь протянула она, но вдруг что-то поняла, медленно растягивая губы в какой-то хищной улыбке. — Поня-а-а-атно, всё поня-а-атно…
— Что тебе понятно? — тут же уточнил Эрни, да и остальные ребята отвлеклись от еды, желая узнать нечто новое, ведь когда Ханна начинает вот так скалиться, отчего даже мурашки могут пробежать, значит что-то случилось, и это что-то — важное.
— А вот пусть Гектор сам и расскажет.
— Расскажу о чём? — прикинемся ветошью и не будем отсвечивать.
— Ты всё прекрасно понимаешь, драгоценный ты наш староста.
— Нет, — качнул я головой. — Не понимаю. И вообще, подобные логические ловушки со мной не сработают.
— Да что происходит-то? — возмутился Эрни, взлохматив светлые волосы и тут же приглаживая их. — Что за секреты опять? Я, конечно, терпеливый, но вы уже говорите, или не говорите вообще.
— Терзают смутные сомнения, — протянула Ханна, продолжая опасно улыбаться, — что наш любимый Гектор нашёл способ обойти одно из ограничений замка. Разумеется, нашёл не один, а в приятной компании.
— М-да? — Захария, как и многие другие, ничего не поняли. А нет, вот Сьюзен покраснела, хотя краснеть, стесняться и смущаться это вообще её конёк. — Ничего не понятно, но очень интересно? Какие ограничения? Я только об аппарации знаю.
— А-а-а! — Эрни просветлел, словно получил озарение. — Я поначалу-то и не понял, а потом как понял! Простой ты парень, Захария. Ну ничего, и на твоей улице однажды будет праздник.