— Не нужно уподобляться Дамблдору, директор, — улыбнулся я, чуть наклонив голову. — У вас для этого нет ни бороды, ни образа Великого и Светлого. А что до выгоды… Нотты мертвы, им вся наша деятельность — как мёртвому припарка, прошу прощение за тавтологию. Нужно думать о живых, а значит правильно подать правду. Вам ли обоим это объяснять? Выгода — есть выгода.
Драко усмехнулся.
— И как ты с таким мировоззрением оказался среди барсуков?
— Думаешь, было бы лучше, если бы я оказался на Слизерине? Тебе не кажется, что это была бы катастрофа?
— Тоже верно.
— Не отвлекайтесь от темы, — коротко одёрнул нас Снейп. — Ваше решение, мистер Грейнджер, почти не уменьшит количество моих проблем, и даже увеличит их. Но, кажется, я знаю, как можно извлечь из этого выгоду.
— Кстати, директор, — вспомнил я сцену с Ноттом. — Почему вы преследовали Теодора?
— У меня состоялся с ним разговор, после которого тот в спешке покинул кабинет. Должен признаться, я не сразу догадался, что этот малолетний баран решил учудить, а как понял — сразу попытался нагнать и остановить. Не успел.
— Ваш полёт довольно быстр, — не мог я не сказать очевидное. — Похоже, вам не хватило секунды. Вы только появились, а Нотт уже сделал свой ход.
— Именно.
— Но почему не аппарировали прямо перед ним? У вас же есть директорский допуск.
— Вы, мистер Грейнджер, учитесь на целителя, не так ли?
— Так, и это был риторический вопрос?
— Да. Тогда вы должны были заметить кое-что особенное?
— Последствия Круциатуса?
— Именно. Да будет вам известно, что после даже незначительного Круциатуса практически невозможно аппарировать под барьерами, даже если к ним есть доступ — не хватает ясности мышления. А расщепиться насмерть в Хогвартсе, будучи его директором — самая позорная смерть.
Только мы уже собирались разойтись, как Снейп остановил Драко одним лишь жестом руки.
— Вас, мистер Малфой, я попрошу подойти в мой кабинет сразу, как всё это закончится. У меня есть серьёзный разговор к вам о заклинании, которое использовал мистер Нотт. Думаю, вы понимаете, о чём я.
Только после этого разговор был окончен, это стало отправной точкой массовой суеты. Точнее, суету наводили Снейп, Драко и я. Моя задача была проста — прийти в гостиную и вызвать родственников пострадавших и объяснить политику партии. Драко задачу выполнял ту же, только уже касательно своего отца, Гринграсс и Паркинсон. Снейп же готовился организовать объявление через два часа в Большом Зале, сообщил всем нужным о происходящем, наверняка и Тёмному Лорду. Кажется, он даже бубнил что-то о «прекрасной отговорке, вон сколько пострадало, а старый пень сразу бы догадался, как извернуться».
К моему удивлению, в гостиной факультета было довольно много народа. Собрав своих ребят, организовал место за столом, где мы раньше вечно делали домашку, поставил защиту от прослушки и всякого подобного и быстро объяснил, что к чему, что мы хотим сделать, и могут ли они организовать суету в виде визита наиболее значимых родственников. Как выяснилось, могут.
Эрни тут же связался со своим дедом, главой семьи, а значит и тем, кто заседает в Визенгамоте от лица МакМилланов — не мы одни с Дафной пользуемся блокнотами на Протеевых чарах. Ханна отправила Патронус отцу, но сразу предупредила, что тот может быть чертовски занят. Захария подумал-подумал, и решил, что его участие тут бесполезно, тем более они не особо-то и значимы в обществе, пусть мать и чистокровная в нескольких поколениях. Сьюзен связалась с тётушкой чтобы узнать, реально ли через её связи оказать мне поддержку в суде, если до этого дело дойдёт.
В свою очередь я не забыл о Дамблдоре и его связях, но лично у него что-то просить я опасался, потому быстро добрался до башни Гриффиндора и попросил Гермиону вытащить Поттера на разговор. Разговор прошёл моментально, а Гарри согласился от своего лица попросить Дамблдора о помощи через орден — все, кто нужен, знали о его фальшивой смерти.
В назначенное время я, Драко и Снейп встретились вновь в его кабинете, но на этот раз тут были и другие посетители — Рита Скиттер, всё такая же отвратительно яркая, приторно улыбающаяся, и даже скалящаяся в предвкушении. И мистер Малфой. Как всегда, во всём чёрном, длинные платиновые волосы перехвачены сзади ленточкой, с тростью в руках, спокойный и собранный.
— Здравствуйте, мистер Грейнджер, — кивнул он мне и своему сыну. — Драко.
— Здравствуйте, мистер Малфой. Мисс Скитер, вы, как всегда, очаровательно ярки.
— Ох, молодые люди, к чему эти формальности, — отмахнулась Скиттер, изображая довольство от лести и явно прекрасно понимая полную неискренность. — Предлагаю скорейшим образом перейти к сути дела…