Подняв руки перед собой, я мысленно представил два эти модуля, попутно меняя пару параметров под этот мир, я сконцентрировался и выпустил сугубо тёмную энергию — пусть феникс спит, но связь осталась.
Перед моими ладонями появились небольшие сложные узорчатые схемы из множества символов. Эти схемы выглядели так, словно были грубо вырезаны тупым ножом из схемы намного большей, в тысячи раз. Свожу руки вместе, объединяю модули, придаю правильную круглую форму для получившейся печати-схемы, активация.
Схема засветилась чёрным — и такое бывает, как ни парадоксально. Из неё почти мгновенно вырвался горизонтальный поток чёрной субстанции, летящей как воздух, выглядящей как чёрное пламя с белыми всполохами, а разлетающееся вокруг при столкновении с чем-то как жидкость. В общем, такой аморфный эффект не описать словами.
Пока моё магическое воздействие убивало, иссушивало и проклинало деревья и траву, коррозировало твёрдый камень, начинало оплавлять и скручивать всё, на что воздействовало долго, а скручивало так, словно какое-то психоделическое искажение пространства… В общем, пока шёл процесс довольно неприятного визуально уничтожения всего подряд, я запустил все свои треугольнички с браслета, а было их очень много. Запустил с одной целью — отстрел подступающих противников посредством одного из медицинских заклинаний скальпеля. Его фишка в том, что можно регулировать, какие ткани резать, а какие нет.
Обитатели мэнора и гостевых домов быстро покинули их, готовясь отбивать атаку. Разумеется, сразу увидели меня, и если Нотт-старший хотел сбежать, что невозможно — я на автомате ставлю многослойную антиаппарацию, блокирующую вообще любые пространственные искажения — то вот бандитского вида персонажи, лишь некоторые из которых с палочками, поспешили атаковать меня.
Стоит отметить, что я пропустил в чувствительности пару человек, а точнее, оборотней. Именно они были с палочками и явно себя скрывали. Итого тут семнадцать живых существ, семь из которых волшебники. Двое волшебников тут же атаковали меня, но парочка моих треугольничков лихо выставляли Протего разных вариаций. Остальные волшебники принялись за попытку справиться с пламенем — куда там! Без хотя бы примерного понимания того, против чего борешься, довольно трудно разобраться даже с обычным колдовством, а если уж оно на основе агрессивной тёмной энергии — проблема становится очень нетривиальной.
Некоторые из оборотней приложились к склянкам, вытащенным из карманов, выпивая их до дна и, продолжая приближаться ко мне, трансформировались.
Когда эта группа отчаянных самоубийц оказалась перед входом в мэнор, продолжая двигаться в мою сторону, я активировал треугольнички и заклинания. Эффект поразил меня — я чуть было не впал в ступор!
Абсолютно синхронно сверкнуло множество полумесяцев заклинаний, перекачанных магией. Они почти мгновенно разлетелись в разные стороны, но недалеко, однако эффект… Всех противников буквально разбросало на запчасти, крепящиеся друг с другом порой сухожильями, но в основном кишками — они летели, словно болас, повисая то ни остатках деревьев, то на шпилях плавящегося и деформирующегося мэнора, цепляясь между собой, оставляя за собой веера крови.
С трудом сдержав восклицания разного толка из-за неожиданности такого эффекта, я вовремя парализовал Нотта, уже норовившего сбежать на своих двух. И только я собирался начать экзекуцию, пусть и крайне быструю, из-за дома вышел горный тролль, явно старый, но от этого не менее огромный, на колонноподобных ногах, в повязке набедренной, обвешанный амулетами из черепов разных существ. В руке он держал какой-то мудрёный кривой посох, правда из-за габаритов тролля посох казался погремушкой.
— Гу-ру-ру-у… Ра! — пробубнил он раньше, чем я направил на него треугольнички.
Мир словно поволокой затянуло, а сам я ощутил некое энергетическое давление.
Буквально из ниоткуда ко мне устремились сильно изменённые, искажённые духи разных магических существ. Не нужно было быть гением, чтобы понять их недобрые намерения. Я не растерялся и взмахом руки наколдовал расходящуюся от меня конусом волну модифицированного Инсендио с примесью энергии Смерти. Тонкая расширяющаяся стенка серого пламени буквально выжгла духов.
Параллельно с этим, я направил треугольнички в атаку на тролля, максимально насыщая их заклинания скальпеля магией — шкура тролля крайне устойчива к прямому магическому воздействию.
Пока туповатый тролль соображал, почему ничего не сработало, треугольнички одновременно выпустили два с лишним десятка ярких голубых полумесяца заклинания. Лезвия мгновенно сошлись на тролле, и явно с трудом прорезали его. Тролль буквально разлетелся по округе, как и оборотни ранее.