Мои ноги привели меня в Большой Зал. Учеников здесь сейчас было немного, но почти все обсуждали произошедшее. Одно дело, когда бладжеры устраивают погром на трибунах — это дело привычное для всех, кто имеет представление о квиддиче, либо присутствует на разных соревнованиях. А вот такая диверсия, очевидно рукотворная — совсем иная история. Даже на меня почти не обратили внимание.
Осмотревшись, и не найдя причины задерживаться здесь, я решил посетить библиотеку или какой-нибудь кабинет для тренировок в волшебстве — есть ещё неизученное и недостаточно отработанное. Однако мои планы изменились из-за кольца Гермионы — оно подало сигнал о встрече в Выручай-Комнате. Я обещал посетить пару занятий, так что не прийти будет как минимум невежливо.
Добравшись до портрета с троллями в балетных пачках, я прошёлся у противоположной стены, прокручивая в мыслях обусловленную фразу, и как только дверь появилась, сразу же в неё вошёл.
Тренировочный зал, привычный и знакомый ещё с посиделок клуба в прошлом году, мог бы вместить в себя довольно много учеников, но сейчас здесь было десятка полтора ребят с разных курсов, а факультет был представлен преимущественно гриффиндорцами.
Многие просто общались, сидя на подушках или диванчиках рядом с книжными шкафами, изобилующими различными трудами, но, как я помню по прошлому году, преимущественно простыми, распространёнными заклинаниями или иными техниками волшебства, изредка что-то среднее, и лишь крохи сложного, типа целого талмуда по Патронусу и его модификациям, так ничем и не дополнившимися с далёкого восемнадцатого века.
Выделялись пара учеников, выполнявших магические манипуляции. Самая выделяющаяся, конечно, была Лавгуд. Эта блондинка, всегда пребывающая в несколько возвышенном состоянии, разум которой блуждал где-то в иных сферах, не менее блуждающим взглядом работала с чарами иллюзии, создавая что-то красочное и, в какой-то мере даже дезориентирующее.
Моё появление было тут же замечено Гермионой и Гарри, которые что-то активно обсуждали с Чжоу Чанг, семикурсницей, и двумя мелкими кучерявыми гриффиндорцами с курсов младше — братья Криви. Гермиона махнула мне рукой и я сразу же, стараясь не привлекать внимание остальных, подошёл к их компании.
— Привет, — кивнул я всем сразу. — О чём спор?
— Не важно, — мотнула головой Гермиона, тут же положив руку мне на плечо. — Ты как? Всё нормально?
— Разумеется. У ребят всего лишь лёгкие травмы — к вечеру поправятся.
— Ну ничего себе, лёгкие, — удивился Поттер. — Там и сквозное что-то было, и переломы, и вообще.
— Не забывай, Гарри, — улыбнулся я краешком губ, — ты в магмире, и медицина здесь волшебная. Пока тебе не оторвало голову или не прокляли тёмной магией по самую маковку, тебя можно спасти, а вылечить так и вовсе за недельку.
— Да, действительно, — Поттер почесал затылок. — Я ведь тоже в Больничном крыле постоянный посетитель. Но всё в голове не укладывается.
— Куда важнее, — заговорила Чжоу, — что это в принципе произошло. Различные проклятья и сглазы, разные издевательства бывали и не раз, но конкретно попытка убийства — уже перебор. Кто-нибудь знает, кто виноват?
— Думаю, — Гермиона перевела взгляд с Чжоу на меня, — Гектор точно знает.
— Могу лишь догадываться.
И когда я начал уходить от прямых ответов столь простыми фразами? Вроде бы с Дамблдором не так часто общался, хотя его манера речи такая, что с претензиями к нему не подберёшься. Это из категории: «Я могу вам пообещать, что…», но это не значит, что я обещаю. Так и тут. Могу ли я догадываться? Разумеется. Но ведь и знаю прямой ответ.
— Если даже ты можешь лишь догадываться… — задумался Поттер.
Мелкие Криви внимательно слушали, переводя восхищённый взгляд с Поттера на меня и обратно. И как я оказался в области их восхищения?
— …всё проклятые слизни! — раздался голос Рона, сидевшего на диванах в углу в компании Дина Томаса, Симуса Финнигана и Лаванды Браун, которая буквально чуть ли не в рот парню заглядывала с придыханием.
— Да вообще! — активно поддакивал и жестикулировал Финниган — горячая ирландская кровь. Для полноты стереотипов ему осталось только виски напиться. — Чистокровные фанатики-змеи совсем обнаглели…
— Хм… — я лишь хмыкнул на это, возвращаясь к разговору с Гермионой и компанией. — На других факультетах тоже полно чистокровных, и довольно много приверженцев чистоты крови, иногда радикально.
— Знаете, — Чжоу попыталась состроить важное выражение лица, но получилось посредственно — она скорее на грустную стала похожа. — Я бы не пыталась искать всех, кто настроен плохо или радикально. Всё равно найдём лишь тех, кто открыто высказывается или действует. Вот, наши после того инцидента с подвешиванием вообще не высовываются, не высказываются, и боятся лишний раз кого-то задеть.